Два дня спустя, рано утром в воскресенье, он лежал в постели. Он думал о последней встрече с ней и все ещё не был уверен в себе. Ему не хотелось её разочаровывать. Дело было не в том, что она ему не нравилась (его, наоборот, моментами так безумно тянуло к ней, что он еле себя контролировал), просто временами его чувства как будто отключались, и ему правда становилось все безразлично. Он не знал, чего ждать от самого себя.
Сегодня было воскресенье, и он решил, что ему, наконец, пора навестить сестру. Его просто трясло от одной мысли об этом выскочке, с которым она живёт. Но надо пойти хотя бы разведать обстановку. Все-таки она было его сестрой, хотя и почти порвала с ним все связи. Ещё давным-давно он обещал матери всегда заботится о ней.
Этой ночью ему опять не спалось. Он был в каком-то полудреме, и ему все время казалось, что таинственная незнакомка из сна очень близко, но стоило ему протянуть руку, как она сразу же ускользала от него. Теперь он был охотником, а она жертвой, а не наоборот.
Он пошёл на кухню заварить себе чай. Ужасная привычка, как ему казалось, но он ничего не мог с собой поделать. В любой непонятной ситуации ему всегда хотелось пить чай. А такие ситуации начинались с самого утра.
Он так и не позвонил ей ни разу за эти прошедшие два дня. Руки его много раз тянулись к телефону, даже когда он был на работе. Но что -то его останавливало. Нерешительность погубит его, он сам это понимал.
Тепло одевшись, и, не захватив с собой ничего, кроме ключей, он пошёл в парк. О последующих нескольких часах у него не осталось определённых воспоминаний. Он помнил только, что бесцельно бродил по парку, разглядывая почти уже голые деревья и думая о том, в чем же смысл всего. Его непонятного существования. Его сомнений. О девушке из соседнего подъезда, к которой он не знал, что чувствовал.
Видимо, позднеосенная меланхолия, наконец, накатила на него.
Было уже около обеда, когда он вернулся домой. Продрогший, но почему-то довольный. Взяв телефон, он увидел новое сообщение. От неё. Она спрашивала, как у него дела и почему он пропал. Наверное, ей немалого стоило решиться на эту смску. Он стоял в нерешительности. Повертев телефон в руках, он решил ответить ей. А потом передумал.
Она видела из окна, как он возвращался. Видимо, с импровизированной прогулки. Значит, он увидит её сообщение. Или уже видел, но просто не отвечает.
Она стояла у окна в теплом свитере и пила кофе, смотря вдаль и думая о своём. Она прекрасно понимала, что он чувствует. Как будто видела его насквозь. Поэтому не собиралась отступать. Если ему не хватает решимости, значит она все возьмёт в свои руки.
Телефон молчал, и она начинала нервничать. Потом она увидела, как он вышел из подъезда и остановился закурить. Она быстро взяла верхнюю одежду, шапку и длинный шарф, чтобы закутаться в него так, чтобы невозможно было различить, кто есть кто, и выбежала из дома.
Она шла за ним на приличном расстоянии. Шапка была надвинута на глаза, лицо укутано шарфом, и сегодня она надела другую куртку. Вряд ли он её узнает. Даже если бы был чуточку внимательнее к окружающему миру. Он как будто ничего не видел вокруг. Руки в карманах, без шапки в такую погоду, при взгляде на него, даже со спины, сердце её начинало биться быстрее обычного.
Он завернул в какой-то переулок, и она осторожно пошла за ним. Было безлюдно. Достаточно уютное место на самом деле, но ей почему-то не очень понравилось здесь. Её передернуло. Может это было ошибкой, идти за ним? Вдруг у него кто-то есть? Или он просто-напросто разозлится и подумает, что она вмешивается в его личную жизнь?
Но она и сама не знала, почему решила пойти за ним. Просто подсказало сердце и все. И она не стала даже колебаться.
Выглядывая из-за стены дома, она увидела, что он зашёл в какой-то подъезд. Дверь закрылась за ним. Пятиэтажный дом старого типа, но только отреставрированный, однозначно без лифта, но квартира тут стоила целое состояние. Слишком хороший район.
Он позвонил в домофон и начал подниматься по ступенькам. Наверху даже не спросили кто там, просто открыли дверь. Он не собирался ни о чем задумываться. Ему надо было прийти и посмотреть, как живёт его сестра. Больше для того, чтобы успокоить свою совесть.
Он поднимался по ступенькам на последний этаж. Больше всего он боялся, что не сможет держать себя под контролем. Если он набросится на него с кулаками, то ему потом несдобровать. Этот идиот только и ищет повод, чтобы устроить ему долгосрочные проблемы. Связываться с полицией ему не хотелось.