Приминая траву, Илья настороженно приблизился, его замутило от вида того, что пряталось внутри. Зелень, напоминая остатки живого организма, росла из человеческих тел. Молодые ветви с зелёными листьями рвались из животов, разинутых ртов и глазниц. Илья бегло насчитал семь голов разной степени разложения. Илья слышал, что некоторые любители приключений всё-таки лезли через горы на Мёртвые земли, но только теперь увидел доказательства. Местами из коры виднелись обломки совсем уж старых костей, намекая, что тела внутри далеко не первые. Агата говорила, что жизнь лешего зависит от этого дерева. Оно его питает? Продляет жизнь, используя человеческие тела как… удобрение? Сколько столетий он существует?
Не раздумывая, Илья с размаха ударил своим мечом по стволу. Не топор конечно, но чёрное лезвие Морока в разы прочнее обычной стали. Меч со звоном встретился с корой, оставив там жалкую царапину, отдача в руки от столкновения вырвала у Ильи судорожный вздох, заныли зубы.
Ещё два удара он нанёс с меньшей силой, но кора по прочности не уступала металлу. Илье показалось, что он мечом пытается разрубить наковальню. Проклятье! Агата говорила, что слабость лешего в дереве, но огня у него не было, а срубить эту дрянь не выйдет.
Деревья застонали, согнувшись, когда леший протиснулся на поляну, Александр покорно шёл за ним. Шаг уже перестал быть ровным, наставника шатало и вело из стороны в сторону, словно силы его покидали вместе с обильно вытекающей кровью. Илья занервничал, увидев, что она сочится и из его рта.
Леший либо уничтожит ему мозги, либо посадит в дерево в качестве свежего удобрения. Илью передёрнуло. Не имея чёткого плана, он убрал меч, выхватил стрелы, остриём порезал ладонь и обмазал в выступившей крови. Если сила Мары в них самих, то силы Морока в тенях в его крови.
Натянув первую испачканную стрелу, Илья, не раздумывая, пустил её лешему в пустую глазницу: видеть-то как-то он должен. Чудовище взвыло, скорее от удивления, вздрогнуло и замерло. Александр застыл, а потом коротко дёрнул головой, что-то услышав. Илье почудилось ржание лошади, но обернуться он не мог и молился, чтобы Лела не была настолько безрассудной и не решила сунуться сюда.
Илья натянул лук и прицелился во второй провал глазницы. Леший, будто прочитав его мысли, выдрал первую стрелу: в его пальцах она походила на досадную занозу. Рука Ильи не дрогнула, лук оставался уверенно натянутым.
– Отпусти его! – велел Илья.
Леший по-звериному наклонил тяжёлую коронованную голову.
– Ты-ы-ы… уби-и-и-райся.
Илья ожидал чего угодно, но только не настоящего ответа. Голос был странным, шуршащим, древним и медленным, леший с трудом помнил слова.
– Это-о-от мо-о-ой. Пе-ервый ко мне-е… по-ле-ез.
– Нет! Отпусти его, иначе сам умрёшь!
Илья понимал, насколько абсурдно прозвучало его заявление, но хриплые звуки, напоминающие смех, лишь разозлили. Плотно сжав губы, юноша отпустил натянутую тетиву. Леший подавился своим весельем и отступил на шаг со стрелой во втором глазу. Раздражённое шипение не предвещало ничего хорошего, но Илья, наоборот, воодушевился. Тот факт, что чудовище чувствует боль, придавал уверенности.
– Отпусти его, или я спалю твоё драгоценное дерево! – дерзко заявил Илья.
– Жа-а-алкий че-е-ервь. Все вы-ы на сло-овах сме-е-елые, а пото-о-ом кри-ичите и умо-о-оляете.
Он даже не стал вытаскивать стрелу из глаза, а сразу рванул к Илье. У юноши оказалось всего пару мгновений на то, чтобы отбросить лук и обнажить меч. Он уклонился вовремя: мощная рука едва не превратила его в лепёшку. Илья обрушил лезвие на пальцы, отрубив несколько. Леший хрипло взвыл и отшатнулся. Накатившее радостное воодушевление сменилось недоверием и вытянувшимся лицом, когда ветви с ладони удлинились и разрослись, восстанавливая ветвистые пальцы.
Ну и падаль.
Илья с детства восторгался старыми историями, но сейчас был не прочь всех подобных существ отправить в Тень.
Ему удалось избежать последующих атак, юноша дважды рубанул лешего по ногам и взмахом отсёк кисть, но та выросла, сплетённая из ветвей. Леший был слишком мощным, один удар мог стоить жизни, и у Ильи закружилась голова от бесконечных уклонений и уворотов, ни одна из его атак не принесла нужного урона. Не зная, что предпринять, Илья бросился к мёртвому дереву и вместо того, чтобы бить по цельному стволу, колющим ударом проткнул в дупле тела с молодыми ветками.