- Стой. Нельзя, - просипела она, но смуглый легионер услышал, нахмурился и остановился.
Ладони покраснели, вздулись пузырями, кое где кожа уже начала лопаться и течь сукровицей. Тыльной стороной руки она провела под носом, в свете луны и далеких факелов кровь на ней казалась черной. Еле поднялась и пошатываясь добрела до того места, где располагалось в животе монстра производящее туман устройство. Теперь оно исчезло и на его месте лежало круглое абсолютно черное отполированное зеркало из камня, от которого настолько сильно разило темной стороной, что Мария уже решила - открыт еще один прорыв. Нет. Тот самый артефакт, ради которого они сюда шли, ради которого погиб Луций. Хотя кого она обманывает? Он погиб ради неё. Дерьмо! Дерьмо! Вдох. Выдох. Надо успокоиться. Зеркало пока не стала трогать, такую вещь лучше долго не держать в руках. Она остановилась напротив прорыва, огромной дыры, из которой уже показались усы и щупальца других тварей, который ранее распугало более сильное чудовище. Не дожидаясь появления хозяев конечностей Мария опалила их вспышкой чистой энергии и принялась составлять формулу закрытия. Практически десятый уровень, она не подозревала, что такие бывают. Пришлось попотеть, чтобы свести к минимуму расход, сейчас она не может себе позволить потерять и капли энергии, иначе просто сдохнет тут от истощения. Наконец формула была готова и она произнесла её, запечатывая раскрытой ладонью. Нехотя края разрыва стали съеживаться и спустя долгую минуту прорыв оказался закрыт. Девушка развернулась, едва не упав, и с трудом подобрала артефакт, обжегший руки холодом.
- Где чаша? - прохрипела она, приблизившись к мрачным легионерам.
Центурион достал её и Мария, не дав ему докоснуться, сама положила внутрь зеркало, идеально вошедшее в медную окружность. Септимус кивнул Умбре и залил артефакт припасенной заранее жидкостью, похожей на бетон. Леандр переломил палку и в небо ушел сигнал о том, что им удалось захватить артефакт.
- Двигаем! - приказал Центурион.
Умбра тут же подхватил Марию, готовую осесть на камни. Она бросила взгляд туда, где было тело Луция, теперь там остался лишь прах. Эбуций кивком подтвердил её предположение - именно он развеял тело товарища, чтобы оно не досталось врагам. Сейчас, когда исполинская тварь была уничтожена и прорыв закрыт, её чувства уже не так были забиты их эманациями и она четко различала еще пару прорывов поменьше слева у подножия пирамиды, где располагался алтарь. Там же бродили десятки порождений. Сила прорыва была такова, что инфицировала людей даже на таком расстоянии. Легионеров она защитила, а вот дикарям не повезло и в ближайшее время мексика будет чем заняться. Главное теперь самим не напороться на этих гадов.
- Нам туда, - указала девушка на западную лестницу. - Там пока нет порождений.
По ступеням они спустились почти без приключений. Два раза на них выныривали воины мексика, их угостили пулями, еще три раза местное население, пытавшееся унести ноги подальше. Проблемы начались на подходе к зарослям. Воин с веником из перьев на спине остался жив и яростно командовал остальными, возвращая подобие порядка. В темноте и общей суматохе они были темными силуэтами в неверном свете факелов, но воин быстро заметил пятерку бледнолицых и что-то крикнул остальным резко вскидывая руку в их направлении. От десятка летящих копий спас Эбуций, сотворивший волну наподобие той, что нашинковал дикарей Луций. Получилось откровенно слабее, ранило около десятка дикарей, остальных только повалило на землю. В этот же момент из-за пирамиды показался свежий отряд мексика, быстро сориентировавшийся в ситуации. В их сторону полетели еще копья. То, что большинство нападавших почти сразу полегли от выстрелов не сильно помогло, потому как одновременно нападать и защищаться Галл не мог, и два копья нашли своих жертв. Кальвусу попали по голове, а Септимуму разодрало бедро. Не дожидаясь нового нападения они быстро рванули к зарослям. Эбуций схватил осевшего на землю разведчика, а Умбра умудрился не отпуская Марии помочь Септимусу. Удивительно, но их никто не преследовал и спустя десяток пассов они остановились перевести дыхание.
