Глава десятая. Там круглый год листва зелёная
При виде гостя Варвара сперва уставилась на него так, будто не могла опознать. Глеб не вязался с новой картиной местной реальности, он был приезжим в городе, в который не вели дороги.
— Видящий, — сказала она наконец. — Что ли ветром тебя занесло в такую погоду?
— Поговорить нужно, Варя. Пустишь?
— Пущу, чего ж не пустить.
Она отшагнула в сторону, взмахнув красной бархатной юбкой, и пропустила его в дом. Внутри было тепло, тихо и густо пахло пряной травой, свет горел совсем тусклый, так что видно было только маленькую часть пространства.
— Да у тебя кровь. Стало быть, и правда дурная буря.
— Стало быть. Есть у тебя что-нибудь от волчьей заразы? Дурно мне.
— Так, может, ты обратишься скоро?
Она усмехнулась, но когда Глеб никак на это не отреагировал, заметила наконец, что он действительно едва держится на ногах, и повела его за собой на кухню. Усадила за стол и достала из шкафа бутыль с прозрачным красным настоем, налила полный стакан.
— Пей всё, — сказала.
Глеб сделал глоток и тут же прыснул им в воздух, Варвара чудом успела отскочить в сторону.
— Дурень!
— Предупреждать надо, что на спирту.
— А ты думал, сок малиновый? — Она снова взяла бутыль и долила до полного стакана. — Пей, сказала.
Глеб зажмурился, вкус был приторно противным, от крепости горло будто ошпарило, так что еле хватило сил допить. Он закрыл лицо ладонью и просидел так с минуту молча, приходя в себя.
— Скажи-ка мне, Варя, — заговорил он, не открывая лица, — водится ли у вас в городе жрец какой-нибудь?
— Откуда у нас тут жрецы, только нечисть всякая и водится.
— Я сейчас серьёзно спрашиваю.
Варвара села за стол напротив него и соединила ладони в замок.
— Слушай, ну если серьёзно, то болтают кое-что. Будто шаман у нас тут живёт, только его не видал никто.
Глеб опустил руку и заинтересованно посмотрел на Варвару. Здесь тоже было полутемно, и он не видел ничего дальше её лица. Она продолжила:
— Вроде как Саввой зовут его. Есть один дом тут внизу, возле речки, там круглый год листва зелёная. Только войти в этот дом никак нельзя, потому что у него двери нету. Не то чтобы мне очень надо было, но сама видала.
Глеб сразу же поднялся из-за стола. От настойки ему сделалось жарко, и всё вокруг казалось пурпурным, нечётким, но дурнота больше не душила, а голова вернулась на место.
— Поехали. Придётся тебе за руль сесть, раз спиртом меня напоила.
— А ты мне про бурю расскажешь? Я чую что-то дурное, а понять не могу.
— Шамана найдём — всё расскажу. Погоди, только от крови отмоюсь, а то за версту разит, наверное.
Он нашёл раковину и смыл остатки крови с шеи и рук, а уже в машине, когда ехали, достал из своей походной сумки чистый белый свитер и переоделся.
В темноте, по мокрой дороге Варвара вела машину медленно, то и дело поглядывала по сторонам и разговаривала будто сама с собой, вспоминая куда дальше ехать. Глеб молча смотрел в окно, настойка разморила его и погрузила в оцепенение, на секунду он даже задремал, а потом резко очнулся от громкого возгласа.
— Нашла! Вот этот, справа!
Они вышли на улицу. Дом стоял на покатом спуске, с которого было видно реку. Был он угловой, старый, некогда окрашенный то ли в жёлтый, то ли в какой ещё цвет, но теперь уже выцветший. С одной стороны его подпирал дом новее и опрятнее, с другой — стояла современная белая многоэтажка. Варвара тут же стала убеждать Глеба, вот, мол, как я и говорила, откуда ни посмотри, никакой двери нету, но он не слушал и всё присматривался внимательно. Дверь-то была, нужно было только её найти. Внимание его занял изящный узор из виноградной лозы, будто стекающий с пышной зелёной шапки, накрывшей балкон на втором этаже. Узор оставлял пустое пространство на стене, и Глеб, решив, что это и есть дверь, постучал по кирпичу три раза.
Варвара растерянно уставилась на дверь. Нельзя сказать, что та появилась по волшебству, просто вдруг глаза различили её контуры и ручку, как если бы подстроились под стереокартинку — просто увидели то, что и так было перед ними.
Дверь открылась сразу же.
— Проходите. Я как раз согрел чаю.
В дом их впустил высокий молодой человек в белой одежде. На вид ему было не больше двадцати лет. Глеб поздоровался и, представив себя и Варвару, пожал человеку руку.
— Нам нужно к Савве, дорогуша, — в своей фамильярной манере сказала Варвара, и молодой человек посмотрел на неё, мягким голосом ответил:
— Здравствуйте.
У него было очень худое лицо с выделяющимися скулами и глазами, лысая голова и длинные мраморно-белые руки. Это был очень необычно красивый человек. Он проводил гостей на просторную кухню и разлил по фарфоровым кружкам пахнущий имбирём чай, сели вокруг овального стола на мягкие стулья. Кухня была светлой и чистой, в углу стояла большая кадка с лавровым деревом.