Мысли странно путались, я никак не могла сосредоточиться на том, чтобы как-то среагировать на внимание Хагрида.
- Мисс, эй, вы никак не слышите меня?
На плече почувствовала тяжесть большой руки и подняла голову.
- А, это ты, Виктория? Чегой-то ты сидишь в снегу?
Я машинально начала стирать слезы со щек, но только еще больше размазала их мокрыми пальцами. Попыталась как-то подняться, но и ослабевшие от холода и шока ноги не распрямлялись. Тогда Хагрид обхватил меня за плечи и с легкостью поставил в вертикальное положение. Придержал, когда я опять пошатнулась.
- Отведу тебя в замок, - подумав, сказал он. - Вид у тебя… замерзший…
Я мотнула головой, не очень желая возвращаться туда, но промокшая одежда мешала мне оставаться на улице. Так что пришлось плестись следом.
В дверях замка с нами едва не столкнулся Сириус. При виде меня он не сдержал взволнованного восклицания.
- Виктория! Ты где была?
За меня ответил Хагрид.
- Я нашел ее за теплицами в снегу.
Хоть я не смотрела на Сириуса по причине не выплеснувшихся до конца слез, но почувствовала, как тревога его возросла. Он буквально втащил меня в холл.
- Ну, ладно, я пошел, - сказал Хагрид. - Если все в полном порядке…
- Да, спасибо, Хагрид.
Сириус кивнул. Великан затворил за собой двери, отрезая холл от зимней темноты, и наступила тишина. Впрочем, не совсем: за дверями Большого зала слышались многоголосый гул и звуки столовых приборов. Сириус смотрел на меня, я молчала, не поднимая глаз.
- Ты потрясена, я знаю… - осторожно заговорил он. - Не можешь принять, но это не значит, что…
- Пожалуйста, не надо, - почти процедила я. - Я хочу побыть одна. И не провожай меня.
Вероятно, это прозвучало даже несколько грубо, но я не могла ни слушать, ни разговаривать, ничего. Не оглядываясь, направилась к лестнице, хоть взгляд Сириуса жег мой затылок. Даже если ему и хотелось броситься за мной, он этого не сделал, за что мысленно и поблагодарила его. Впрочем, через секунду забыла и о нем, и обо всем остальном тоже. Остались только я и мои неосознанные воспоминания…
Коридор за коридором шла я вперед. Остановилась только тогда, когда увидела на стене гобелен с троллями. Зачем я сюда пришла?
Выручай-комната… Это ли мне нужно? Быть одной и никого не видеть.
Я почти машинально сделала три круга перед каменной стеной. Появилась дверь, и я вошла внутрь.
Там было совсем не так, как днем. Сейчас меня окружала знакомая до боли обстановка, которую я не видела уже несколько месяцев. Наверное, мое недавнее желание оказаться в родном доме воплотилось независимо от меня. Все было так, как при моем последнем посещении гостиной в квартире. Простор и уют. Вот те же самые журналы, оставленные подругой на диване, часть которых лежали на полу. Эскизы и рисунки на журнальном столике. Шторы на карнизе и даже чахлое, давно не политое растеньице на подоконнике.
Мне стало так спокойно, что казалось: я вернулась домой. Навсегда.
Но это была всего лишь слабая иллюзия, и я прекрасно об этом знала. Спокойствие спокойствием, и все-таки мне до жути хотелось сделать что-нибудь такое, что бы развеяло напряжение. Например, разбить об стену посуду или какую другую хрупкую вещь.
Комната была не зря Выручай-комнатой, на низком столике внезапно материализовалась целая стопка тонких белых тарелок. Я схватила верхнюю, не думая, и с силой запустила в стену. Осколки со звоном попадали на пол.
Злости хватило ровно на одну посудину. Я обмякла, словно из меня выпустили воздух, и опустилась на диван. Все на свете для меня перестало существовать, мыслей не было, осталась лишь тяжкая тоска.
Все это правда… Несмотря на то, что разум и сердце отвергают результат легилименции, - все это правда. И я не смогу просто так оттолкнуть ее, как бы мне этого ни хотелось.
***
- Лили!
Дом казался большим и пустым, особенно для четырехлетней девчушки. Дейзи сбежала вниз по лестнице, держась для уверенности за деревянные перила, постояла и решила пойти на кухню. Может, Лили была там, с мамой? Она обязательно должна посмотреть, какой красивой Дейзи ее нарисовала.
