— Добрый вечер, Борис Михайлович, — вежливо поздоровался я, а следом за мной — Илья. — Прошу прощения за столь назойливое желание встретиться с вами, но возникли некие обстоятельства по земельному вопросу…
— Ваш адвокат уже ввёл меня в курс дела, — густым голосом проговорил Стрешнев и ласково снял с колен кошку. Наклонившись, взял со столика портсигар, извлёк сигарету и неторопливо прикурил. Выпустив струю дыма в потолок, он показал рукой на соседние кресла, приглашая нас присесть. — Итак, светлый княжич, вы хотите приобрести землю, соседствующую с усадьбой Ушатых. Вернее, бывшей усадьбой Ушатых, — поправился он, пристально глядя на меня. — Теперь, как я понимаю, хозяином оной являетесь вы. Сначала мне показалось, что это розыгрыш, и владельцем столь богатого особняка является кто-то из влиятельных людей, приближённых к императорскому клану. Но документы, представленные адвокатом, убедили меня более внимательно отнестись к предложению. Честно скажу, отцовское приобретение мне казалось довольно поспешным и неправильным. В дальнейшем я только всё больше убеждался в своей правоте и просил отца продать землю. Десять лет назад за неё давали приличные деньги, даже по мерках того времени. Но… так случилось, что не успел я уговорить своего родителя. Тот отошёл в мир иной.
— Но сейчас хозяином считаетесь вы, — уточнил я.
— Конечно. Только все общесемейные вопросы решаем коллегиально, — усмехнулся Стрешнев, ловким щелчком сбивая пепел с сигареты в хрустальную пепельницу. — Я не буду вас томить пустыми разговорами, Андрей Георгиевич… верно?
— Да.
— Мне соседство с усадьбой Ушатых не нужно, — признался Борис Михайлович. — Не нравилась мне эта семейка. Как показала история, интуиция не подвела. Поэтому я с удовольствием продал бы землю вам, молодой человек. Но есть проблема…
Он снова взял паузу, отравляя воздух гостиной сигаретным дымом.
— Ваши братья, — поторопил его я. — Вы про эту проблему хотели сказать?
— Александр и Дмитрий — младшенькие братики мои — упёртые бараны, — скривился Стрешнев. — Я давно предлагал продать землю и разделить деньги поровну, которых бы хватило на любые нужды. Поэтому без их согласия я не могу единолично провести сделку.
— Сколько вы просите за участок? — не выдержал я.
— Четыреста пятьдесят тысяч, — выдал нехитрую калькуляцию хозяин дома.
— Это слишком дорого за участок, находящийся в не самом лучшем месте, — тут же пошёл в атаку Илья. — К тому же там низменность, в дождливые годы она сильно заболачивается. Прибавьте к этому угасший интерес к поселку, где вместо аристократов селятся купцы и мещане.
Что-то здесь было не так. В земельном вопросе я слабо разбираюсь, но интуиция прямо вопила, что Стрешнев хочет меня надуть. Ведь что получается? Четыреста пятьдесят тысяч рублей — это не решение вопроса. Чтобы Глава Рода уговорил двух упрямых братьев, я должен буду показать свой интерес к участку, что неизменно вызовет желание владельцев содрать с меня ещё несколько сот тысяч за подписи согласия. И выйдет мне заросший бурьяном и полынью кусок земли почти миллион. Ну, возможно, преувеличиваю, но ненамного. Да надо мной вся Москва потешаться станет.
— Как хотите, господа, — с показным равнодушием развёл руками Стрешнев, держа между пальцами дымящуюся сигарету. — У меня хватает предложений по сделке. Пусть пока я не могу убедить своих братьев, но рано или поздно придёт тот, кто заплатит нужную сумму. А земля… Есть-пить не просит.
— Триста тысяч, Борис Михайлович, — я всё же сделал попытку сбить цену. — И ещё столько же, если вам удастся уговорить младших братьев поставить согласительную подпись. Заметьте, бонус пойдёт только вам! Думаю, такое финансовое стимулирование заставит вас избавиться от ненужного актива.
— Заманчиво, — лицо боярина скрылось в дыму. — Если не секрет, зачем вам дополнительный участок?
— Хочу полигон для занятий сделать, — пожал я плечами. — Мой поверенный уже сказал, что земля там не ахти в качестве застройки. Действительно, болотистое место в низине. Ничего лучше и не придумаешь, как только полигон устраивать.
— Можно нанять «земных» магов и улучшить ландшафт, — пожал плечами Стрешнев.
— Чего вы до сих пор не сделали, — улыбнулся я. — Поступает предложение, и вы начинаете искать несуществующую выгоду. За сделку вы получите четыреста тысяч на свой банковский счёт.
— Почему четыреста, а не семьсот? — полюбопытствовал хозяин.
Ага! Он готов согласиться на моё последнее предложение, но по лицу видно, что боится прогадать.