- Никто больше не ранен? - спросил Септимус оседая у дерева рядом с бессознательным Дунстаном.
- Нет, - почти одновременно ответили Мария, Эбуций и Умбра, который заканчивал перевязывать рану центуриона, эфириус помог остановить кровь и сделал обезболивание.
- Можете привести его в себя? - спросил центурион, указывая на Кальвуса.
- Нет, - вздохнул Галл.
- Я постараюсь. Только мне потом понадобится оживлялка, - бросила Мария эфириусу и дождавшись его кивка придвинулась поближе к разведчику.
- Давай я сначала тебя перевяжу, а то и ты отключишься, - проворчал Умбра и извлек из сумки холщовый бинт и какую-то мазь.
Мария на адреналине совершенно позабыла про обгоревшие ладони, помогло еще и неосознанно примененное обезболивание, которое спасало во время жестоких тренировок. Умбра осмотрел её ожоги, цокнув языком закрыл бинтами и разрешил приблизиться к Дунстану. Для необходимого воздействия по счастью требовались совсем крохи энергии и минимум жестов. После активации формулы Кальвус вздохнул и открыл глаза, а у Марии снова носом пошла кровь и в глазах потемнело. Помощь Галла оказалась как никогда кстати, она моментально взбодрилась и почувствовала прилив сил.
- Твою... - простонал разведчик, хватаясь за голову.
- Скоро боль пройдет, - утешила его девушка., тем более, что его задело вскользь.
- Кальвус, нам необходимо решить, куда двигаться, - Септимус раскрыл перед ним карту, еле видную в свете луны, и ткнул в неё пальцем. - Мы сейчас тут.
- Ясно, - Дунстан нахмурился.
- Тут такой шум в эфире, что, думаю, можно один раз кинуть "волну", - предложил Эбуций и пояснил увидев непонимание на лицах. - Эфирная формула, которая сможет определить наличие живых существ на милю или около того.
- Да, это было бы хорошо, потому как я чую только порождения и прорывы, - согласилась Мария.
- В основном все с той стороны пирамиды, - через минуту сообщил эфириус и потом показал в глубину леса дальше на запад и на восток чуть севернее пирамиды, - И там еще кто-то. Две примерно одинаковые группы. Вторая, наверное, те, которых я повалил и вышедшие им на подмогу.
Центурион постановил, что они будут обходить весь ритуальный комплекс по большой дуге с севера. Соваться на юг было опасно, там сконцентрировались все жилые здания и их быстро обнаружат. На ногу он по-прежнему не мог наступать и его подпирал Умбра. Мария после оживлялки, как называли придающую сил формулу, смогла идти самостоятельно, и спустя минуту их сильно уменьшившийся отряд поспешил вперед.
5
В темноте они осторожно пробирались по лесу неосознанно вздрагивая от каждого шума. Приходилось часто останавливалось, так Кальвус мог разведать дальнейший путь, а Септимус отдохнуть. Если бы не обезболивающее и кровоостанавливающее от Эбуция, центурион и шагу бы ступить не мог, ногу ему повредили сильно. К рассвету они добрались до какой-то пещеры, походившей скорее на большую нору. Кальвус утверждал, что это лучшее укрытие, чтобы отдохнуть. Пришлось поверить ему на слово, все уже валились с ног от усталости. Кассия последнюю милю до убежища практически тащил на себе Умбра.
- Ты уверен, что мы туда пролезем? - смуглый легионер скептически оглядел черный провал, заросший высокой травой.
- Пролезете. Дальше лаз расширяется, там все поместятся, - уверенно ответил разведчик, раздвигая растительность.
Вздохнув Умбра полез первым и втащил за собой Септимуса. Следом отправилась Мария и Эбуций. Кальвус заметал их следы и появился спустя десять минут. Внутри нора и вправду расширилась, обнажив каменное подбрюшье холма. Каждый мечтал лечь и заснуть как есть, грязь и пот никого не смущали, настолько все устали. Осунувшиеся лица с синяками под глазами освещал маленький эфирный светляк, созданный Эбуцием. Центурион практически провалился в беспамятство и вместо него заговорил Умбра: