— Что это? — негромко спросила я.
Гермиона, чуть вздрогнув, подняла на меня глаза.
— Книга с черномагическими ритуалами, — так же тихо ответила она. — Просто кошмар, что она могла находиться у кого-то из школьников.
Она зашвырнула фолиант в глубь острова спрятанных на веки вещей. Я проводила его взглядом и вернулась к поиску.
— Нашел! — через какое-то время раздался возглас Гарри. Но еще через секунду, когда со всех сторон зазвучали торопливые шаги, с досадой крикнул: — Нет, обознался! Извините!
Вдруг сверху пролетело что-то со свистом и врезалось в груду поломанных вещей рядом со мной. Раздался довольно громкий звон, отчего я едва не присела от испуга.
— Рон! — возмущенно воскликнула Гермиона. — Что ты делаешь? Нашел время играть! Это Рон запустил фрисби! — крикнула она нам. — Никого не задело?
— Нет! — отозвалась я, помотав головой, чтобы избавиться от звона в ушах. — Все в порядке.
— Ладно, больше не буду! — громко пообещал Рон с той же стороны, что и Гермиона.
Фрисби, запущенный Роном, при ближайшем рассмотрении оказался волшебной летающей тарелкой, причем с клыками, слабо клацнувшими, когда я наклонилась над ней. Затем, продолжив путь, я вышла к снежному проходу, где столкнулась с Сириусом.
— Ничего? — спросила, машинально двигаясь вместе с ним дальше.
— Ничего. Хотя… — Он кивнул на что-то впереди. Там стоял старый, обшарпанный шкаф, а чуть позади него я углядела еще один, но он был не слишком похож на буфет, о котором говорил Гарри. Может быть, этот?
Мы подошли к шкафу — буфету, старательно ища признаки диадемы, если таковая здесь имеется.
— Сириус, смотри… — шепнула я, указывая на большую плетеную корзину возле пузырчатой стенки буфета.
— Та самая статуя, — произнес он с возрастающим интересом, воззрившись на лежащий внутри корзины каменный бюст кривоносого мага. — Идите все сюда! — крикнул он, подняв голову. — Кажется, мы нашли то, что нужно!
Гарри прибежал почти одновременно с Роном и Гермионой.
— Где? — запыхавшись, выдохнули они.
— Вот шкаф, вот статуя, — сказал Сириус.
Гарри, заглянув в корзину, принялся кружится на месте, словно испорченный вредноскоп. Затем внезапно остановился.
— Здесь!
Он вытащил из кучи хлама парик, больше похожий на серые лохмотья, а под ним лежала… старинная тусклая диадема. Мы впятером уставились на нее во все глаза.
— Она точно… хоркрукс? — прервала я повисшую тишину.
— Нет, первый вопрос должен быть таким: принадлежит ли эта диадема Рейвенкло? — сказал Сириус, протягивая руку к украшению.
Я напряглась, ожидая что угодно. Но не было ни грома, ни чего-то такого, что говорило бы об опасности, исходящей от этой безобидной на вид вещицы. Он внимательно осмотрел ее. В его лице ничего не менялось, и мне на мгновение захотелось, чтобы диадема оказалась самой обычной.
— На внутренней стороне есть крошечное изображение птицы, — наконец произнес Сириус после тщательного исследования. — Вот здесь.
Диадема пошла из рук в руки. Особенно внимательно рассматривал полустертый птичий силуэт Гарри.
— Символ Рейвенкло — ворон, так ведь? — неуверенно спросил он.
— Да, — подтвердила Гермиона. — Стало быть…
— Диадема все-таки принадлежит Рейвенкло, — закончил Рон. — В этом нет никаких сомнений. Иначе слишком много совпадений. Но что меня интересует больше всего, так это то, как она попала в Выручай — комнату?
— Это — то как раз ясно, — не согласилась она. — Волдеморт в ней и спрятал. Выручай — комната — идеальное место для сохранения какой-нибудь ценной вещи. Никто не найдет, если не искать специально.
Я посмотрела на горы никому не нужных теперь уже вещей и согласилась с Гермионой. Кому придет в голову что-то здесь искать? Только всяким авантюристам вроде нас…
— Но когда Сами — Знаете-Кто…
— Прекрати его так называть, Рон! Неужели ты до сих пор не можешь называть Волдеморта Волдемортом?
— …успел спрятать здесь диадему? — упрямо продолжил Рон.
Гермиона, вздохнув, возвела глаза к потолку.
— Я думаю… — нахмурился Гарри, — он побывал в Выручай — комнате в ту ночь, когда просил Дамблдора принять его на работу!
— На работу? — чересчур эмоционально воскликнула я. — В Хогвартс?
— В Хогвартс, да. Это было много лет назад, Дамблдор только — только стал директором.
— Сумасшествие какое-то… — Мне вдруг почему-то стало не по себе. Появилось неотступное желание убраться из этого, наполненного хламом, места. — У меня предложение: пойдемте отсюда?