— Может его просто вышибем? — предложил Константин.
В ответ на его вопрос из глубины тоннеля до них донеслись чьи-то голоса, а затем что-то вспыхнуло на том конце. Эс попятился к стене, а Ламбо, Константин и Сэм попросту застыли на месте.
— Что за чертовщина?
— Они взяли с собой элементалей! — опомнился Ламбо. — Нужно убираться отсюда как можно скорее. Пока что они нас не учуяли.
Торн, не дожидаясь команды, принялся дергать окно на себя, но оно никак не хотело ему поддаваться.
— Что будем делать? — в голосе Эса слышалась паника, хотя он сам не подавал виду.
Но ни у кого не нашло хоть каких-то идей. Ламбо еще раз взглянул на беднягу Торна, который все еще воевал с окно, и немного позавидовал ему. Торн, по крайней мере, пытается что-то сделать, в то время как они стоят с опущенными руками. Впрочем, не все. Константин и Сэм готовились держать оборону. Они взяли у Эса по новому куску мела и принялись чертить на полу руны. Они перекидывались короткими фразами, понимая друг друга с полуслова словно были знакомы очень давно.
Ребята расчертили от края до края стен огромный квадрат. Внутри нарисовали несколько квадратов поменьше, вписали в каждый по несколько рун. Затем вписали в большой квадрат окружность. Поверх маленьких квадратов начертили спираль, на линиях который тоже расположились рунные знаки. Ламбо и Эс не отрываясь наблюдали за этим. Закончив, Константин и Эс оставили незавершенными несколько знаков, без которых это магический узор не придет в действие.
— Что это? — Ламбо ткнул пальцем в рисунок.
— Это врата. Если к нам нагрянут гости, мы выпустим на них зверушку, — пояснил Константин.
В этот момент Торн, тяжело дыша от бесчисленных попыток открыть окно, привалился к нему и оно поддалось.
— Идиот, — прошептал Константин, глядя на ликующего здоровяка.
Они выбрались в глубокую темную ночь. Константин и Сэм тут же продрогли в своих тряпицах. Ламбо дал сыну свой плащ, а Эс — свою куртку Сэму. Позади них дворец светится изо всех окон, что было довольно необычно в такой поздний час. Доносились крики стражников. Похоже беглецов искали, и очень тщательно. Сэм с шумом вдохнул холодный ночной воздух. Как же здорово вновь оказаться на свободе!
Торн погасил свой факел, чтобы не привлекать лишнего внимания. Он шагнул в ближайший переулок и скрылся из глаз. Может Ламбо и Эс что-то и понимали в происходящем, то Константин и Сэм просто пялились в темноту. Так продолжалось с минуту, и легко одетые члены компании начали без движения снова замерзать. Торе вынырнул из переулка так же бесшумно, как и вошёл в него.
— Путь чист. Идём, — коротко сообщил он.
Все двинулись вслед за ним, сцепившись за руки. Константин ничего не видел, даже собственной руки, которая держалась за руку Ламбо. Шаг то и дело сбивался, когда нога встречалась с каким-то мусором. Константин молился, чтобы на их пути не оказалось разбитого стекла. Дело в том, что до сих пор он и Сэм шли босиком. Иногда Торн их останавливал и шёл вперёд в одиночку, проверяя безопасность маршрута. Но никто им не попадался. Ни стража, ни рядовые граждане. Константин начал подумывать, а не заманивают ли их в ловушку, но делится мыслями ни с кем не стал.
Один раз они попали в полосу яркого света. Источником служил один дом, в глубине Престижного квартала, который некогда приходился Константину домом. Друзья даже услышали пронзительный рык нынешнего хозяина тех мест. И насколько Константин мог судить по тембру звука, дракон ещё более прибавил в размерах. Так, перебегая от одного проулка к другому, они добрались до Сетей. И здесь им не пришлось прятаться, они попросту растворились в толпах народу, наводнившего этот район. Идти стало намного проще. Кое-где на перекрёстках висели одинокие фонари, освещавшие участок улицы.
Здесь Константин не опасался разбитых бутылок под ногами. Но появился другой страх — не вляпаться в чью-то блевотину или испражнения, что, в общем-то, было одно и тоже. О возможной погоне он совсем не думал. Не хотел думать. Ведь побег прошёл так гладко, что не хотелось омрачнять его подобными мыслями. Константин нисколько не удивился, когда обнаружил "Острый нож" закрытым.
На дверях болталась короткая доска, на которой было нацарапано "Чед заболел". Однако собравшаяся у дверей толпа ни в какую не желала принимать это за истину. То и дело из группы выходил подвыпивший гражданин и что есть сил барабанил в двери или дёргал за ручки, сопровождая крепкими словами, как в адрес дверей, так и самого Чеда. Впрочем, агрессия быстро сошла на нет, когда кто-то принёс с собой несколько бутылок спиртного.