— Я понял, о ком ты говоришь, дружище. Хочешь обрадовать?
— Он не против использования своей композиции, но просит сыграть её с нами. Я ему рассказал про затею на вечеринке в аристократическом клубе, он и загорелся.
— Подожди, этот Костя хочет приехать в Москву и сыграть с вами на сцене?
— Да.
— Ну и хорошо, — я мысленно потёр руки. — Какие у него ещё требования?
— Мы должны оплатить билет на самолёт, ну или на дирижабль, там же дешевле выходит в два-три раза… И обратно тоже. Никаких авторских не просит. Очень хочет услышать, как будет звучать композиция с группой.
— Я не против. Значит, так, Рустам. Желательно, чтобы Костя был в Москве в ближайшие два дня. У вас почти времени не остаётся.
— Да, в обрез, — согласился фронтмен.
— Тогда посмотри, есть ли завтра рейс из Казани. Неважно, самолётом или дирижаблем. Бронируй билет и сразу мне звони, я тебе деньги на карту переведу, возмещу убытки.
— Понял, исполняю, — Рустам отключился, а я, убрав довольную улыбку с лица (сюрприз же!) и вернулся за стол.
Девушки уже напились чаю и о чём-то непринуждённо болтали. Меня порадовало, что они втянули в разговор Дайаану, и та охотно в нём участвовала. Скромно присев во главе стола на своё хозяйское место, взял калачик и стал макать его в варенье.
— Ой, мне пора! — вздохнула Лида, поглядев на часики. — Хорошо было с вами, девчата. Надо нам почаще собираться…
Вот это поворот! А что случилось за эти несколько минут моего отсутствия? Неужели произошло примирение сторон? Или шаманка раскрыла перед ними тайны будущего? Не будь здесь Нины, я бы не удивился, но Захарьина сидела неподалёку от меня и чему-то улыбалась. Надо же, «чаще собираться»! Это серьёзная заявка в нормализации взаимоотношений Великой княжны и не самой статусной дворянки. Я имею в виду не древность Рода, а сегодняшнее положение Нины. Возможно, всё скоро изменится?
Девушки повздыхали, поблагодарили Оксану и Маринку за чудесные калачи и лепёшки. Я вышел вместе с ними в парадный, помог надеть шубки, накинул на себя куртку, чтобы проводить до машин. Дайаана помахала новым подругам рукой, решив остаться в доме.
А на улице было хорошо. Шёл снежок, с хозяйской деловитостью засыпая всё вокруг. Завтра с утра Петрович погонит кого-нибудь расчищать дорожки. Мы весёлой толпой, дурачась и кидаясь снежками, вышли за ворота. Тут же зафырчали моторы машин сопровождения, я подвёл Лиду к «Хорсу», открыл дверцу, не обращая внимания на телохранителей, оживившихся при виде княжны.
Мстиславская потянулась ко мне, подставляя щёчку, а я, словно в шутку, легонько прикоснулся к уголку горячих губ. Девушка вспыхнула и заалела, сразу лихорадочно поправляя шапочку.
— Ты что делаешь, Мамонов? — прошептала она, но с нотками радости и удивления, а не пытаясь отхлестать меня по щекам.
— Целую свою будущую жену, которая начала правильно оценивать ситуацию, — улыбнулся я.
— А до этого я её неправильно оценивала? — сдвинула брови Великая княжна. — Мне кажется, ты какой-то излишне возбуждённый вернулся из Скандии. Интересно, кто бы мог так на тебя повлиять?
— Мы сейчас не об этом говорим, — я кивнул на раскрытую дверцу. — Пока будешь ехать домой, подумай.
— Лучше бы ещё раз поцеловал, чем загадками говорить, — проворчала Лида, и как только я потянулся к ней, со смехом нырнула в салон «Хорса». Уже оттуда донёсся её голос: — Так и быть, подумаю. Кстати, я начала с помощью лингво-амулета шведский учить. Хочу эту балтийскую селёдку отвадить от тебя.
И столько важности и загадочности в её голосе было, что я сразу заподозрил: Мстиславская что-то придумала. Или делает вид, что придумала. Хочет меня подразнить?
Я только вздохнул с печалью. Какая же всё-таки огнеопасная штучка эта Великая княжна. Не хочет идти на компромиссы. Что ж, будем перевоспитывать. Закрыв дверцу автомобиля, я кивнул телохранителям, и те расселись по машинам сопровождения. Колонна зарычала, выбрасывая в морозный воздух клубы отработанных газов, развернулась на укатанной дороге и вскоре скрылась за поворотом.
Арина с Ниной стоически дождались меня, топчась возле «Сенатора».
— Подожди, я тебе вызову такси или скажу Никанору, пусть отвезёт тебя домой, — обратился я к Захарьиной, мысленно стукнув себя по лбу за такую невнимательность.
— Спасибо, Андрюша, — улыбнулась девушка. — Меня Арина подвезёт.
— Небольшой крюк, мне ничего не стоит на машине, — подтвердила княжна Голицына.