- Да уж, - согласилась Гермиона и выразительно замолчала: в ее сторону направлялась профессор Льюис, держащая в руках стопку пергаментов.
Вика сосредоточилась на завтраке.
- Мисс Грейнджер, вот расписания, раздайте всем курсам, - сказала профессор Льюис. - Мисс Новак, а вы, если уже поели, пойдемте со мной.
Вика подняла голову и положила ложку, которой ела овсянку, политую черносмородиновым сиропом. Сердце взволнованно всколыхнулось. Под настороженными взглядами троих друзей она встала и последовала за своим деканом. Уже у самых дверей оглянулась, ощутив, как кто-то сверлит взглядом ее спину: на нее смотрели несколько человек, в том числе – завтракавшие за своим столом учителя. Куда и зачем ведет ее профессор Льюис? Ведь Виктория ничего не натворила, никаких школьных правил не нарушала, да и как она могла нарушить, когда едва приехала в Хогвартс…
Женщина остановилась перед дверью, по подсчетам Вики, где-то на втором этаже. Они по пути встретили самое настоящее привидение, полупрозрачное и жемчужно-серое! Призрак был, если можно так выразиться, мужского пола и парил в воздухе, поэтому Вика, которой хоть и казалось, что лимит ее потрясений исчерпан, пребывала в ошеломительном состоянии.
- Заходите, мисс Новак.
Девушка прошла в помещение, оказавшееся классом с партами и доской, все как обычно. И она немного успокоилась. Наверное, профессор хочет поговорить о ее индивидуальном расписании или о чем-то подобном.
- Мисс Новак, я знаю, что вы в Хогвартсе человек новый и к вам нужен особый подход, - сказала профессор Льюис, присаживаясь за учительский стол, как бы давая Вике понять, что этот разговор ведется именно как «преподаватель – ученик».
Виктория насторожилась, начало ей не очень понравилось.
- Советую вам в будущем избегать разногласий с кем бы то ни было.
Вот так сюрприз! Избегать разногласий? В чем она провинилась, раз дают такие советы?
- Не понимаю… - сказала Виктория, вглядываясь в спокойное гладкое лицо женщины. - Меня в чем-то обвиняют?
- Мисс Новак, будьте повнимательней, когда общаетесь с людьми, это может привести к более серьезным ситуациям. Староста Слизерина сообщила, что между вами возникло, мягко говоря, недопонимание.
Первое мгновение Викторией овладело недоумение. Паркинсон настолько озлобилась той стычкой в поезде, что взяла и нажаловалась преподавателю? Бред какой-то! Но так как Вика ни в чем была не виновата, оправдываться в том, чего не было, не стала. Просто сказала, что примет это к сведению. Но вряд ли профессор Льюис пригласила ее к себе, чтобы просто сообщить об этом.
- А почему вы сказали, что ко мне нужен особый подход, профессор? - спросила она, гадая, не слишком ли это дерзкий вопрос.
Та внимательно посмотрела на нее, словно что-то прикидывая, и выдвинула ящик стола. Положила на его поверхность большой плотный конверт.
- Это вам просила передать профессор Макгонагалл.
Виктория взяла конверт. Вероятно, директор отдала его профессору Льюис, чтобы не вызывать особых подозрений, а та была ее деканом, и их приватная встреча покажется более естественной.
- Спасибо, - сказала девушка, заволновавшись: с минуты на минуту должны начаться уроки, а она так и не в курсе, какой у нее будет первый.
- Не торопитесь, мисс Новак, ваш первый урок будет моим. Присаживайтесь.
Будто в подтверждение слов профессора Льюис, за дверью класса прозвучали шаги, больше похожие на топот молодых слонов. Вика поспешно затолкала конверт в сумку и направилась к последним партам. В класс вошли тихо и чинно, как бы опасаясь вызвать негативную реакцию у новой преподавательницы, ее сокурсники. Но та вполне дружелюбно поприветствовала учеников. Они ободрились и начали рассаживаться. К своему удивлению Вика увидела не только гриффиндорцев, но и слизеринцев, которые вели себя по отношению друг к другу так, словно у учеников шла давняя межфакультетская война.
К ней подошли Гарри, Рон и Гермиона.
- Ну что? - спросила Гермиона, присаживаясь рядом.
