— Я никому не расскажу. Сдерживающие либо уничтожат эти предметы… либо попытаются использовать их против Пара. — Поскольку война продолжалась, они стали более гибкими в использовании оружия. — Я не собираюсь начинать войну против Сдерживающих, но и не собираюсь передавать им оружие для использования против кого-то еще.
Может, это было безответственно. Может, я должна была передать все это Сдерживающим на благо дела. Но причиной появления Сдерживающих был Остров Дьявола. И это тоже казалось неправильным.
Лиам кивнул.
— Согласен. Как насчет Гуннара?
С этим было проще. Здесь было слишком много того, что можно было использовать против меня, против моего отца. И так как я полностью доверяла Гуннару, использовать и против него.
— Нет, — ответила я. — Не хочу, чтобы это хоть как-то могло ему повредить.
— А еда? Провизия?
— Да, на сегодняшний день мы не купаемся в роскоши, но у нас есть все необходимое. Сегодня я сказала Таджи, что ситуация может ухудшиться, пока снова не станет лучше, и думаю, что так оно и будет. — Я снова оглянулась и покачала головой. — Думаю, нам не стоит их трогать. Не сейчас. Потому что придет время, когда они нам понадобится больше.
При таком раскладе, вопрос о том, хочу ли я использовать это место, доставляющий мне неудобство даже при упоминании о нем, на время останется в стороне. Возможно, это место принадлежало моему отцу… но он не передал его мне. И от этого мне еще меньше хотелось иметь с ним дело.
Мой взгляд остановился на розовом сундуке на другой стороне комнаты. Спереди зеленой краской были выведены буквы «КК». Это был мой рождественский подарок, в который я складывала кукол, книги и сувениры. А изредка делала вид, что это лодка.
Во мне вспыхнула надежда. Что если он приберег это для меня, чтобы у меня были свои собственные вещи, собственное пространство?
Я встала и подошла к нему, откинула золотые защелки и открыла его.
Он был пуст, за исключением одной фотографии.
Я смотрела вниз на грациозную женщину с длинными рыжими волосами, которая смотрела прямо на меня.
Она была высокой и стройной, ее длинные руки и ноги были покрыты простым нарядом, а на ногах были сандалии. Волосы ее были длинными, прямыми и ярко-рыжими, кожа золотистой, а глаза зелеными. Она стояла под живым дубом, опираясь рукой о грубую кору, окруженная испанским мхом, свисающим с ветвей. Синее небо было усеяно хлопковыми облаками, солнечный свет пробирался сквозь листья, отбрасывая тени на землю.
Она была похожа на рыжую женщину, которую я видела в битве за Мемориал.
Я перевернула фотографию, но никаких надписей не было. Ни имени, ни года, ни указания, где была сделана фотография или кем.
— Клэр?
Внезапно рядом я ощутила Лиама и тепло, исходящее от его тела.
— Это твоя мама? — спросил он, не дождавшись от меня ответа.
— Я не знала свою маму, — ответила я, едва сдерживая слезы, которые так не хотелось пролить. — Она умерла — от тяжелой формы гриппа, когда мне было всего два. В доме не было никаких фотографий, поэтому я даже не уверена, как она выглядела.
Я оглянулась на Лиама.
— Она похожа на женщину, которую я видела в Битве за Мемориал.
Он взял фотографию и уставился на нее.
— Я ее не видел — женщину с рыжими волосами. — Он посмотрел на меня, а затем снова на фотографию. — Она похожа на тебя.
Я кивнула. Но если это была моя мама, я ее не знала, и не знала, как мне об этом узнать сейчас.
— Хочешь взять ее с собой? — спросил он, предлагая мне снимок.
Я не знала ответа. Не знала, должна ли вернуть его обратно в сундук — сундук с моим именем на нем, который не хранил никаких воспоминаний, связанных со мной или с чем-то еще — или взять его с собой, потому что, может быть, я смогу использовать его, чтобы выяснить, кем она была.
— Не знаю. — Я не хотела брать его с собой.
Но я также не хотела оставлять его здесь. И была слишком зла и раздосадована, чтобы принять хоть какое-нибудь решение.
— Я возьму его, — сказал Лиам. — Положу в грузовик, и он будет там, когда ты будешь готова.
Это проявление заботы чуть не вывело меня из равновесия, но я заставила себя сдержаться. У нас сейчас были проблемы куда хуже, чем моя личная драма.
— Ладно, — произнесла я и поднялась на ноги.
— Давай возвращаться в магазин, — сказал Лиам, положив руку мне на спину.
— Давай, — ответила я и повернулась спиной к трофеям, собранным моим отцом.
Что бы это ни было за место, моим домом оно не являлось. А мне хотелось вернуться в свой дом.