— Вот этот можно примерить? — я ткнул пальцем в заинтересовавший меня перстень. — Судя по диаметру, должен подойти. Мой-то сам подстроился.
И поднял руку, демонстрируя императорский подарок.
— Хм, это очень дорогой перстень, цените, — посерьёзнел Пышманов, опытным взглядом оценив нечто такое, чего я сам не знал о своём аксессуаре. — Пусть он из серебра, и без камня — но, похоже, это работа могучего артефактора.
— А как можно без магии устроить такую подгонку? — меня до сих пор мучил вопрос, каким образом печатка императора сама определила размер моего пальца.
— Ума не приложу, — честно признался мужчина. — В крупных ювелирных Домах, имеющих давнюю историю, всегда работает ювелир-артефактор, который изготавливает кольца и перстни по индивидуальному заказу. То есть вы такой предмет на прилавке не найдёте. Сначала надо нарисовать эскиз, каким вы хотите видеть своё украшение, обсудить детали, и только после этого специалист примется за работу.
— То есть магия всё же используется?
Что-то здесь не сходилось.
— Нет, это не совсем магия, а Дар Гефеста. Он позволяет людям, обладающим им, влиять на металлы.
Вот как? И кто же с таким уникальным Даром служит у Мстиславских? И сколько ещё подобных Даров существует в мире?
— Кто же знает? — развёл руками Пышманов, услышав мой последний вопрос, и, спохватившись, выдвинул лоток, оббитый чёрным бархатом. Вытащил облюбованный мною перстень и положил его на специальную подушечку, тоже чёрную, и пододвинул ко мне. — Существует множество версий, основанных на легендах и мифах. Но большая их часть намекает, что боги в противовес магии одаривали обычных людей уникальными возможностями. Не каждого, заметьте. Зато индивидуальный Дар передавался по наследству. И это не магия, а какой-то иной механизм, позволяющий влиять на вещи силой ума, духа, физических возможностей. Что скажете, Андрей Георгиевич?
Сначала я попробовал надеть перстень на безымянный палец. К моему удовлетворению он сел как влитой. Вытянул руку и оценивающе поглядел с расстояния. Вставка на касте из опала глубокого чёрного цвета великолепно гляделась в обрамлении мелких бриллиантов. Бока печатки были не сплошные, а с витиеватыми узорами, что создавало видимость лёгкости, хотя приятная тяжесть ощущалась.
— Вес — двенадцать с половиной граммов со вставкой из чёрного опала и с восемью бриллиантами по краям, — подсказал Пышманов. — Чистить нужно тёплой водой и мягкой тканью, хранить во влажной среде. Не любит опал сухой воздух, что поделать.
Я задумчиво поглядел на перстень, и, не снимая его, прошёлся вдоль витрин, как будто хотел убедиться, что ничего лучше не найду. Не буду лукавить, этот магазин мог предложить свои товары самой притязательной публике. Но я всегда придерживался принципа: что сразу пришлось по сердцу, то и бери. А у меня ёкнуло, когда я увидел именно эту вещь.
— Покупаю, — решился я. Надо же перед девчатами похвастаться.
Пышманов расцвёл в улыбке, и как по мановению волшебной палочки, выставил на прилавок красную коробочку. Открыв её, он продемонстрировал лежащую там тряпочку для протирки камня и маленькую книжицу с инструкцией по уходу за перстнем. Я кивнул и забрал коробочку. Услышал озвученную сумму.
— Подождём, пока девушки выберут себе что-нибудь, — предложил я. — Потом сразу и расплачусь.
— Как вам будет угодно, — Пышманов быстро выписал гарантийный талон, поставил на нём печать заведения, тем самым подтверждая, насколько серьёзно магазин относится к своей репутации.
Я переживал, что девушки надолго зависнут над выбором подарка. Но все они, кроме задумчивой Арины, о чём-то весело щебетали с продавцами, которые от такого внимания просто таяли и с глупыми улыбками смотрели на красавиц. Попроси сейчас у них хорошую скидку — без раздумий дадут её.
— Ну как, душеньки мои? — весело спросил я. — Чем похвастаетесь?
Нина с толикой смущения продемонстрировала изящные серьги с капельками сапфира и вставками из фианита. Мне показалось, Захарьина чувствовала неловкость от того, что она сама выбрала себе дорогое украшение, но платить за это будет мужчина. Не привыкла ещё к положению, когда женская красота становится сама по себе мощным активом.
— Отлично! Подходит к твоим глазам, — похвалил я, вызвав у Нины румянец на щеках. Но я-то не лукавил. Под воздействием родового Источника в глазах девушки появился синеватый оттенок. И зная об этом, моя будущая невеста целенаправленно выбрала серьги с нужными камешками.