Я аккуратно, почти неслышно подошла и обняла его со спины за плечи. Только сейчас осознала, что поступила глупо, пытаясь в тихушку кому-то что-то доказать. А в итоге снова заставила волноваться дорогого мне человека. Капитан на мгновение перестал дышать, а потом его грудь начала вздыматься более ровно. Возможно, он почувствовал мою поддержку.
- Я не хочу и тебя вот так потерять, - он сказал это тихо, чуть слышно, по секрету. Будто опасался, что если скажет это чуть громче, то оно обязательно сбудется.
А мне стало так хорошо на душе. Он впервые за эти годы поделился своими чувствами. Вспомнил про потерянных когда-то жену и дочь. Разговаривать о которых, в доме капитана, строго настрого запрещалось. Даже мне эту историю рассказала Линда, когда дед был в командировке, и взяла с меня обещание никогда об этом при нём не упоминать.
- Со мной такого не случится. Я – боец. Ты воспитал меня так, чтобы подобного не повторилось, - слова благодарности сорвались с губ легко, видимо этот разговор был необходим. Конечно, молчать с дедом было тоже комфортно, но вот эта недосказанность иногда выходила боком. Поэтому я была рада, что мы, наконец, поговорили.
- Хорошо. С этим разобрались. Но где ты пропадала, Лина?
- Я искала ответы. И я их нашла. Пусть и своим методом, - хитрая усмешка осветила моё лицо. Настал мой звёздный час.
[1] Сёрбать – (рег., прост.) шумно прихлёбывая, пить что-либо. Именно тот самый звук, который многих бесит.
[2] Тут речь идёт о старинном обычае определяющим полусовершеннолетие девочки. В двенадцать лет девочка впервые посещает летний праздник «Солнца» в качестве посвящённой и танцует ему свой первый танец. Лет пятьдесят назад праздник отмечался повсеместно, однако в настоящее время эта традиция сохранилась лишь в селениях и деревнях, которые до сих пор поклоняются старым богам.
[3] Кашчи (Каси) - демон малоизвестный и с той точки зрения, что не очень знаменит, и с той, что о нем вообще сообщается не очень много. Информация буквально словарного объема: "кошачий демон, приходящий в порывах бури и уносящий мертвецов до завершения церемоний над ними. В кашчи (каси) может превратиться обычная кошка, прожив слишком долго или пережив своего хозяина".
Глава 11
Мы встретились на входе в библиотеку. Эден Винтерштормский вышел из темного помещения на свет, слегка хмурясь. Как же я его понимала. Самой после долгого сидения в закрытых секциях долго не могла привыкнуть к улице.
- Ваша пропажа нашлась? – граф обратился к деду, игнорируя меня. На этот раз меня почти не задело. Сама виновата. Что ж, потерплю. У меня есть то, что может смягчить его реакцию.
- Да, лорд Винтерштормский. Ещё раз приношу свои извинения, что Лин покинула пост. Она отлучалась, чтобы проверить зацепку, и нашла полезную для дела информацию, - дед тоже приложил усилия, чтобы развеять недружелюбный настрой графа.
- Правда что ли? – хмурый прищур просканировал меня с ног до головы. В его глазах я казалась ненадёжной, взбалмошной и несерьёзной для работы в охране порядка. И я на него за это не сердилась. Подавляющее число служащих в Отделении – мужчины, поэтому эталоном работы является их подход. Чёткий, обстоятельный, без внезапных необдуманных поступков. То, как порой работаю я, людям со стороны кажется странным, неправильным. Но даже коллеги признали, что во мне есть та самая чуйка, которая пусть и не привычными методами, но позволяет докопаться до правды. – Ну, пройдёмте. Послушаю Вашу секретаршу. Заодно и пообедаем.
- Я помощница, - упрямо прошептала ему вслед. Слово секретарша неприятно резало слух. Нет, против подобной профессии у меня предубеждений не было. Сейчас многие господа брали себе в секретари людей, в том числе и образованных женщин, но моя работа – это не принеси и подай. Я действительно помогала деду вести дела, заполняла за него отчёты, когда он уезжал в командировки, делала всю работу мага-поисковика, описывая улики. И называть то, что для меня было жизнь – просто секретарской работой, с его стороны грубо.
Он быстро провёл нас к небольшой таверне на соседней улице и сел за столик на террасе, приглашая присоединиться. Сложно было поверить, что этот мужчина только пару недель назад впервые посетил город. Теперь он чувствовал себя среди незнакомых улочек, как рыба в воде.