Агата почти не осознавала срок, большую часть времени проведя в отключке. Последнее, что она припоминала, лёжа под смердящим телом беса и деревянными обломками, это отчаянное желание увидеть Александра. Она всегда считала себя сильной, не столько физически, сколько эмоционально, вынужденная не раз принимать сложные решения. Лёжа под обломками, она боролась с непрекращающейся болью и сдерживала панический страх из-за сдавливающей тяжести и подбирающегося пламени. Однако после многочисленных тщетных попыток хоть немного приподнять обломки со своего тела Агате захотелось то ли расплакаться, то ли рассмеяться, будучи скованной предательской слабостью. Она ничего не могла изменить и в какой-то момент перестала бороться. Прекратила смешить судьбу своими ничтожными попытками.
– Спасибо, – ответила Агата, поняв, что он говорил о разросшихся пятнах на её руках. Каким-то образом Марку удалось отвадить Анну от её кровати и, похоже, подговорить лекарей, чтобы те помалкивали.
– Мне сказали, что отметины есть и на ногах. – Это был не вопрос, поэтому Агата ничего не ответила, дав паузе перерасти в продолжительную тишину, которую прервал сам Марк: – Как ты?
Агата улыбнулась его искренней заботе: если первая фраза ещё отдавала гневом, то вторая прозвучала мягко, расстроенно.
– Сносно. Бывало и хуже, – заверила она, решив не уточнять, что хуже было лишь с кинжалом в сердце от Даниила. – Не волнуйся, я чувствую, что связь с Александром работает. Всё медленно, но заживает.
Агата пришла в себя вечером следующего дня и вот уже дольше суток в постели. Она не врала, действительно чувствовала себя лучше. Сыпь оставалась, но она видела, как ожоги и другие последствия встречи с бесом бледнели. Единственное, что её не отпускало, – это странная слабость. Впервые она ощущала себя настолько вялой, будто тело разом состарилось на те самые двести с чем-то лет. Она даже не смогла встать и проводить Мар в обратный путь. О травме Велены позаботились, и девушки заторопились домой в храм. Слишком неуютно им было в Ашоре, отвыкли от повышенного внимания и взглядов, которые моментально получили от здешних жителей из-за своих алых плащей.
– Что насчёт сыпи Анны?
– Пока не растёт. Лекари регулярно проверяют.
– Мстислав?
– Тоже. У него всё как раньше.
О Ярине Агата не спросила, и так зная ответ. Только у неё и у Агаты пятна стремительно разрастались по коже. У Агаты они были тёплыми, но у Ярины жар распространился по всему телу, заставляя девочку мучаться от лихорадки.
– Как пострадавшие? – сменила тему Агата.
– Трое мёртвых. Семеро раненых, но они поправятся, – поделился Марк.
– Сколько домов сгорело?
– Тринадцать, но ничего серьёзного. Они были деревянными, а сейчас тепло, и мы быстро всё восстановим.
Агата проследила за взглядом Марка на распахнутое окно. Задувал свежий ветер, принося аромат сирени. Голубое небо оставалось безоблачным. Александр уже должен быть у гряды или даже пересечь её. По подсчётам Агаты, если не произошло ничего непредвиденного, то возвращение Глеба можно ждать к концу недели.
– Кто-нибудь из Теней пострадал?
– Нет, весь удар ты, как всегда, приняла на себя, – язвительно напомнил Марк. – Пострадал разве что желудок Егора. Парня вывернуло, когда он помогал тебя вытаскивать. Смердело знатно.
– В следующий раз приглашу тебя разделить лавры и поползать по кишкам нечисти вместе со мной, – передразнив, пообещала Агата.
Марк фыркнул, но уголки губ дёрнулись в улыбке.
Он ещё какое-то время побыл с Агатой, развлекая её сторонними разговорами, а после вместо него пришёл Мстислав. Принц принёс шахматы и, забравшись на кровать, делился всем подряд: начиная от произошедшего на его уроках до слухов о недавнем появлении беса. Агата со снисходительной улыбкой слушала очередные выдумки о себе, но Мстиславу россказни нравились, и она терпеливо поправляла, если где-то была совсем из ряда вон выходящая выдумка.
Агата пристально следила за племянником, но он, несмотря на небольшой дискомфорт от сыпи, не выказывал странного поведения. Агата улыбалась, в очередной раз подмечая знакомые черты Северина и Анны в нём. Появление Мстислава и Ярины было неожиданностью и настоящим чудом. Агата испытывала боль от мысли, что едва ли может их защитить.
Мара пару раз поддалась, радуя принца своими проигрышами, и Мстислав ушёл в хорошем настроении. Затем она проведала Ярину. Её жар в очередной раз начал сходить, но это уже не радовало, потому что лихорадка то отпускала, то возвращалась, не проходя полностью. Агата встретилась с Анной и Северином и спустя время, измотанная, вернулась в свою спальню. Она почти ничего не сделала, но тело казалось переломанным и старым, едва шевелящимся. Дурное предчувствие давило на плечи, и Мара завалилась на кровать, надеясь найти утешение в знакомых запахах, мечтая хоть во сне уловить присутствие Александра. Ей были жизненно необходимы его собранность и хладнокровная уверенность.