— Может, и выбрать. Ты ведь знаешь, КАК я жить не могу без того, чтобы не почитать перед сном. Хотя откуда тебе, Гарри, это знать.
Гарри приподнял брови, как бы спрашивая: «Я что-то не так сказал?»
— Ладно, не важно… На самом деле я решила перечитать «Великих Основателей». — Гермиона показала нам с Гарри обложку с потускневшими золочеными буквами в названии. — Подумала, может, найду что-то, что не заметила раньше.
— Ты имеешь в виду какую — нибудь вещь, связанную с Основателями? — спросил, догадавшись, Гарри. — И что, нашла?
— Если честно, меня зацепил один отрывок…
Я хотела поинтересоваться, какой именно отрывок, но в эту минуту к нашему столу почти подлетела встрепанная Паркинсон. А за ней — Рон. Он был одновременно и встревожен, и сердит.
— Слушай, Пар… — он повертел головой и понизил голос, — …кинсон… Не суй нос туда, куда не следует.
— Эй! В чем дело? — спросил Гарри.
— Отвали от меня, Уизли! — огрызнулась слизеринка, на всякий случай отходя ко мне за спину. — Не указывай, как и что мне делать.
— Да что случилось? — не выдержала я, поворачиваясь к ней.
— Она! — Рон вперил в Паркинсон указательный палец. — Сказала кое-что Лили, когда подслушала их с Джеймсом… э-э… разговор.
— Разговор? — хохотнула девушка. — Да их на всю школу было слышно.
Мне это вступление не очень понравилось. Вернее, совсем не понравилось.
— Не поняла. Почему слышно на всю школу? Мы здесь ничего не слышали. И что ты сказала Лили?
Гарри нахмурился и смерил Паркинсон недобрым взглядом.
— Вообще-то… Лили и Джеймс действительно разговаривали довольно громко, — признал Рон.
— Где? — уточнила я.
— В холле. Там старшекурсники собрались, чтобы в Хогсмид пойти.
Так, до меня, кажется, начало доходить…
— В холле ждала Лили Джеймса, а ему и Сириусу в Хогсмид запретили идти.
— Да, — кивнул Рон. — Когда ей стало известно об этом, она, мягко говоря, рассердилась. А узнав из-за чего на них наложили запрет, сперва потеряла дар речи.
— А потом выложила твоему папаше, Поттер, — вставила Паркинсон, ехидно улыбаясь, — все, что она думает про него.
Мне до жути захотелось дать ей хорошую оплеуху, так, чтоб искры полетели. Она уловила маниакальный блеск в моих глазах и беспокойно отступила к шкафу.
— А потом, — добавил Рон угрожающе, — Паркинсон влезла со своим дебильным юмором.
— Да ничего особенного я не говорила!
Наш разговор, видимо, все-таки дошел до ушей мадам Пинс, потому что мы все вздрогнули при ее неожиданном появлении между стеллажами.
— Господа, прошу вас потише! Здесь библиотека.
— Извините… — пробормотала Гермиона, хотя она сама вообще не открывала рта. — Пойдемте отсюда.
Мы дружно двинулись на выход, провожаемые бдительной мадам Пинс. В коридоре также хором повернулись к чуть отставшей Паркинсон.
— Ну, — уставилась я на нее, уперев руки в бедра, — что на этот раз натворила эта красотка? Что именно она сказала Лили?
— Гадость, что еще, — пожал плечами Рон. — Вроде: «На твоем месте я бы давно бросила этого лохматого Поттера. Было бы на что смотреть»…
— Что?! — на высокой ноте воскликнул Гарри.
— Эй, дружище! — заволновался Рон, когда тот вдруг сделал угрожающий шаг к Паркинсон. — Это я приблизительно…
Девушка взвизгнула, совсем как поросенок, которому отдавили хвост, и кинулась прочь по коридору. Только пятки засверкали. Гарри, что странно, помчался следом. Я лишь глазами захлопала, когда их шаги, вернее, топот, затих вдали. Посмотрела на Рона и Гермиону, они ответили такими же очумелыми взглядами.
— Надеюсь, он ее не прибьет… — пробормотал Рон. — А впрочем…
Почесал в затылке.
— Пойдемте, что ли…
— Рон, Паркинсон точно упомянула фамилию Джеймса? — озабоченно спросила Гермиона по дороге.
— Кажется, да… А что?
— А то, что нам это может выйти боком.
— Почему? — не врубался он.
— Пэнси Паркинсон знает, что Джеймс — Поттер, — ответила я за нее, — а вот Пенелопа Скотт понятия об этом не имеет.
— Если только ты нам не сказала. Или Джеймс с Лили в пылу ссоры не заметили этой оговорки.
— Разве что так…
Мы, замолчав, вышли на лестницу. Мимо, хихикая, пробежали несколько девчонок — гриффиндорок. Оглянулись на нас.
— Эй, американцы! Что с вашими друзьями? — крикнула со смешком одна. — Носятся как угорелые.
— Это они в салочки играют, — буркнул Рон. — Детство вспомнили.
— Значит, Гарри и Паркинсон внизу, — резюмировала Гермиона, не обращая внимания на хихикающую стайку наверху.