Не разбирая дороги, ребята помчались сквозь густую траву, но далеко убежать не успели: неожиданно впереди сверкнул огонек. Это был фонарик, горящий в чьих-то руках — не тяжелый и неудобный, как тот, что еще недавно был у Егора, а компактный, но зато, к счастью беглецов, далеко не такой яркий.
— Игнат, это ты? — прозвучало за спинами ребят. — Держи их! Это шпики Бенедикта!
— От меня не уйдут! — немедленно откликнулся хозяин фонарика.
Егор рванул Киру в сторону и тут же что-то пребольно обожгло его руку. Он дернулся и немедленно получил еще один ожог. Девушка рядом сдавленно вскрикнула — как видно, досталось и ей.
«Крапива! — понял Егор. — Вот же невезуха!» Пытаться продраться через ядовитую поросль дальше означало для них верную смерть, и, замерев на месте, он притянул Киру к себе и крепко зажал ей ладонью рот: девушка уже готова была снова закричать. Хорошо хоть ей хватило ума не вырываться.
— Они где-то здесь! — перекликались тем временем совсем рядом их страшные преследователи. — Ищите! Нельзя позволить им уйти!
По кисти Егора скатилась слеза: Кира беззвучно рыдала: возможно, от боли, возможно, от страха, а скорее всего и оттого и от другого одновременно. Юноша и сам был готов расплакаться, но держался — из последних сил. Протянув свободную руку, он нащупал рукоять мачете на поясе у своей спутницы. Фехтовальщик из него, конечно, так себе, но без боя он им не сдастся! То, что подельники Арнольда не отпустят их подобру-поздорову, было ясно: это же преступники, а в пакетах, неосторожно обнаруженных Марком, без сомнения, хранятся наркотики, которыми негодяи торгуют в полисе! Для таких злодеев прирезать трех нечаянно оказавшихся у них на пути подростков — что божью коровку зарубить!
Внезапно ночную тишину разорвал оглушительный грохот, тут же перешедший в звон стекла — так, как если бы рухнула разбитая вдребезги Витрина. Витрина? А ведь она как раз должна быть где-то неподалеку!
— Что это еще за фокусы? — в каком-то метре от Егора с Кирой спросил тот, кого называли Игнатом. К счастью, его тусклый фонарик светил в противоположную от застывших беглецов сторону.
— Верзила его знает! — последовал содержательный ответ. — Но мне это не нравится!
Прошло совсем немного времени, в течение которого ньюпы — и преследуемые, и их преследователи — напряженно вслушивались в ночь, а затем из-за стены мини-сити раздалось протяжное завывание сирены.
— Полиция! — Егор узнал голос Арнольда. — Сматываемся!
— Не вздумай! — злобно рявкнул на него Игнат. — За периметр они не сунутся!
Ответом ему послужил нарастающий шум, который мог быть только звуком ломившегося через кусты верзилы.
— Не сунутся, говоришь?! — истерично взвизгнул Арнольд. — Как хотите, а я уношу ноги!
Сирена орала уже совсем рядом, верзила в мини-сити, вроде бы, затих — как видно, затаился, вынюхивая ньюпов.
— Вошел один — войдут и другие, — громким шепотом произнес преступник, имени которого Егор не знал. — Верзилы — твари стадные. Через четверть часа от них здесь будет не продохнуть!
— Ладно, уходим, — процедил после паузы Игнат. — Встречаемся днем в полисе, на Мичуринском.
— Майя не знает адреса на Мичуринском, — заметил ему сообщник.
— Вот и хорошо, — бросил Игнат, гася фонарик. — Если все будет в порядке, потом сами ее найдем! Ну а если нет…
С этими словами преступники растворились в темноте ночи, но Егор и Кира еще долго не осмеливались не то что выбраться из крапивы — просто даже пошевелиться. Так они там и простояли, тесно прижавшись друг к другу — до самого рассвета.
12
В понедельник за десять минут до полудня Юрка уже сидел под зонтиком в мини-кафе, попивая из стаканчика хваленую местную водичку. На календаре было 1 июля, первый день нового месяца, и утром, уходя на службу, отец оставил ему на столике в гостиной конверт с карманными деньгами, но тратить их все сразу юноша, разумеется, не спешил, поэтому от предложенных поваром в буфете аппетитных блюд вежливо отказался.
Взор Юрки был обращен в сторону парка, откуда в прошлый раз появилась Вита, поэтому человека, подошедшего к столику со стороны буфета он не то, чтобы вовсе не заметил — краем глаза уловил движение, но, совершенно не придал ему значения.
Голову юноша повернул, лишь услышав за спиной:
— Можно присесть?
Свободных столиков вокруг было полным-полно, поэтому Юрка даже не сразу понял, что обращаются именно к нему — с какой стати? — но все же, как уже было сказано, обернулся на голос: рядом стояла Таня. Одета девушка была точно так же, как и во время их первой, столь драматичной встречи — плотно сидящие когда-то синие джинсы и безразмерная черная футболка навыпуск.