Лиза резко стала серьёзной и обняла подругу, гладя по волосам. Джесс ощутила поддержку и вымолвила:
- Спасибо, Лизи, но я не хочу играть в «Дракуле».
Лиза оторопела, чувствуя некую тревогу.
- Но мы же всегда вместе играли… - жалобно простонала Лиза, отрекаясь от объятий и смотря на брюнетку. Джесс поняла, что её уговаривают и усмехнулась, видя наигранно печальный вид подруги. Брюнетка закатила глазки и начала подыгрывать. Скрещивая руки на груди, она надменно высказала:
- Умеешь играть на эмоциях зрителя, признаю! – девушки рассмеялись, а Джесс добавила, - Ладно… Но только ради тебя.
- Спасибо, - Лиза вновь обняла Джесс и прошептала, - Понимаешь, без тебя, как без воздуха.
Джессика приняла эту фразу за сарказм и рассмеявшись ответила:
- Не верю!
Лиза всегда ценила чувство юмора Джессики и всегда была счастлива рядом с ней в такие моменты. Девушки ещё немного поговорили и позже вернулись в гримёрную. Собрав вещи, они вышли из театра. Джессика краем глаза посмотрела на афишу и постаралась оттолкнуть себя от нежеланных мыслей.
Подруги попрощались на переулке. Джессика на пару секунд задержала взгляд на отдаляющемся силуэте Лизы и развернулась. Ветер начал усиливаться, становилось холодно. Он сразу нагнал на тёмное небо серые тучи, создавая еще более зловещую атмосферу. Джессика ускорила шаг и решила сократить путь…
Глава вторая. Переулок.
Погода портилась окончательно. Ветер не утихал, а наоборот усиливался, и от его холода по телу шли мурашки. Джессика поёжилась и застегнула верхние пуговицы бежевого пальто. Это действие полностью не спасло её от ледяного и зябкого воздуха, но теперь холодная погода ощущалась терпимо. Джесс ускорила шаг. Смотря по сторонам, она перешла дорогу.
Небо стало совсем чёрным и лишь фонари на тротуарах освещали вечерний путь, создавая жуткую атмосферу. Слышался шорох осенней листвы под ногами, свист ветра в ушах. Каждый шаг казался особенно долгим и утомительным. Тени зданий, домов и деревьев от света фонаря были похожи на силуэты, которые могли пугать своими обликами.
Повернув на право, Джессика зашла в проём между двух домов. Тут сыро, грязно, огней нет, свет в окнах не горит. Всё это заставляет Джессику осмотреться. Сзади никого. Девушка сжимает пальцы в кулаки, чтобы согреться, прижимает лицо к воротнику, защищаясь от холода. В конце дороги непроглядный мрак.
Джессика немного замедляет шаг, замечая тусклый и желтоватый свет единственного фонаря меж домов. Ускорив шаг, она натыкается на непонятный силуэт: не то мужчина, не то женщина. Сердце заколотилось быстрее, пальцы заледенели, а неприятно чувство тревоги захватило разум. В голове сразу появились страшные мысли.
«Почему я не поехала в театр на машине?» - начала мысленно себя ругать Джесс, чувствуя охватывающее чувство беспокойства.
Она медленно подходит к силуэту и теперь слышит голос:
- Я же сказал не вмешиваться… - стальной, гармоничный голос отдается эхом в проёме.
- Я не знала… - хрупкий и дрожащий женский голос также отдалился эхом.
Джессика замерла. Аккуратно, подходя к неизвестным, она вновь слышит их диалог и останавливается:
- Я не собираюсь терпеть твои проступки, Сара, - теперь голос кажется агрессивным. Он пронзает Джессику своей мрачностью и необъяснимостью.
- Я говорил тебе, если ты подведешь, ты погубишь всех нас. Уходи, не желаю тебя видеть! – резкий и отрывистый тон прозвучал угрожающе.
Джессика шмыгнула носом, делая шаг. Она почти подошла к силуэтам и вдруг услышала женский плач. Он был пронзающим, истеричным. Джессика резко подошла к незнакомцам и сказала ровным, уверенным голосом:
- Я могу вам помочь?
Холодный, пронзающий взгляд ярко-голубых глаз встретился с испуганными глазами Джессики. Глаза неизвестного в капюшоне вводили в страх: они были наполнены убийственной мертвенностью, свирепостью и опасностью.
Из-под капюшона незнакомца было сложно разглядеть какие-либо черты лица, напоминающие человеческий облик. Девушка попятилась. Звоном в ушах раздался неблагосклонный голос незнакомца:
-Проваливай, не твоё дело, человечишка! – он сказал это с особой неприязнью, словно сам он был выше людей и их сущности. Джессика пропустила его слова мимо ушей в оцепенении.
Всё еще смотря на Джессику, незнакомец даже не пошевелился. От него веяло чем-то потусторонним, чем-то тем, во что нельзя было поверить. В разуме Джессики появились саркастичные слова Лизы: «Боишься, что тебя съедят вампиры?». От этой злосчастной мысли, Джессика не смогла отмахнуться. Мысль то и дело залезло в её разум, наполняя всё сознание тревогой и безысходностью.