— Насколько я помню, это твоё, — сказал он.
Подвеску Аня сразу узнала. На секунду вскинув брови, она сглотнула слюну и на полшага отошла назад, проблеяла:
— Было моё. Дурной камень.
Варвара хмыкнула и впервые подала голос:
— Если душа кривая, то камень тут не виноват.
Но никто не обратил на неё внимания.
— Ко мне тут пришёл видящий и утверждает, что ты человека убила.
— Арсен, я не…
— Не смей врать! — рявкнул он, и Аня едва не всхлипнула. — Ты что, шавка, не знала, что если труп просто в яму бросить и землёй присыпать, он там сто лет свежий валяться будет? Сколько вас, собаки, учить, что если наделал херни, то лучше сразу от Арсена по рылу получить, чем потом, когда я по-настоящему разозлюсь?
— Арсен, простите, я…
— Просить прощения будешь, когда наши гости уйдут. А пока сядь и рассказывай.
Аня с несчастным видом опустилась на диван.
— У нас с Гошей был роман… — сказала она. — Знаю, что вы думаете. Но я правда так выгляжу, мне двадцать два, у нас была большая разница в возрасте, и мы скрывались ото всех. Я его любила, правда, он сложный был, никто не любил его, а я любила. Только рассказать не могла, кто я, ну как такое расскажешь человеку? Я у него жила почти, заботилась о нём, порядок наводила, готовила еду. Но он всё знать хотел, почему я на ночь не остаюсь и куда убегаю. И однажды он меня запер, не дал уйти. Я разозлилась, а когда злишься, контролировать себя не можешь. Вот и обратилась. А дальше… сама не поняла что — всё так быстро случилось. Очнулась, а бедный мой Гоша мёртвый лежит… Испугалась я, дура, вот и закопала. Живу теперь с этим стыдом, покоя мне нету…
Она замолчала, закрыв лицо ладонями.
— Ну с этим мы поможем, — сказал Глеб и поднялся с дивана. — Пойдём, тут недалеко, даже успеешь мне кофе на дорогу сварить.
Он посмотрел на телефон, оставалось полчаса до полуночи.
— Труп я оставил на месте, перехоронить придётся, — сказал Арсену. — Он свежий, так что сделайте всё чисто, пожалуйста.
— Не учи меня, Глеб.
Ушли, не прощаясь. Глеб ощущал на себе тяжёлый взгляд Арсена, пока ждал свой стакан кофе и дальше вплоть до самого выхода, хотя, конечно, в такой толпе Арсен не мог его видеть.
— Вы мне объясните, что происходит? — спросила Аня, когда они оказались на улице.
— Милый твой из Нави вылез и жрёт людей — вот, что происходит! — снова осмелев, сообщила Варя.
— Помолчи, Варвара, — перебил Глеб, и она фыркнула. — Ты его тут держишь, понимаешь, Аня? Он упокоиться не может из-за того, что ты его не отпускаешь. Нужно, чтобы он ушёл, слишком много от него бед.
— Я не понимаю. Как он может быть здесь? Он же…
— Сейчас поймёшь. Надеюсь, он тебя вспомнит.
Глеб остановился у машины, отключил сигнализацию и открыл багажник. Аня увидела Исаева и, обхватив лицо ладонями, сразу заплакала.
— Гоша! Как же ты?… Ох, бедный мой.
Она сняла с него скотч.
— Аня?
Глеб, чтобы не мешаться, утянул Варвару в сторону.
— Уж и поглазеть нельзя, — обиделась она. — Надо ж убедиться, что там всё чисто.
Глеб улыбнулся. Смешная она всё-таки была.
— Любишь ты, я смотрю, в чужие дела лезть.
— Люблю. На то и ведьма.
— Спасибо тебе за помощь, Варя. Без тебя я долго мертвеца искал бы.
Он перехватил стакан с кофе левой рукой и протянул ей ладонь. Варвара уставилась на неё сначала удивлённо, потом с подозрением, осмотрела с разных сторон и наконец пожала. Глеб, правда, не дал ей увлечься и руку быстро отнял.
— Ну, если таки надумаешь ночь перед дорогой переждать… — вдруг чуть ли не смущённо сказала она.
— Поеду я.
Оба повернулись, когда Аня в голос заревела. Когда они подошли, Исаева в багажнике уже не было — только гасило и осталось. Глеб облегчённо вздохнул, Варвара облегчённо чертыхнулась и неуверенно погладила Аню по плечу.
— Спасибо вам, — сказала Аня. — Что помогли ему, — и быстро пошла прочь, размазывая слёзы по щекам.
Глеб взял цепь и закрыл багажник.
— Давай-ка, Варя, я тебя домой подброшу, а ты за меня завтра Поповичу гасило отдашь, он вернуть просил.
— Добрые дела, значит, уже всё? Теперь услуга за услугу?
Улыбнувшись, Глеб допил кофе и бросил стакан в урну. Он сел в машину и почувствовал, как враз стало легче. Никитка на заднем сидении спокойно спал без всяких сновидений.
II. Глава пятая. Девочка в белом платье
Замкнутый в кольцо асфальта лес разрастался. Заняв всё футбольное поле, он так загустел, что не осталось и просвета, и теперь тянул во все стороны ветви, будто щупальца, намереваясь перемахнуть через беговую дорожку и ухватиться за траву. Когда одна из кленовых ветвей коснулась лысого мужичка в спортивном костюме, он вздрогнул и отшагнул назад, где и остался стоять, не в силах отвести взгляда от раскинувшегося перед ним жуткого, но завораживающего вида.