Если не успел выбежать первым, лучше замереть на месте и подождать пока остальные собьются в стаю и, толкая друг друга, промчатся хотя бы два-три проёма по пути к стадиону. Иначе рискуешь стать безвольной чешуйкой на шкуре змеи из школьников, агрессивно и стремительно несущейся вперёд. А, как известно, хвосту нет дела до головы и наоборот. Один раз Никанор не удержался на ногах и упал, а другие школьники невозмутимо перепрыгивали через него, будто это одно из упражнений по физре. Было страшно и неприятно. После того раза он заранее готовился к открытию дверей и едва промежуток становился достаточным, протискиваясь в узкую щель, что есть духу мчался к спортзалу, который школьники между собой называли ареной. Сегодня повезло и Ники даже не столкнулся в коридоре ни с кем, только боковым зрением заметил как за ним, на расстоянии метров десяти, формируется голова змеи и будто бы стремится его нагнать. Нежелание быть поглощённым разновозрастным потоком школьников придавало сил мчаться по легкой дуге спиральных коридоров школы. Четыре пролёта, один виток и уже виднеются врата арены. Солнечные лучи через стеклянный купол падают на изумрудную, пока не затоптанную, мягкую зелень, а бабочки ещё не успели спрятаться перед нашествием школьников. Никанор вбежал и сразу же, резко свернул направо, чтобы змея не захватила его на самом финише. Он сделал шаг, но споткнулся ногой о ногу и, не удержав равновесие, рухнул на траву лицом вниз. Судорожно стараясь отодвинуться подальше от прохода, Ники перевернулся на спину и испуганно стал отползать назад, активно двигая локтями и отталкиваясь пятками. Едва он успел подогнуть колени, мимо с ветром пронеслась рассыпающаяся змея из шумных школьников. Через минуту гулкий топот плавно успокоился и разновозрастные дети, от шести до четырнадцати лет, заполнили большую половину пространства арены. Сначала они сбились в небольшие кучки, скидывая обувь, затем рассредоточились, отдаляясь друг от друга и готовясь к занятиям.
Положив голову на мягкую траву, Ники блаженно закрыл глаза и вспомнил биологических родителей, которые год назад рассказывали ему что такое победа. Тогда он и подумать не мог, что в школе для великих детей может быть такое ужасное испытание три раза в неделю, как общие занятия физкультурой. Наслаждаясь сквозь закрытые веки приятным красным светом, Ники ощутил, что над ним нависла тень и нехотя открыл глаза. Прищурившись, он дёрнул носом и внимательно взглянул на темноволосую девчонку, которая зачем-то склонилась над ним.
— Твои там, — махнул Никанор рукой в сторону уже выровненных рядов школьников с великим потенциалом.
Девочка озадаченно пожала плечами и ничего не ответив, протянула ему руку.
— Твои, — громче повторил Ники и показал пальцем в центр арены, — там.
Отрицательно помотав головой, она снова промолчала, наклонившись ниже с протянутой рукой. Зевнув, Никанор приподнялся на локтях и медленно встал, демонстративно минуя её ладонь. Он отряхнулся и, ссутулившись, глянул на примятую траву, но моментально выпрямился, слегка ойкнув — получил легкий разряд электрического тока в обе лопатки. Девочка, с прищуром глянула на него, а потом расхохоталась во весь голос, запрокинув голову и схватившись за живот. Через несколько мгновений она успокоилась, поправила два коротеньких хвостика, которые слегка оттопыривали её уши и снова протянула руку.