Виктория открыла рот, но ее перебила Пэнси Паркинсон, занявшая стол в середине ряда.
- Что, Новак, уже спелась с этими неразлучными приятелями? Разбавила их компанию?
Судя по всему, ее это чрезвычайно развеселило, потому что она и окружавшие ее несколько слизеринцев засмеялись. Вика едва глянула в сторону хихикающей «зеленой» компании. Она не собиралась давать повода для продолжения их эскапад в ее адрес. Рон хотел сказать что-то едкое, но Гермиона предупреждающе дотронулась до его локтя.
- Они думают, что меня этим заденут? - равнодушно сказала Вика.- Ошибаются, я закаленная.
- Правильно, не надо опускаться до их уровня, - согласилась Гермиона спокойно. - Нужно быть выше этого.
- Но, знаете, вам не стоит все же слишком светиться рядом со мной.
- Почему? - удивились трое друзей.
В этот момент в коридоре раздался колокольный звон, возвещающий о начале урока. Гарри и Рон сели за парту перед девушками. Профессор Льюис прекратила продолжающийся шепот одним словом «тишина!»
В ее голосе, несмотря на всю его мягкость, явственно чувствовались металлические нотки.
- И почему она мне напоминает профессора Макгонагалл и немного Снейпа? - еле слышно прошептал Рон, но так, чтобы сидящие рядом его услышали. - В ней есть что-то слизеринское…
Гермиона и Гарри бросили на него непонятные взгляды, но ничего не сказали: профессор Льюис приступила к уроку, объясняя план на первый семестр. Виктория была вся внимание, перед ней открывался занавес таинств такой тонкой материи как магия. Однако она не только слушала, но и успевала быстро конспектировать слова преподавательницы на пергаменте, естественно, пером. Капельки чернил летели с острого кончика иссиня-черного пера из-за быстрых движений руки и попадали куда только можно, в том числе на пальцы, отчего они вскоре приобрели синеватый оттенок. Но эта неприятность не шла ни в какое сравнение с удовольствием Виктории от осознания того, что она занимается пусть не любимым делом, а все же приносящим истинный интерес. Трансфигурация не менее увлекательна, чем, например, заклинания, и не менее сложна. По крайней мере, на Викин взгляд. Попробуй не так произвести формулу превращения – и вот перед тобой не просто хрустальный кувшин, а кувшин с пушистым кроличьим хвостиком. Первую часть урока профессор Льюис рассказывала о трансфигурации крупных предметов, которой седьмой курс будет заниматься до Рождественских каникул, позже перейдут к трансфигурации человека.
Во второй половине урока она попросила всех учеников достать палочки и приступить к повторению пройденного материала в конце шестого курса. Перед каждым появилась среднего размера металлическая чаша, кроме, конечно, Вики. И, конечно, все это заметили. Из гриффиндорцев этот факт не удивил только Гарри, Гермиона и Рона, но остальные лишь молча переглянулись. Пэнси Паркинсон не преминула поинтересоваться вслух.
- Профессор, а что же Новак ничего не делает? - ехидно спросила она.
- Мисс Паркинсон, неужели то, что происходит на моем уроке, я не в состоянии заметить сама? - не повышая голоса, сказала профессор Льюис. - Если мисс Новак не делает то же, что и вы, значит, на это есть основание.
Паркинсон скисла. Вика быстро посмотрела на слизеринцев. И поймала пристальный взгляд серых глаз Малфоя, сидевшего рядом с Пэнси. Неожиданно для нее он ухмыльнулся, прошептав что-то беззвучно. Девушке показалось, что это было слово «ясно», но не была уверена, поскольку парень быстро отвернулся.
- Малфой изменился? Как же, держи карман шире! - прошептал Гарри, уставившись в малфоевский блондинистый затылок. - Скорее реки потекут вспять.
До конца урока превратить металлическую чашу в стеклянную статуэтку удалось лишь Гермионе и одному темнокожему слизеринцу по имени Блэйз Забини. Наблюдавшей за метаморфозой с самого начала Вике захотелось восторженно зааплодировать. Вместо этого выставила вверх большой палец. Гермиона заулыбалась.
- Гриффиндору и Слизерину по десять баллов, - сказала профессор Льюис и отпустила всех на перемену.