— Ага, я поняла, — кивнула Лив. — Ну, так мы и есть «нулёвки». Да, нас знают, на музыкальных площадках поют наши песни… Но успехом считается, если они звучат по радио или на дисках!
— Согласна, — поддержала её подруга Анника. — Мы готовы рискнуть, Арина!
— Я тоже рискую, — улыбнулась моя девушка. — Тут мы в равном положении.
— Как долго нам придётся работать в Москве? — Стен задумчиво потёр бородку, словно только от него зависело окончательное слово.
— Минимум три месяца, — подумав, ответила Арина. — Будет хорошо, если вы приедете в апреле. Начнёте выступать на малых площадках, в элитным молодёжных клубах, на званых вечерах. А на гастроли поедете уже «раскрученными». Понимаю, страшно и непривычно в чужой стране. Но чем быстрее мы продвинем проект, тем быстрее о вас узнают в Скандии. Впрочем, вы можете назвать свои сроки, как вам удобнее. И мой дружеский совет: начинайте учить язык через лингво-амулеты, если действительно хотите покорить Россию… или хотя бы несколько русских фраз.
— Привьет, Москова⁈ — хитро улыбнулся Маттиас.
— Просто отлично! — восхитилась Арина под смех его товарищей.
— А не боитесь, что уже завтра к нам может прийти тот же Эрик Либекер и предложить свои услуги? — с хитрецой спросила Лив. — И мы согласимся?
— Если подпишете контракт, уже неважно, кто и когда к кому придёт, а если сейчас договоримся, то завтра-послезавтра юристы прилетят в Стокгольм и предварительный контракт подпишут уже без необходимости дополнительных переговоров, — спокойно ответила Арина и сделала знак Вальтеру. Тот подошёл к нашему столику, отдал папку княжне и вернулся на своё место.
— Ознакомьтесь, пожалуйста, — Арина протянула папку Стену. — Здесь четыре экземпляра. Два — на русском, два — на шведском.
Я думал, музыканты будут долго и дотошно изучать текст договора, пусть всего и на двух листах, но Стен прочитал быстро, передал его Маттиасу, а сам едва заметно кивнул княжне, словно соглашаясь с условиями.
— Ничего противоречащего вашим словам не увидел, — сказал, наконец, второй музыкант группы. — Конечно, можно выбить для себя лучшие преференции, но ключевые позиции нас устраивают.
— В таком случае мы сейчас подпишем контракт, а юрист отеля заверит его, — Арина расслабилась. — Андрей, свяжись, пожалуйста, с нашим менеджером Отто, пусть пришлёт сюда юриста.
Наш личный гость-менеджер не подвёл. Через десять минут юрист сидел за соседним столиком вместе с Ариной и Стеном, внимательно изучая предварительный контракт и что-то уточняя у обоих. Наконец, подписи и печать юриста были поставлены. Импозантный светловолосый мужчина раскланялся с нами и исчез.
— Юристы Рода Голицыных будут в Стокгольме как можно быстрее, — пообещала Арина.
— Значит, в следующем месяце ждите нас в Москве, — Стен решительно хлопнул ладонями по столу. — Мы приедем, госпожа Арина.
— Отлично! — улыбка Арины могла растопить лёд даже у самых суровых мужчин Скандии. — Мы сейчас обменяемся контактами. Как только решите вопрос с датой, позвоните мне, и я куплю вам билеты на самолёт.
— Нет-нет, госпожа Арина! — Маттиас переглянулся со Стеном и гордо произнёс: — У нас есть возможность самим приобрести билеты, хотя очень благодарим за предложенную помощь!
— Это ваше решение, — благосклонно кивнула княжна Голицына, особо не настаивая. — Теперь о юридической стороне договора. У вас есть адвокат, который мог бы вести контракт?
— Нет, — Стен отодвинул от себя ополовиненную кружку. — Но свои песни и мелодии я запатентовал. Это нужно учитывать при подписании контракта.
— Без проблем, Стен, — Арина цепко оглядела воодушевившихся перспективой молодых музыкантов. — Но в альбом обязательно должны войти песни «Руна желания», «Сталь и Сирена», «Сердце-голограмма», «Колыбельная берсерка» и «Свет фьорда». Можете сочинить ещё что-нибудь или у вас есть в запасе пара десятков композиций?
— Найдётся, — усмехнулся Маттиас.
— Мэт за день может написать текст песни, — Анника с потрохами сдала своего друга.
