- Ясно, - кивнул Дамблдор дружелюбно. - Стало быть вам нет никакой необходимости что-то в себе менять. Ну, а вы, молодой человек?
Меня зовут Рон Уизли, - ответил Рон. - И сейчас в Хогвартсе учится мой старший брат, Билл Уизли.
- Да, есть такой на первом курсе Гриффиндора, - подтвердила профессор Макгонагалл. - Весьма способный мальчик. А у вас, мисс Кленова, я так полагаю, здесь тоже никого нет из знакомых, ибо ваше имя мне ничего не говорит. Вы сами сказали, что вы русская.
- Я сказала, что не совсем, - поправила я. - Но…
И запнулась, потому что не знала, будет ли правильным говорить правду. Однако Гарри, видимо, не счел нужным скрывать мою личность, поэтому коротко сказал:
- Вики моя… родственница.
Когда все повернулись к нему, он округлил глаза.
- А что, это правда. Она сестра моей мамы.
- Так вы Эванс? Но почему у вас другое имя? - Это спросил Дамблдор.
- Сестра Лили Эванс? - Это уже Макгонагалл. - У нее же старшая сестра, и она маггла.
- Да, тетя Петунья, - снова радостно встрял Гарри.
Глядя на него, я старалась не рассмеяться. Такой забавный у Гарри был вид.
- Есть и младшая, - сказал Сириус, усмехнувшись. - И она волшебница.
- И я, пожалуй, оставлю свое имя как есть, - заключила я. - Внешность тоже, потому что резона менять что-то во мне уже нет.
- Потому что вас уже видели, - сказал Дамблдор. Я кивнула, и он подвел итог: - Значит, договорились. Кроме мисс Грейнджер и мисс… Кленовой, всем остальным нужно взять себе другое имя и подправить внешность. Сделаем это прямо сейчас, чтобы уже утром представить вас всей школе.
- Тогда мы с Гермионой можем уйти и подождать вас внизу.
- Лучше идите сразу к нам, - сказал Сириус.
Мы с Гермионой кивнули и вышли из кабинета. День мог завершиться вполне благополучно, если бы он не преподнес мне еще один сюрприз. Не скажу, что очень приятный, но легкое потрясение я точно испытала.
Сворачивая в соседний коридор, освещенный горевшими в стенных скобах факелами, мы были едва не сбиты парой выскочивших навстречу мальчишек.
- Ой, простите! - воскликнул один, светловолосый, притормаживая. - Мы вас не заметили.
- Ничего, все в порядке, - успокоила его Гермиона. - Но я бы не советовала вам так носиться. Сшибете еще кого-нибудь.
- А ты кто такая, чтобы нас учить? - дерзко спросил другой, темноволосый и повыше первого. На вид мальчишкам было лет двенадцать.
- В каком смысле? - на миг Гермиона даже растерялась.
- Ты, кажется, не староста, так что иди куда шла.
Вот сопляк! Я возмущенно просверлила нахала взглядом. А потом показалось, что его лицо мне как будто знакомо.
- Слушай, мелочь пузатая, попридержи свой язык, - металлическим голосом сказала я. - Будь повежливей с теми, кто старше тебя.
Светловолосый мальчик обеспокоенно потянул приятеля за рукав.
- Алекс, ну что ты… Пойдем отсюда…
И вот тут-то меня словно окатило ледяной водой.
Алекс?!
- Сама такая! - презрительно фыркнул Алекс и, повернувшись к нам спиной, зашагал по коридору.
Его друг поспешил следом.
- Ничего себе… детки, - проговорила Гермиона, - из клетки…
Потом заметила мой потрясенный вид.
- Что с тобой, Вики? Тебя так невоспитанность этого мальчишки изумила?
- Да… Почти. Пойдем…
Небольшое происшествие накрепко засело у меня в голове, и всю дорогу я не могла ни о чем другом думать.
Кто бы знал, что снова встречусь с Алексом, да еще в прошлом, когда ему было всего двенадцать лет… Оказывается, он учился в Хогвартсе и был дерзким мальчишкой.
Подойдя к спальне, где мы провели половину дня, я почувствовала, что отчаянно хочу остаться одна.
- Гермиона, не возражаешь, если я пойду дальше? Поищу третью комнату и лягу спать? Очень устала…
- Нет, что ты. Иди, конечно. Я предупрежу остальных, когда они придут.
