Целых две минуты я не могла ничего решить. Мне дико хотелось убедиться, что Сириус и Джеймс вняли моим словам и сейчас находятся там, где нет поблизости никаких слизеринцев. А то знаю я их… Но, с другой стороны, должна давно сидеть вместе с Гермионой в библиотеке. К тому же, если я опять ввяжусь в какую — нибудь неприятность, кто даст гарантию, что оно не закончится плачевно?
В конце концов, первое желание пересилило второе, и я помчалась обратно. В знакомом коридоре было многолюдно. Меня посетило нехорошее предчувствие, когда впереди мелькнуло перекошенное яростью лицо Джеймса. Неразлучные друзья все-таки еще не ушли отсюда, и Снейп здесь же… И все они о чем-то разговаривали на повышенных тонах.
Я чуть не застонала, когда поняла, что этот их разговор вот-вот выйдет из-под контроля.
— А ты не пожалеешь о своих словах, Эйвери? — донесся до меня голос Сириуса, еле сдерживающегося от ярости.
— Чего мне жалеть, Блэк, если это правда.
— Ах ты, слизеринский слизняк! — взорвался Джеймс.
— Гриффиндорский выскочка, — презрительно выплюнул Эйвери, стоящий ко мне спиной.
Рядом прислонился к стене Регулус и с отстраненным видом наблюдал за назревающей ссорой. Будто почувствовав мой взгляд, он вдруг обернулся. Во мне поднялось возмущение. Ему что, совсем нет дела до родного брата?
Я поспешила вперед, пока… Но тут в мою сторону стремительно полетел малиновый луч, и мне пришлось с придушенным писком отскочить к стене. Второй раз за десять минут я ударилась плечом. Неудивительно будет, если на нем появится огромный синяк…
— Прекратите! — закричала я и снова едва не попала под обстрел.
Меня либо не слышали, либо просто не обратили внимания. Правильно, кто я такая? Обыкновенная иностранка.
Я повернулась к Регулусу.
— Сделай что-нибудь!
Он слегка приподнял брови.
— Хотите, чтобы я присоединился?
— Тебе все равно? Там же твой…
Ох, похоже, я проговорилась…
Регулус заинтересованно подался вперед.
— Мой — кто?
Я молчала, нервно поглядывая на конфликтующих старшекурсников.
— Может быть, мой брат? — Он вернулся к стене, сунув руки в карманы. — Только вы это знаете?
Верно, приезжей американке неоткуда почерпнуть подобные сведения. Если, конечно, она не следит за всеми.
— Вы похожи… — нашлась я.
— Так заметно?
По крайней мере, это хоть какая-то правда.
Вместо ответа я решительно направилась к дуэлянтам.
— Перестаньте! Немедленно!
При виде меня Джеймс и Сириус на миг удивленно замерли, из-за чего едва не поплатились. Но после этого с удвоенной силой заработали палочками.
— Не лезьте лучше, — произнесли рядом. — Не то и вам достанется…
Я внезапно развернулась, так что распущенные волосы хлестнули по лицу.
— Это и есть твой принцип, не так ли? — гневно процедила, уставившись на Регулуса. — Быть всегда в стороне?
Говоря это, я начисто позабыла о вкладе Регулуса по уничтожению хоркруксов, и что за ним последовало. Сейчас во мне кипел адреналин.
Регулус вполне спокойно перенес мои обвиняющие слова, хотя его глаза предупреждающе сузились.
— Да что вы знаете обо мне?
Его взгляд вдруг метнулся куда-то за мою спину, а сам парень схватил меня за плечи и толкнул от себя. Близко полыхнуло жаром. В следующую секунду я очутилась на полу. Да что за день — то сегодня такой? Бедную девушку бросают все кому не лень…
— Что здесь происходит?!
Гневный крик пронесся по коридору, разом прекратив дуэль между двумя вражескими сторонами. Я, все еще сидя на полу, обернулась к его обладателю. Точнее, обладательнице, так как на подступах к полю боя возвышалась высокая фигура профессора Макгонагалл. А чуть позади нее… Сириус и Гарри с Роном. Увидев беспомощную меня, Сириус подошел и протянул руку.
— Грасиас! — поблагодарила я его почему-то по — испански, принимая вертикальное положение. Видно, сказывалось бессчетное количество падений.
— Ты что здесь делала? — спросил он, глядя не на меня, а участников сражения и стоящего у стены Регулуса.
Но ответить мне помешала профессор Макгонагалл, голос которой аж звенел от переполнявших ее эмоций.
— Это возмутительно! Что вы здесь устроили! Беспредел!
— Сейчас и тебе достанется… — тихо произнес подошедший Гарри, посмотрев на Сириуса. — И папе.
— А если бы это увидела Лили, — добавил он, — досталось бы и от нее.
— Вам всем назначается взыскание! На неделю!
К моему удивлению, никто из семикурсников не начал возмущаться, оправдывая свои действия. Правда, Эйвери недовольно скривился, пронзая неприязненным взглядом декана Гриффиндора.