Я попрощался с княжной, нашёл своих телохранителей и вместе с ними спустился вниз. В гардеробной накинул пальто и с тяжёлым сердцем покинул дворец Куракиных. Удивительно, что всё, связанное с этой фамилией, норовит принести неприятности. Вот и до размолвки с Лидией дошло. Всё! Больше никаких контактов с Куракиными!
Я сел в «Фаэтон» и дал команду ехать домой. А сам задумался, как вести разговор с Великой княжной. Понятно, что сегодня были эмоции, обида и даже злость. Лиза Оболенская — красивая девушка, с ней приятно разговаривать. Но я же подставился под удар не просто так! Признаюсь, меня заинтересовала фраза о модификации интегратора с помощью генетических манипуляций. Но тверская княжна так и не рассказала ничего. Не успела из-за Миши Серебряного. Или никаких прорывных технологий у Оболенских в помине нет. Ловушка для простодушной Лиды.
Другое дело, если бы нас застукали в постели, или хотя бы целующимися. Арина правильно оценила ситуацию и не стала показывать своё «фи». Это ещё один балл в пользу княжны Голицыной. Она будет старшей женой, даже если Лида начнёт исправляться. Или — всё?
Зазвонил телефон в кармане пальто. Я вытащил мобильник и вздохнул, увидев высветившееся на экране имя абонента.
— Слушаю, Ваше Высочество, — поднёс я аппарат к уху.
— Ты знаешь, что покидать мероприятие раньше вышестоящего начальства равносильно нарушению дисциплины? — вроде бы в шутку спросил цесаревич.
Я выдержал паузу.
— Прошу прощения, Ваше Высочество, но мне стало плохо. Не хотел своим видом портить настроение людям.
— И ни одна таблетка не помогла? — хмыкнул Мстиславский.
— Увы…
— Завтра в десять утра я жду тебя в своём особняке, — неожиданно резко сменил тему Юрий Иванович. — Через КПП пропустят, не переживай.
— Понял.
Цесаревич услышал то, что хотел, и отключился. А как мне ещё отвечать? Это не просьба, а самый настоящий приказ, который игнорировать нельзя. Возможно, речь пойдёт о сегодняшнем случае. Вот и хорошо. Определимся с нашим будущим, каким бы оно не было.
Впервые за долгое время мне захотелось уехать из столицы к своей семье, живущей на другом конце Империи. Плюнуть на всё и как следует отдохнуть от людей, которые меня изрядно напрягали последнее время: Мстиславские, Оболенские, магистр Колыванов со своим навязчивым предложением уехать в Лондонскую Академию. Возникло странное ощущение: если я так реагирую на случившуюся с Лидой размолвку, значит, у меня есть к девушке чувства?
Подумаю об этом завтра на свежую голову. Я привык не рефлексировать, а действовать.
Когда я вернулся домой, там меня ждал Куан. Хитрый Лис сидел в столовой и попивал чаёк с миниатюрными калачиками, испечёнными, конечно же, Оксаной.
— Чем обрадуешь, наставник? — Я тоже присел за стол. Передо мной тут же появилась дымящаяся кружка с ароматным чаем.
— Как я и предполагал, девица обвела вас вокруг пальца, — ответил Куан и с непроницаемым лицом сделал глоток из фарфоровой чашки.
Глава 7
1
Какие только мысли не лезут в голову, когда сидишь в комфортной машине и от безделья рассматриваешь мелькающие снаружи дома, прохожих, рекламные всполохи на витринах магазинов, уже блеклые от наступившего утра. Лёгкая морозная дымка, в которой видно бледно-жёлтое солнце, уже начинает рассеиваться. Новый день бодро катится по столице. А у меня непонятное настроение, скачущее от полного пофигизма до дрожи в руках и неприятных ощущений где-то под сердцем. Хорошо, что Куан не дал впасть в окончательную меланхолию от плохо закончившегося вечера. Утренняя разминка на шестах чуть-чуть взбодрила, помогла увидеть мир в красках, а не через серую вуаль уныния.
После разговора с Дайааной и личных раздумий я пришёл к мысли, что рыжеволосая девушка с милыми веснушками на лице, и оказалась той самой «опасной женщиной», о которой предупреждала Дайаана. Значит, те двое «специалистов» из Лондона — группа прикрытия или ликвидации, тут уж как переговоры пройдут. А это точно переговоры, раз у Татьяны ничего не получилось с обольщением. Хороший амулет сделала подруга.
Засада, устроенная нами у дома, где «проживала» рыжая колдунья, результата не дала. Девушка просто-напросто исчезла, ни разу не появившись на улице, как в воду канула. Хитрый Лис высказал мысль, что она дождалась нашего отъезда и спокойно покинула дом. Надо было оставлять наблюдателя сразу, но моя беспечность привела к такому вот результату. Обвинять некого, кроме самого себя. Вот и оставалось мысленно стучать по своей глупой голове.