Поблагодарив Гермиону, я отправилась на поиски комнаты, которая находилась в другой стороне замка. Припомнив приметы, отыскала ее довольно быстро. Внутри было сумрачно, и на моем пути пару раз попадалась какая-то мебель. Наконец, в дальнем конце спальни, а мне показалось, что она чересчур большая, я набрела на кровать, куда и повалилась прямо в одежде. Море впечатлений забирало у меня массу сил. Что мне нужно, так это полноценный сон, а не те обмороки, на которые я стала в последнее время горазда.
Так, Вика, прежде чем заснуть без задних ног, сходи хотя бы в ванную, освежиться тебе не помешает…
Я силой воли заставила себя сесть. А где ванную взять? Хорошо бы, чтобы она была где-нибудь поблизости, не то свалюсь на полпути и до утра меня никто не найдет…
Ванную я обнаружила совсем рядом: в самой спальне имелась еще одна дверь. Так что, смыв с себя грязь и весь негатив, накопленный с этой кошмарной ночи, я мгновенно провалилась в сон, едва голова коснулась подушки.
Разбудили меня тихий голос и нежные прикосновения.
- Просыпайся, Маргаритка, проспишь все на свете.
- Какой странный будильник… - сонно пробормотала я, не открывая глаз. - Цветком меня называет…
Рядом послышался негромкий смех. Моей щеки коснулось горячее дыхание, я немедленно перевернулась на спину, приоткрыла глаза и увидела прямо перед, вернее, над собой лицо Сириуса.
- Доброе утро, цветочек, - прошептал он и поцеловал меня. - Как спалось?
- Мм… Замечательно. А где ты был? - заметив, что он был полностью одет, считая мантию, поинтересовалась я. - Всю ночь гулял?
- Как ты догадалась? Мы с Гарри и Роном были в Хогсмиде и там до утра просидели в “Кабаньей голове”.
- Да?.. - протянула я, принимая сидячее положение. Одеяло сползло с меня, и я натянула его по самые плечи. - И что же вы там делали, интересно? Надеюсь, не напивались с горя?
- Нет, что ты. - Сириус отбросил в сторону шутливый тон. - На самом деле мы ходили за этим.
Он показал на пару пакетов, стоящих на столе. Напротив кровати, которая, между прочим, оказалась в спальне в единственном числе, был небольшой камин. Окно наполовину закрывали темно-синие шторы, а большую часть каменного пола покрывал ковер средней ворсистости.
Я вернула свое внимание к пакетам.
- А что там?
Сириус принес мне один. Я заглянула внутрь.
- Одежда? Мне?
- Как ты думаешь, в чем предстанешь перед всеми?
Я хотела было заикнуться о своей одежде, в которой попала сюда, но была вынуждена признать, что она годится разве что для ношения вдали от чужих глаз. Рубашку вообще можно выбросить: раскалившийся хроноворот нагрелся настолько, что прожег в ткани дырку. На джинсах, на месте колена, красовалась прореха еще больше, ведь я столько раз падала за одну только ночь, что не могла не порвать штаны.
В пакете оказались несколько вещей, подходящих для того, чтобы выглядеть достойно: черные брюки; пара юбок средней длины черного и серого цветов; черная и белая блузки; мантия, черная, конечно же.
- Ты извини, что все однотонное, просто я подумал, раз мы консервативные американцы, то и одежда должна быть соответственной.
- Я не возражаю… - Среди юбок я обнаружила какое-то яркое пятно и расправила перед собой. Это был бледно-розовый шейный платок. - Однотонное, говоришь?
Я задрала к Сириусу лицо.
- Спасибо!
- Да не за что, - улыбнулся он, наклоняясь. - Главным образом это Дамблдор помог нам. Он выделил кое-какие средства.
- Ему тоже огромное спасибо. Великий человек. - Из меня непроизвольно вырвался вздох. - Я даже представить не могла, что буду разговаривать с ним… вот так… Послушай… А помнишь, когда мы обсуждали легилименцию, ты как-то странно отозвался о Дамблдоре? Что ты имел в виду?
Сириус задумался, и, когда он провел рукой по своим волосам, я заметила кое-какие изменения в его внешности. Если специально не присматриваться, он выглядел как обычно, но при внимательном взгляде можно было выявить отличия. Иссиня-черные волосы стали короче и теперь не доставали до плеч, а черты лица приобрели некоторую резкость.
- А, вон ты о чем… Мне просто тогда пришло в голову, что Дамблдор вполне мог знать о тебе. Не при твоем рождении, а потом, после катастрофы.