За дверью послышались шаги, и я спиной подперла ее понимая, что вряд ли хлипкая слегка обветшавшая деревянная преград вряд ли устоит перед мужской грубой силой. Я затаила дыхание и прислушалась к звукам снаружи, там была подозрительная тишина.
— Открой, надо поговорить! — раздался легкий стук, и я вздрогнула. — Яна, если бы хотел причинить тебе вред, то сделал еще это в лесу, когда ты был в бессознательном состоянии, — это он меня привез? Я выглянул в щелку видя перед собой белые кроссовки и черные спортивные штаны без всяких эмблем.
— Кто ты? — все же пискнула я и отползла от двери, так как незнакомец присел и прямиков в щель уставился на меня черным взглядом.
— Впусти меня, Яна! Не через дверь же нам с тобой разговаривать! — возмутился он и я закусила губу борясь со страхом и любопытством. — Я не причиню тебе вреда! — голос его звучал спокойно и без особых эмоций.
Сделала вдох, а потом выдох. Медленно поднялась на ноги и дрожащей рукой надавила на ручку открывая дверь. Она медленно и со скрипом открылась, и я встретилась с черным взглядом незнакомца.
Он стоял вальяжно, облокотившись о деревянную опору небольшого навес над крыльцом и скрестил руки на груди, довольно широкой и обтянутой белоснежной футболкой. Его коротко подстриженные волосы черного цвет трепыхались на ветру.
— Кто ты? — повторила я вопрос.
— Мое имя Димитрий, — преставился мужчина. — Может поговорим все же внутри? — раздражённо отозвался он и я вздохнула.
Надо было не открывать ему дверь, послать куда подальше. Но в итоге отошла от двери и пропустила его в дом. Прошло до кухни и машинально поставила чайник на плиту. Все это время чувствовала на себе его холодный обжигающий взгляд.
Внутри было неспокойно, мужчин мне представился хищником. Димитрий был опасен, я ощущала это буквально всеми фибрами души, но в тоже время я все время украдкой посматривала в его сторону, когда наливала чай по чашкам.
Мужчина чинно сидел за столом и просто следим за мной взглядом, он был настолько пристальным, что мне становилось не уютно от этого. И для меня это не прошло бесследно, я споткнулась о ковер и вместе с горячими чашками начала падать вперед.
Димитрий смазанным движением переместился ко мне, вот он сидит за столом, а вот уже держит меня в объятиях. Сердце бешено колотилось в груди, и мы, не отрывая своего взгляда смотрели друг другу в глаза. Звон разбившихся чашек немного привел меня в чувство.
— Спасибо, — выдавила из себя и попыталась отстраниться, но попытка оказалась тщетной.
Я замерла в его объятиях, ощущая холод его тела и силу, исходящую от него. Внутри меня боролись противоречивые чувства: страх и притяжение, тревога и любопытство. Я не могла понять, что именно меня так тянет к этому мужчине, который казался одновременно опасным и притягательным.
— Вы холодный. Замерзли? — после моего вопроса он вздрогнул и отстранился, опустил руки и растерянно обвел легкий погром взглядом и неопределенно хмыкнул.
— Согреться теперь не получится, — проговорил медленно Димитрий и посмотрел на меня, мое сердце пропустило удар. — Испугалась? — спросил меня он и я мотнула головой.
— Нет, я... Как Вы так быстро оказались рядом? — спросила то, что действительно меня беспокоило в этот момент.
— Адреналин, — ответил мне и присел, собирая осколки с пола.
Только тогда я опомнилась и кинулась з веником и совком, что помочь ему. Осколки хрустели под веником, создавая неприятный скрежет в тишине. Я старалась не смотреть на Димитрия, но краем глаза видела, как он методично собирает крупные куски стекла, не обращая внимания на мелкие порезы, которые наверняка уже украшали его руки.
Адреналин... Что он имел в виду? Адреналин не объясняет эту ледяную ауру, исходящую от него, эту пугающую скорость. Я чувствовала, как внутри меня нарастает тревога. Вся моя интуиция кричала, что передо мной кто-то сильный и опасный.
Закончив подметать, я высыпала осколки в мусорное ведро и, стараясь сохранять спокойствие, подошла к нему. Он поднял на меня взгляд. В его глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение, но тут же исчезло, сменившись привычной маской вежливости. — Ты пахнешь страхом, — медленно проговорил Димитрий. — Тебе не стоит меня боятся, — что он сказал? Пахну страхом?
— В каком смысле, я пахну страхом? — даже оскорбилась я и принюхалась к себе. — Может, у меня просто духи такие, — огрызнулась я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
Глупо, конечно, но что еще можно ответить на такое заявление? "Ой, да, вы правы, я тут вся трясусь от ужаса, потому что вы выглядите как ходячая катастрофа"? Нет уж. Он слегка наклонил голову, словно изучая меня. Этот жест, такой простой, почему-то заставил меня съежиться.