— Нет, Ваше Величество. Пока не нашли. Но следствие идёт с той самой минуты, когда были обнаружены «жучки». Все артефакты извлечены, но очень трудно определить, где они изготовлены. Подобную схему подслушивания используют многие разведки мира.
— Улле, старая ты колода, подойди ближе, — Харальд иногда шутил, как солдафон, показывая этим, что не собирается тут же наказывать или казнить провинившегося. Даёт шанс на исправление.
Улле — один из эрилей, совсем уже старик, которому по возрасту давно пора на покой, уверенным и твёрдым шагом обошёл Виго и приблизился к столу. Чародей был ещё крепок, как разумом, так и телом, и Харальд только поэтому держал при себе столь ценного мага.
— Мой король, — Улле наклонил голову с куцым седым ёжиком на макушке.
— Ты же профессионал, дружище, — ласково произнёс Харальд, глядя на старика с надеждой. — Я пока не спрашиваю, как вы проморгали закладки. Скажи другое: откуда «жучки»? Можешь проследить их путь от изготовителя к исполнителю?
— Артефакты и в самом деле очень трудно идентифицировать по месту их изготовления, как и мага-умельца, — густым, совсем не старческим голосом ответил Улле. В элегантном сером костюме он был сейчас похож на персонажа из ролика, рекламирующего популярный напиток «Julmust»[1], такой же худощавый, с короткой бородкой, и почти плешивый. Зато за один присест выпивающий целую полуторалитровую бутылку газировки. Весёлая реклама.
Харальд хорошо знал Улле, поэтому молчал, не подталкивал того к скоропалительным выводам. Старик своё дело знает туго, и раз оторвал задумчивый взгляд от пола, значит, есть что сказать.
— Подобные «жучки» могли создать в немецких, американских или британских лабораториях. Именно там работают сильные на данный момент артефакторы. А первым, кто предложил хитроумную схему пассивного ожидания — Рудольф Шульман. Я был с ним знаком в молодости, когда мы ещё в Вестфальской Магической Академии учились. Он уже тогда отличался незаурядным умом и неординарностью мышления. Руди, будучи студентом, уже получал предложения от иностранных лабораторий поработать у них. Надо полагать, за ними стояли разведки разных государств…
— Куда он уехал после окончания Академии? — король поторопил замолчавшего Улле.
— Последнее письмо от него пришло из Бексли, судя по почтовому штемпелю. Это было лет тридцать назад. Мы редко переписывались, так как не были особо дружны… так, взаимный интерес к успехам, профессиональное любопытство, студенческое прошлое.
— А что там, в Бексли? — Харальд посмотрел на Виго.
— Скорее всего — ничего интересного, — ответил Глава внутренней СБ. — Вряд ли человек, работающий на разведку Британии, будет посылать письмо из того места, где находится спецобъект. Если Шульман служил в одной из магических лабораторий, то мог опускать письма в почтовый ящик в соседнем городке. Или это делали за него другие.
— То есть технология пассивного ожидания для «жучков» была разработана этим самым Шульманом? — решил уточнить король.
— Он первым предложил идею, — поправил его старый эриль. — Это была лишь голая идея, которую воплотить без финансовых вливаний невозможно. Нельзя со стопроцентной уверенностью сказать, что именно британцы сманили Руди к себе, и именно он воплотил свои задумки в жизнь.
— Британцы… — Харальд сжал подбородок. — Пожалуй, мы поторопились извлечь все «жучки», заодно переполошив весь дворец. Я бы с удовольствием стал подкидывать им дезинформацию. Крыса, скорее всего, затаилась в своей норе, теперь не вытащишь её наружу. Скажи мне, Улле, а здесь, в кабинете, «подслушки» есть?
— Нужна аппаратура, мой король. К сожалению, пассивные артефакты очень трудно обнаружить. Они «маскируются» в магическом фоне одарённых. Одна только ваша аура излучает столь сильное поле, что можно не заметить опасную закладку.
«Андрей без всякой аппаратуры уловил работу 'жучков», подумал Харальд, но не стал вслух высказывать своё недовольство работой эрилей.
— А если они переходят в активное состояние? — спросил он совершенно другое.