Сестра вернулась из Хогвартса, школы волшебства, только вчера. Без умолку теперь смеется, говорит про экзамены, выпускной. И еще про Джеймса. Это ее друг, даже жених. У них скоро свадьба, через неделю. Дейзи, как услышала про нее, с тех пор мечтает, чтобы это торжество быстрее наступило. Вот будет тогда здорово! А еще она хочет увидеть Лили в белом платье! Мама говорит, они втроем поедут завтра в город на примерку. То есть это Лили будет мерить, а они с мамой только - любоваться.
Джеймса Дейзи видела в прошлом году и вчера, когда она с родителями ездила встречать Лили. Он и его друзья такие смешные! Лили обещала, что они будут на свадьбе. “По крайней мере, Ремуса я буду рада видеть, - сказала она. - А Сириус должен еще заслужить разрешение.” Дейзи не поняла, почему, ведь он едва ли не самый веселый из них.
- Дейзи, дочка, не поможешь мне? - спросила мама, когда девочка вошла на кухню.
Мама готовила обед, но Лили здесь не было.
- А где Лили?
- Наверное, в саду. Ты что-то хочешь ей показать? - догадалась мама, увидев листок бумаги в руках дочурки.
Дейзи кивнула. Ее желание именно таково, однако секундой позже оно отошло на второй план: внимание Дейзи приковала к себе широкая миска на столе, наполненная белой комковатой массой.
- Не хочешь сначала помочь мне взбить крем?
Мама придвинула к столу стул, на который девочка без промедления взобралась. Отложила в сторону рисунок и потянулась к деревянной взбивалке. Это ее на некоторое время увлекло.
Крем получился вкусным и воздушным. Дейзи окунула пальчик в пенистую однородную массу. Попробовала и причмокнула губами.
- Вкуснятина! - сказала она, выразив одним этим словом свое блаженство.
Мама засмеялась, погладив ее по завивающимся локонам.
- Моя помощница!
Потом, посмотрев на часы, сказала:
- Пойди поищи Лили, что-то она задержалась.
Дейзи, прихватив рисунок, убежала в сад. На первый взгляд там было безлюдно. Впрочем, на второй тоже.
- Лили! - позвала она, пройдя по каменной дорожке, пролегавшей в стороне от главной дороги и ведущей к металлической калитке.
На минуту ее вниманием завладела пролетавшая мимо яркая бабочка, которая, покружившись, опустилась на не менее яркий цветок георгина.
Откуда-то донеслись голоса, и Дейзи вскинула голову. Они были на детской площадке, на которой она бывала иногда с родителями или сестрой, то есть сестрами. Но Петунья приезжала редко. А если приезжала - то с Верноном, ее молодым мужем. А он, даже когда не пытался выдавить из себя подобие дружелюбной улыбки, не нравился Дейзи, и она сторонилась их.
Девчушка подошла к кованой дверце, прижав лицо к ней. Дейзи не запрещали выходить за нее, но имелось в виду, что в одиночку ей не стоит куда-либо отлучатся. Но сейчас-то Лили недалеко, так что получается, она не одна, к тому же мама попросила поискать сестру.
Дейзи решительно толкнула калитку и вышла из сада, безошибочно взяв направление к детской площадке. Подойдя к ней, девочка не стала сразу окликать Лили. Обожающая приятные неожиданности, она приготовилась выскочить из-за своего укрытия - небольшого куста, когда Лили будет меньше всего этого ожидать. Но потом передумала: сестра на площадке находилась не одна. Напротив нее стоял темноволосый парень. Они разговаривали, и Дейзи показалось, что Лили сердится. Такой Дейзи видела сестру пару раз, когда та встречалась с Петуньей. Они ссорились, что их младшей сестричке очень не нравилось.
Может, и сейчас Лили поссорилась с этим странным парнем? Тогда, наверное, нужно их отвлечь, ведь ссоры - это очень неприятно.
- Нет, Северус! - вскричала Лили, ее щеки раскраснелись, волосы, идеально причесанные, - растрепались. - Как ты смеешь! Ты и понятия не имеешь! Как ты можешь говорить мне об этом, когда сам…
- Слышишь, Лили, - срывающимся голосом сказал Северус, - не выходи замуж… Как бы ты потом не пожалела об этом своем скоропалительном решении!