— Прости, мы что идём в волчье логово без защиты? — спросила Варвара уже на улице.
— Нет, Варя, мы идём в ночной клуб.
Подземный переход через Большую Садовую был закрыт, но Глеб всё равно спустился по лестнице и остановился у решётки. По правде, меньше всего ему сейчас хотелось быть здесь. И без того за день хватило нечисти, не говоря уже о том, что он, помимо прочего, чуть не провалился в Навь и раскопал труп. Но он присмотрелся и простучал четыре точки на решётке.
В переходе было темно и до того тихо, что казалось, сейчас откроешь рот и собственного голоса не услышишь. Впрочем, молчали. Глеб глядел по сторонам, привыкая к темноте, и наконец нашёл нужную дверь — её едва можно было различить между двух крошечных, запечатанных рольставнями магазинов. Снова постучал. Шум из открывшейся двери сперва показался неразборчивым и давящим, но скоро стало понятно, что это музыка.
За дверью был недлинный коридор, заканчивающийся бархатным красным занавесом, возле которого стоял огромный детина в костюме. На Глеба он посмотрел без интереса, а на Варвару уставился с подозрением.
— Кто это с тобой? — спросил тяжёлым низким голосом.
— Это Арсену на закуску, — ответил Глеб и сразу прошёл за занавес.
Варя прошмыгнула следом, ткнув его кулаком в спину. Они действительно оказались в ночном клубе, причём зал, уходящий вниз ещё на один этаж, был достаточно большим и заполненным. Неоновый красный свет мрачно освещал чёрное пространство, гремела музыка. Глеб резко ощутил свою усталость, что было не самым лучшим состоянием для подобного места. Здесь стоило каждую минуту быть начеку.
Они спустились. Внизу было ещё громче, но свет уже не слепил глаза. Глеб поймал пробегающую мимо официантку в красном платьице и шепнул ей на ухо:
— Я ищу Арсена.
Она расчертила воздух красным ногтем, и Глеб пошёл в указанном направлении. За танцполом в зоне для отдыха, поделённой решётками, стояли диваны и столики, всюду кто-то расслабленно лежал или сидел, выпивали. Ещё не различив искомого лица, Глеб услышал голос:
— Ара! Вонцес?
Арсен сидел на диване, раскинув по его спинке руки и держал в одной из них бокал с какой-то жидкостью. Это был широкоплечий чернявый мужчина с большим носом и глазами чуть на выкате. Белоснежная рубашка небрежно обнажала золотую цепочку у него на шее.
— Давай без этого, Арсен, — сказал Глеб, усаживаясь на диван через столик. Приходилось громко говорить во всём этом шуме. — Я тебе не друг.
Арсен, раскрыв большой рот, рассмеялся. Варвара неохотно села тоже.
— Ну ты бы заходил почаще, Глеб, у нас тут любят таких сладких мальчиков, как ты.
— Кое-кто из твоей стаи убил человека. Это женщина, мне нужно с ней поговорить. Варя, подвеску покажи.
Варвара выложила на стол камень. Арсен посмотрел на него, лениво отпил из бокала и облизнул губы.
— Ты что-то путаешь, видящий, — сказал он. — Мы законопослушная стая.
Глеб вздохнул и пересел ближе, чтобы не орать.
— Слушай, Арсен, я сюда не порядок восстанавливать пришёл, это дело Поповича и компании. Но если кто-то из твоих решил человечины пожрать, то пусть в следующий раз хоронит по правилам и не плодит паршивых неупокоенных душ, которые потом вылазят из Нави. Ты меня знаешь, я в ваши дела не лезу, плевать мне на них. Но есть одна вещь, которая может вывести меня из себя — когда моего сына трогают. Так что если не хочешь, чтобы я влез в твои дела и прикрыл этот питомник, лучше приведи сюда ту, кто этот медальон носил.
Арсен смотрел на него, растянув на лице довольную улыбку.
— Нравишься ты мне, Глеб, я бы тебя к себе в бизнес взял. Только скажи, будь добр, что мне мешает прямо сейчас тебя и девчонку твою порешить?
На его левой руке прорезались острые когти, и он стал пошкрёбывать ими по спинке дивана.
— Не знаю, Арсен. Что тебе мешает?
Он рассмеялся и жестом привлёк официантку.
— Аню с бара позови, — кивнул ей и снова повернулся к Глебу. — Будем считать, что ты теперь мне должен.
Глеб ничего не ответил. Можно было считать, что он отделался малой кровью. Кто знает, сколько ещё ему пришлось бы возиться с этим делом, не узнай Арсен подвеску.
Аня пришла быстро. Она оказалась не только моложе Глеба, но и даже моложе, чем он мог предположить: ей не было и двадцати пяти. Неужели дочь? В темноте было сложно различить общие черты. Аня, как и прочий персонал клуба, была одета в красное платье, светлые волосы собрала в пучок и ярко подвела глаза. Она смотрела на Арсена так испуганно, будто он собирался её сожрать.