— Ну да, он в том фургоне, — я кивнул на застывшие в ожидании машины, не обращая внимания на подколку. — Сам «скелет», комплектующие к нему, аппаратура.
— Подгоняй, бойцы помогут, — Лутошин показал на блиндированный вагон, похожий на почтовый с широкими дверями посредине. Небольшие оконца легко превращались в бойницы. Ещё один такой вагон, кстати, находился в голове состава. Это для того, чтобы не смущать пассажиров постоянными перемещениями туда-сюда по какой-нибудь необходимости. Все действия поездной охраны координировались связью.
— Сам-то где будешь? Небось, в императорском вагоне? Он в серёдке стоит.
— Не, — отмахнулся я. — Подозреваю, нам места там не найдётся. У Великой княжны своей свиты и охраны выше крыши. Мы в другом вагоне поедем… Марат Сергеевич, а как бы нам согласовать действия, если по пути случится нападение? Мы же через Лапландию поедем.
— Повоевать захотелось? — рассмеялся Лутошин и машинально поправил кобуру, висевшую на тактических ремнях. — Да там горячие парни утихомирились, наконец. Харальд их сначала за глотку хорошо взял, а потом легонечко отпустил, чтобы дух перевели. Нет, проедем спокойно. Но если что-то случится, дуй сразу к нам. Я предупрежу охрану, тебя запустят в нашу крепость.
— А кто из пилотов в рейсе? Выбили у Олега Семёновича дополнительные силы?
— Выбил! Сейчас у меня четверо пилотов. Ты с ними не знаком. Ввёл полноценные смены, стало легче, — поделился со мной своими маленькими радостями Лутошин и посмотрел на часы. — Всё, княжич, грузись быстрее. Времени мало. Через двадцать минут состав должен стоят у перрона.
Я замахал рукой, показывая сидящему в фургоне Ване Грищуку, чтобы он подъезжал к «почтовику», и сам поспешил туда. Получившие приказ бойцы уже распахнули тяжёлые створки и теперь курили, стоя на проходе в ожидании машины. Ваня подъехал, развернулся и дал задом к вагону. Остановился по приказу. Надо было открыть фургон заранее, что и сделали механики. Только потом подогнали грузовик вплотную.
— Воины, только осторожно, прошу вас! — Гена в волнении стянул очки и зачем-то подышал на них. — Там сложная техника и аппаратура!
— Не ссы, земляк, всё в норме будет, — уверил его один из охранников, молодой парень с пробивающейся щёточкой рыжих усов.
Я хотел пресечь непотребную вольность, но меня опередил Лутошин. Он появился за моей спиной и рявкнул:
— Крап, язык придержи! Разговорился тут! Если на ящиках хоть одна царапина появится, я вас всех мехом наружу выверну! Из нарядов вылезать не будете!
— Так точно, господин комендант! — парни мгновенно стали шёлковыми, разделились по двое и стали перетаскивать ящики внутрь вагона.
В кармане моего пальто зазвонил телефон. Я отошёл в сторону, чтобы гомон занятых делом бойцов не мешал разговаривать, и вытащил мобильник наружу. Арина.
— Привет, милая, потеряла меня?
— Здравствуй, дорогой, — в тон мне ответила княжна. — Не потеряла, но волнуюсь. Ты где?
— Занят погрузкой «скелета». Сейчас отпущу людей и подойду. Вы уже приехали?
— Да, мы сидим в зале ожидания для важных персон, — усмехнулась девушка. — Ждём, когда состав подадут. Ох, ты даже не представляешь, сколько народу в делегации едет! Кошмар! Думаю, вагона три займём, не меньше!
— Наши все подъехали? Никто не опоздал?
— Все на месте, — успокоила меня Арина. — Лично по списку проверила. Меня ребята слушаются, я всё-таки в лицее не последнюю должность занимаю!
— Матвеев кровь не пьёт?
— Ох, наплачемся мы с ним! — пожаловалась княжна. — Какой-то ходячий сухарь. Не улыбнётся, смотрит на твою свиту свысока, сквозь зубы слова цедит. По сравнению с ним молодой Брюс душкой выглядит.
