— Вы ошиблись, — коротко ответила я и, резко развернувшись, зашагала в Большой зал.
— Будь добр, объясни мне, недалекой, что сейчас было, — донеслось вслед.
— Лили, милая…
— Подожди, Лили! — Это уже Ремус. — Это совсем не то, о чем ты подумала…
— А о чем я подумала?
До боли закусив губу, я влетела в Большой зал и, не глядя по сторонам, заняла свое место за преподавательским столом. Сириуса здесь не оказалось, и это расстроило меня еще больше. Почувствовав, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы, я уставилась на тарелку, будто кроме нее нет ничего на свете милее.
— что-то стряслось, Виктория? — произнес сочувственный голос. — Вид у вас совершенно не праздничный.
Не поднимая головы, я могла сказать, что Аврора Синистра уж точно радуется этому дню.
— Нет, что вы… — Несмотря на усилия, мой голос прозвучал как простуженный. — Ничего у меня не стряслось. Наверное, я немного простыла…
— К Поппи сходите, она вас запросто вылечит.
Моля про себя, чтобы Синистра отстала, я уныло принялась за овсянку, стоявшую ближе всего. Однако в горло кусок не лез, и, посидев для приличия несколько минут, вышла из-за стола. У самых дверей меня окружили Гарри, Рон и Гермиона.
— Вики, что произошло между тобой и ма… Лили? — шепотом спросил Гарри.
— Откуда?..
— Она почти не отводила от тебя глаз. Да и на па… Джеймса смотрела так, словно хочет оторвать ему голову.
Я глубоко вздохнула, прежде чем ответить.
— Она, боюсь, превратно поняла одну сцену…
— Какую сцену? — едва ли не испуганно спросил Гарри. — Надеюсь, ты не… не была в это время с Джеймсом?
— Была, но с ним находился еще и Ремус.
Мы вчетвером пересекли холл и прошли то место, где недавно произошла та самая не слишком приятная сцена.
— Вики, а как же идея с кольцом? — поинтересовалась Гермиона, проявляя осведомленность. — Ты не хочешь попробовать?
— Мне кажется, она сама знает, что ей нужно, — нейтрально сказал Рон, ни на кого не глядя.
— Может быть… — пробормотала я, испытывая к нему горячую признательность. Хоть он не давит на психику… — А где Сириус?
— По — моему, он ушел в учительскую вместе с Макгонагалл, — сказал Гарри. — Зачем — не знаю…
— Я краем уха слышала, — осторожно сказала Гермиона, — что преподаватель по Защите еще вчера уехал по каким-то делам в Лондон, но до сих пор не вернулся… Вероятно, это как-то связано…
Она осеклась, когда из двери учительской вышли профессор Макгонагалл, Сириус и профессор Флитвик. Дойдя до нас, они остановились.
— Вы на урок, молодые люди? — поинтересовался крошка Флитвик.
— Да, у нас сейчас Зельеварение, — ответила Гермиона.
— Отлично! — непонятно чему обрадовался он. — Тогда желаю вам успехов. Мистер Грей, — обратился он к Сириусу, — очень хорошо, что выручили нас. Спасибо.
— Да не за что, — рассеянно отозвался Сириус, пройдя взглядом по нашим лицам.
— Я предупрежу учеников, чтобы они никуда не расходились, — сказала профессор Макгонагалл, предоставляя нам возможность поговорить перед началом уроков.
Они с Флитвиком поднялись по лестнице.
— О чем это вы? — спросил Гарри крестного. — От чего ты их выручил?
— У профессора Алберта в семье случились какие-то неурядицы и ему пришлось покинуть Хогвартс на пару дней. Я предложил провести уроки вместо него, и профессор Макгонагалл согласилась. Мне же вести занятия не впервой…
— Что я говорила! — с оттенком самодовольства сказала Гермиона.
— Да тихо ты! — одернул ее Рон. — У нас тут такие дела творятся…
— Какие дела? — помрачнел Сириус, безошибочно выбрав взглядом из всех нас меня.
— Лили и Джеймс… — в конце концов сказала я. — Они поссорились… из-за меня.
— Не прямо из-за тебя, — возразил Гарри. — Это не твоя вина.
Он оборвал фразу на полуслове, когда через холл к подземельям потянулись семикурсники, среди которых были Мародеры, Лили и несколько учеников из других факультетов. Впрочем, двое или трое из них отделились от основной массы и свернули к лестнице. Лили демонстративно не смотрела на шедшего чуть позади Джеймса и первая спустилась в подземелья.
— Вот видите… — пробормотала я, испытывая сожаление и горечь одновременно.
Сириус молчал, провожая взглядом исчезающих в дверном проеме гриффиндорцев.
— Сейчас урок начнется, — наконец произнес он, посмотрев на Гарри, Рона и Гермиону. — Идите, если не хотите опоздать. Что у вас сейчас? Зельеварение?
Они кивнули, дружно обратив лица ко входу в подземелья. В этот момент из Большого зала вышла Паркинсон с отсутствующим видом. Без надменного выражения она казалась вполне нормальной и безобидной на первый взгляд.