Небо кувыркнулось вверх тормашками, в голове раздался щелчок, и я полетела вниз.
Ощущение было странное. Зрение разделились. Я как будто смотрела на всё со стороны и в тоже время чувствовала себя внутри мелкой зверушки. Она была похожа на смесь кабана и саблезубого тигра, с таким огромным рядом зубов, что те не помещались в горло.
"Мама моя, что же она ест?"
В голове вихрем проносились разные мысли, а время словно замерло.
Разбойники, не заметив изменений, мутузили друг друга кулаками, отчего на и так грязный пол посыпались немногочисленные вещи с лавок и сундука.
От неожиданности и всё ещё острой боли в груди, я забилась в один из углов под лавку. Рядом со мной упал многострадальный кусок зеркала. Скосив на него глаза, я увидела зубы, много кривых зубов на довольно мелком и безобидном, даже на вид, кабанчике.
"Да уж, не вышло из меня великого и ужасного. Придётся работать с тем, что есть. - Шмыгнула я пяточком."
В комнате что-то перевернулось, перед носом выросли огромные сапоги и чуть не придавили этот самый пяточок.
- Хрю - хрю! Ууууииии! - Сказала я, имея ввиду: "Куда прёшь, придурок!"
Звуки стихли, и я очень скоро поняла свою ошибку.
Бандюги, не поделившие "шкуру не убитого медведя", быстро среагировали на мой вопрос, выставив перед собой сразу два остро заточенных ножа.
- Дикий кодишь! - Взвизгнул один.
- А где баба? - Закричал другой.
Возгласы их прозвучали одновременно и поэтому они, продолжая держать оборону, стали искать бывшую меня.
- Баба пропала! - удивлённо воскликнул лысый, вертя головой.
- Его надо прирезать, вдруг кинется. - Басом пискнул громила, не отрывая глаз от моей тушки. Огромная рука, державшая нож, подозрительно дрогнула.
- Оборотень прошел инициацию. Это она! - Гневно направил на меня кривой палец первый.
Оба бандита возмущённо уставились на меня, как бы говоря: «Как ты могла?"
- Хрю! - Сказала я и тяпнула за протянутый перст.
Дальше всё смешалась, как в лучших комедиях кинематографа. Вот только мне было не смешно.
Лысый запел арию Татьяны, сразу взяв высокие ноты, прижав к груди кровавый обрубок. Громила замахнулся ножом. Я выплюнула каку, поняв, что зубы из дикой морды торчат не просто так. С грохотом на распашку открылась дверь, на пол упал артефакт и в комнату ворвались звуки.
- Убить! - Заорал чей-то знакомый голос и в мою сторону устремились все действующие актеры пьесы.
Грубые голоса и топот множества, приближающихся ног, запустил в моём мозгу программу по спасению.
"Инициация...я оборотень...не просто оборотень - многоликая."
Всё это промелькнуло во время акробатических увёртываний от ножей и сапог. Я решила превратиться допустим...в таракана. Так быстрее получится добыть путь к свободе, если не затопчут.
Небо снова пошло кувырком, наградив меня уже не такой сильной болью, и я увидела перед собой усы, гигантские, достающие почти до двери к вожделенному спасению.
«Да уж, размерчик снова подкачал. А хотелось уйти не заметно.»
Это уже позднее, я узнала, что работать с массой, изменяя размер, надо учиться годами. А на данный момент, я представляла из себя огромного, откормленного на жирных домашних харчах таракана, размером с хорошую собаку.
- Ааааа, что это!
- Оооэээээ!
- Мамаааа!
Со всех сторон раздавались громкие крики и визг, местами переходящий в ультразвук. Разбойников от ужаса раскидало в разные стороны. Кто-то даже залез на лавку и окно. Видимо в их мире не водились гигантские тараканы.
На какое-то мгновение, проход к двери оказался открытым, и я рванула туда со всей скоростью, на какую только был способен таракан, быстро перебирая всеми парами ног. По дороге в смежную комнату и, Слава Богу, раскрытую настежь входную дверь, я не встретила никаких препятствий. Все бандюги почтительно отпрыгивали от меня, совершая цирковые прыжки спиной назад. Столько бранных слов, я не слышала за всю свою жизнь, да это было и не важно. Главное - спасение!
"Эффект неожиданности - это наше всё! Потому что, исчезнуть он может в любой момент!"
Что и произошло, едва я успела выскочить за ворота. Со стороны дома, раздался воинственный клич индейцев, вышедших на тропу войны и в мою сторону рванули все, кто ещё был не занят во дворе. Очухались наконец.
Бежать на шести коротких лапах было тяжело, высокая трава и кустарники очень задерживали продвижение. От всей души я возжелала стать кем-то прыгучим и быстрым, но непременно обитающем в этом мире, чтобы поскорее затеряться в лесу.