Зато Улька отлично проводила время, купаясь в одобрительных возгласах. Раскрасневшаяся, бодрая, она прокричала во всю силу звонкого голоска:
Пусть умен ваш инквизитор, Знает праведный закон, По-любому он не ровня Жаркой рубке топором! Эх!..
Люди шептались о чем-то, но Йена редко вслушивалась в чужие разговоры. Она обошла очередной стол и, забирая пустое блюдо, обратила внимание на затихших седоков. Трое мужичков смотрели не на Ульку, как все прочие, а куда-то в угол зала. Йена обернулась в ту сторону, но один схватил ее за руку и смотрел как-то потерянно и испуганно.
— Инквизиторы…
— Бред, что церковникам делать в Армасе? — возразил его сосед, но тут же заткнул рот выпивкой.
Йена плавно, но настойчиво высвободилась и отошла к кухне. Снова обернулась. За столом в углу сидел мужчина в серой накидке и крупная женщина в легком доспехе. За весь вечер они ничего не заказали. Йена нахмурилась. Она не помнила, как и когда они появились в харчевне, хотя никогда не пропускала ни единого стола.
Пение прекратилось. Скрипач вывел завершающие ноты и выдохнул.
Гул разговоров был прерван хором хлопков и ударов по столешницам. Грозная женщина в углу не двигалась, тогда как молодой человек аплодировал и мило улыбался.
Улька соскочила со стола и обвила подругу руками.
— Йена, миленькая! Спасай, они мне всю юбку пообтрепали…
— Подожди, еще стол остался. Взгляни в угол. Знакомые лица?
Блондинка сощурилась, смешно поморщив носик.
— Страшная какая. А он что, тоже в форме?
— Не знаю. Но эта в доспехах. Значит, с границы?
— Сбежала? Как их называют, десиры? Дезеры?
— Дезертиры. Такую вряд ли что-то испугает.
— Сказать хозяину?
Улька побледнела, хотя только что плясала, как угорелая. Каждый раз, думая о войне, ей было не по себе. Йена качнула головой.
— Пока не надо. Не бойся только. Поймем — скажем.
Йена ощутила леденящий холод затылком, обернулась и сцепилась взглядом с грозной женщиной. Один ее глаз был скрыт повязкой. Улька дрожала позади, но с любопытством выглядывала поверх плеча подруги.
— Иди, передохни, — Йена передала Ульке блюдо с парой кружек и с привычной расторопностью отправилась к пропущенным гостям.
Женщина хмурилась и молчала. Подойдя ближе, Йена рассмотрела ее крупное угловатое лицо, усеянное шрамами и порезами. Повязка, накрывшая правый глаз, плотно прилегала к коже и была в цвет ее доспехам. Темные сальные волосы выбились из плотного зачеса, липли ко лбу и щекам. Заметив, что ее рассматривают, женщина накинула капюшон. Ее сосед с интересом изучал интерьер. Йена заметила издалека его молодое лицо, промоченные насквозь одежды, грязный с дороги плащ. Серая накидка инквизитора.
— Чего желают господа? — буднично спросила Йена.
Инквизитор обаятельно улыбнулся.
— Что ж, начнем с закусок. Мы ведь теперь никуда не торопимся?
Он смеющимися глазами переглянулся с попутчицей. Та буркнула что-то в ответ.
Приняв пожелания гостя, Йена кивнула.
— Ах, да, и еще эсменского вина, если осталось.
— Шесть десятков крон за бутыль, господин.
— Да-да, именно его. Мы впервые в Армасе, а ради успеха нашего предприятия стоило бы и выпить.
Йена отошла от их стола будто бы ослабленная. То ли непривычный вид женщины ее испугал, то ли смутил молодой инквизитор. Но Омнис слишком далеко от Армаса, нужно не меньше месяца, чтобы доехать туда, а письма тети оттуда идут и того дольше. Что за дело может быть у инквизитора на другом конце государств?
Хозяин харчевни дернул ее за локоть и отчитал за долгое бездействие. Йена равнодушно выслушала выговор и вернулась к работе. Последний заказ передала Ульке, а сам угловой стол с его мрачными седоками обходила стороной. Ее ни разу не подозвали.
***
Хозяйка снова отправила ее в амбар. Йена закончила укладывать посуду у полной бадьи с мыльной водой, накинула на голову плащ и вышла в душную ночь.
Дорожку размыло, старые туфли скользили по грязи. Надоедливая морось с самого утра продолжала угрюмо нависать над городом, и казалось, не закончится никогда. Переменно в небе сверкали далекие росчерки грозы. Сырой воздух не нес запахов, кроме дыма — через проезжую дорогу дети жгли под складской крышей старые доски.
Дрожа, Йена сняла засов и с чудовищным скрипом отворила дверь небольшого амбара. Прикрыла, чтобы не надуло ледяным ветром, и прошла между рядов бочек и ящиков с провизией. Из сундука достала запрошенное вино.
Взяв бутыль подмышку, Йена закрыла сундук, накрыла тяжелым настилом, поднялась и чуть не столкнулась с молодым инквизитором. Тот смерил ее ласковым взглядом сверху вниз.