— Если только есть вдохновение, и никто не мешает постоянными просьбами покататься на речном трамвайчике по каналу Барнхусвикен, — шутливо парировал молодой мужчина.
— Ну ты же знаешь, что я люблю такие прогулки! — надула губки Анника. — Они помогают развеяться и не думать о грустном!
Ребята из «Валькирий» оказались очень компанейскими и простыми, а самое главное — не боящимися рисковать. Ехать в незнакомую Москву, чтобы записать альбом, который может и не «выстрелить», нужно иметь силу воли и отвагу. Хотя, они же ничего не теряют, кроме времени и денег, которые потратят на билеты в Россию. Все расходы берёт на себя симпатичная русская княжна. А значит, и финансовые риски тоже лягут на её плечи.
Об этом я и спросил Арину, когда мы попрощались с четвёркой симпатичных музыкантов.
— Дорогой, но ведь ты тоже рисковал, когда предложил Арабелле Стингрей работу в Москве, — улыбка девушки была столь искренней, что я сразу поверил в успех.
— Да, не спорю. Но Арабелла занимается высокими технологиями, которые выгодны любой стране мира. Россия не исключение. Поэтому мои риски были не так велики.
— У меня есть «свободные» деньги, Андрей, — княжна успокаивающе положила свою руку на мое плечо, остановившись возле двери своего номера. — Не думай, что они мне не нужны. Я как раз хочу их пустить в нужное дело. Мне нравится заниматься поиском музыкальных талантов. А «Эхо Валькирий» — это бомба. Поверь.
— Лишь бы не рванула вхолостую, — пробормотал я.
Нежный поцелуй в губы развеял последние сомнения.
— Рванёт как надо, не переживай, — княжна усмехнулась, увидев мой замаслившийся взгляд.
— Но в таком случае я внесу половину стоимости проекта, — решительно проговорил я. — И даже не спорь! Проигрывать — так вместе!
— Как и побеждать, мой дорогой будущий… князь!
Мне, мысленно уже прокручивающему вечернюю встречу, показалось, что последнее слово Арина хотела сказать совершенно другое…
Глава 9
1
— Докладывай, Виго, — Харальд встретил Главу внутренней службы безопасности стоя. Он отвернулся от окна, из которого просматривался симпатичный парк с аккуратными линиями дорожек, канал с курсирующими по нему яхтами и туристическими трамвайчиками. Неторопливо дошёл до кресла, уселся в него. Жалобно проскрипев, оно приняло в себя тяжёлое тело короля.
Виго Экстрём явился на доклад в военном мундире, как будто хотел показать, что для него служба во дворце сродни армейским будням. И он готов день и ночь «воевать» в коридорах и помещениях королевской резиденции, не жалея ни себя, ни подчинённых. Кстати, двое из них, дворцовые эрили — чародеи на государственной службе — сейчас стояли за его спиной, боясь даже шелохнуться.
— Ваше Величество! К сожалению, подозрения юноши подтвердились. В семейной гостиной после тщательнейшей проверки самой чуткой аппаратурой обнаружены пять закладок-артефактов. В столовой — три, в Зале Асов — шесть…
Пока Виго перечислял количество шпионских «жучков», Харальд мрачнел всё больше и больше. Это был провал, самый настоящий провал. Короля, в его собственном доме, нагло прослушивали! Секретные совещания, беседы с министрами, важные политические решения — любой разговор мог стать достоянием шпионов!
Он сразу понял, что возвращение русской делегации на поезде может стать фатальным. Если на них не напали по пути в Стокгольм — это не сколько заслуга всей государственной машины, а хитрость тех, кто эту диверсию планировал. Заставить расслабиться, уверовать в непоколебимую силу государственной машины. А потом нанести смертельный удар.
Значит, детей нужно отправлять домой морем или самолётом. Лучше, конечно, на крейсере или корвете. До Усть-Луги недалеко, один дневной переход. Нужно лишь переговорить с русским императором. При таком раскладе, вероятнее всего, Иван даст команду встретить корабль с детьми в нейтральных водах, а то и на условной водной границе одной из стран, где будет произведена смена конвоя.
— Виго, я надеюсь, что крыса, раскидавшая по всему дворцу «подслушку», уже дрожит от страха, что за ней идут, — Харальд сидел прямо и пристально глядел на тех, кто совершил промашку. Эрели тоже как будто кол проглотили. — Или вы уже нашли врага?