— Аппаратура всё равно нужна. А в «полевых» условиях сейчас редко кто умеет улавливать излучение «жучков».
— Чёрт знает, что такое, — проворчал король. — Я теперь в своём кабинете должен опасаться прослушки? Улле, тебе два часа, чтобы проверить наличие чужих артефактов.
— Но мы уже проверяли сегодня утром, — склонил голову старик. — Здесь нет закладок.
— Ничего, ещё раз пройдитесь, — не стал жалеть его Харальд.
— В таком случае нам понадобится принести сюда детекторы, — Улле посмотрел на своего молчаливого напарника, годящегося ему во внуки. Тот сразу встрепенулся. — Дозвольте подготовиться.
— Ступайте, — махнул рукой король, и когда эрили вышли из кабинета, негромко проговорил, обращаясь к Виго: — Найди мне крысу. Прошерсти списки слуг, которые работают во дворце совсем недавно с интервалом от трёх месяцев до двух лет. Изучи их биографии. Подозрительных отправляй к ментатам. Предупреди парней, чтобы не копались в мозгах слишком усердно. А то некому во дворце будет работать. Хватит и кончика ниточки, чтобы распутать клубок.
— Слушаюсь, — энергично кивнул Экстрём. — Разрешите идти, Ваше Величество?
— Да. И скажи охране, чтобы в ближайшие полчаса никого сюда не пускала. Даже эрилей.
— Есть, — Глава СБ чётко повернулся и вышел из кабинета.
Харальд простучал пальцами по столу, решительно поднялся и направился к одному из шкафов, за которым находилась незаметная чужому глазу дверь. Она вела в один из коридоров, входящих в систему тайных ходов. Из них, в свою очередь, можно было попасть в так называемые «дискретные» помещения, доступные только королевам, наследнику Олафу и преданным людям.
Одна из таких комнат предназначалась для секретных переговоров. Именно оттуда Харальд с Ранди разговаривали с князем Мамоновым. Там находилась аппаратура шифрования и визор. Помимо всего, все магические манипуляции «гасились» специальными блокираторами. Попасть же в комнату можно было только по биометрическому пропуску. Так что Свирепый не сомневался, что в «переговорной» подслушивающих устройств нет.
Связаться с императором Иваном он мог в любой момент; договорённость о срочных звонках у них уже была. Мстиславский точно так же имел возможность поговорить с королём Скандии из своей «переговорной». Усевшись в кресло, он поднял трубку телефона, и услышав в динамике щелчок, коротко проговорил:
— Соедините с Москвой по протоколу « О дин».
На том конце ничего не сказали, но после повторного щелчка король положил трубку телефона на базу. И стал ждать. Могло случиться так, что императора не окажется на месте, тогда придётся звонить ему самолично и назначать время для переговоров.
Но — повезло. Узел связи молчал недолго, и через десять минут полотно визора осветилось, на Харальда пристально глядел Иван Мстиславский. Он тоже сидел в кресле, закинув ногу на ногу.
— Здравствуй, брат! — пророкотал Свирепый. — Как твоё здоровье, твоей супруги и детей?
— И тебе привет, брат мой! — степенно кивнул император. — Хвала Роду, никто не болеет, все в добром здравии, только волнуемся за Лиду.
— Она себя прекрасно чувствует. Вчера мы все вместе славно поужинали в семейном кругу, — улыбнулся Харальд.
— По дому не скучает?
— Поверь, ещё захочет остаться!
— Угу… — неопределённо хмыкнул Мстиславский. — Судя по твоему настроению, семья в полном порядке? Астрид ещё не хвасталась кольцом?
— Подарок в виде серёг Андрей сделал, но предложения ещё не было. Полагаю, и твоя дочь тоже пока не дождалась признания?
— Может, он передумал? — задумчиво спросил император.
— Давай, я надавлю на него, — предложил король.
Мстиславский рассмеялся и даже махнул рукой, показывая, насколько несостоятельны «угрозы» для парня, живущего своим умом.
— Бесполезно. Андрей — как гуттаперча, сжимается, но не ломается. Скользкий тип… Ладно, ближе к делу. Что за срочность, брат?