У меня почему-то на сердце ворохнулась ревность. Так-то да, Яша видный жених, настоящий денди. Он на свадьбе Куракиных к Арине неровно дышал, я видел. Не то, чтобы у меня было какое-то недоверие к невесте, но надо поторопиться с признанием, иначе может всякое произойти.
Арина оказалась права: делегация выглядела внушительно, и всё из-за Великой княжны Лидии. Она ведь была представительницей правящего Рода, внучкой императора России, а значит, её свита и охрана должна соответствовать статусу. Да и без них хватало народу. Арину сопровождали с десяток телохранителей под руководством Вальтера и Терентия. Они, кстати, сразу предупредили, что берут мою «свиту» под свой контроль. А мои личники будут помогать. Эд не возражал, но сахалярам дал приказ неотлучно находиться при мне, когда мы приедем в Стокгольм.
Возможно, из-за столь многочисленной делегации Мстиславские приняли решение отправить нас поездом «Северный экспресс». Охраняемым, кстати, боевым крылом Булгаковых. Да, как я и хотел! Мне больше нравятся путешествия по железной дороге, в которых есть возможность спокойно пообщаться друг с другом, посмотреть новые места, а не тупо продремать в кресле самолёта. К тому же на «земле» безопаснее. В поезд можно посадить целую кучу магов, пестующих разные Стихии, что увеличивает защиту при их комбинировании. А в небе вся надежда на пару-тройку «воздушников». Хорошо, если при чрезвычайной ситуации отработают штатно… а если один из них, или двое «вылетят из обоймы»? К тому же в самолёте будет находиться Антимаг. Мне кажется, цесаревич с императором учли все эти нюансы и рассудили, что поезд — наилучший вариант. Да и торопиться особо некуда, как было со спасением заложников с яхты. Тогда как раз летели, и наличие антимага на борту никого не волновало. Опять же, не знаю нюансов.
Зато я могу спокойно контролировать свой багаж, и если вдруг по пути случится нападение злых лопарей — железнодорожный путь проходит как раз по территории их области — присоединюсь к пилотам Булгаковых. Мальчишеская бравада рисует картины героического отражения атаки, но в реальности нам лучше спокойно доехать до Скандии, спокойно повеселиться и насладиться отдыхом, и так же вернуться обратно. Героизм, как известно, итог чьей-то безалаберности. Я уверен, что те, кому положено защищать Великую княжну Лидию даже ценой собственной смерти, сделают это без малейшего колебания. Но… лучше всё-таки быть скучным и рациональным стратегом, лишь бы только все остались невредимыми.
Посадку пассажиров не объявляли, пока наша делегация рассаживалась по вагонам, украшенным императорскими гербами. Нам достался вполне приличный СВ с двухместными купе. Моим попутчиком стал Данька Захарьин. Я бросил сумку с вещами на диван и предупредил одноклассника:
— Пойду проконтролирую, кто куда заселился. А ты пока устраивайся.
Арина с Ниной заняли второе купе и уже весело болтали в предвкушении дороги. Вероника разделила компанию с Катей Лопухиной. Следующие купе занимали преимущественно «мальчики», начиная от одноклассников и заканчивая телохранителями. Для всех мест, конечно, не хватило, поэтому часть охранников перешла в вагон, в котором ехали гвардейцы Мстиславских. В общем, разобрались. Я убедился, что моя свита рядышком, у всех хорошее настроение, и направился к проводникам. Вернее, к проводницам. Две молодые женщины лет тридцати пяти в форменных мундирах о чём-то разговаривали между собой в тамбуре. Увидев меня, заулыбались. Были они весьма привлекательны, с накрашенными неяркой помадой губами, аккуратными причёсками. Так как мы уже поздоровались во время посадки, я решил уточнить, сколько дней нам придётся провести в пути.
— В среднем путь до Стокгольма занимает двадцать шесть часов. Но, учитывая нахождение в поезде особ императорской крови, время поездки может увеличиться, — сказала одна из них, чьё имя я быстро прочитал на жетоне, прицепленном к мундиру: «старший проводник Касимова Татьяна». «Младшую» звали Марией Антиповой. — Это необходимо для комфортного путешествия. Опять же, мы не знаем, какие распоряжения даны начальству кураторами делегации. Долго придётся постоять на государственной границе в Выборге. Возможно, процедуру проверки ускорят из-за важных пассажиров, но даже если приедем в Або-Турку раньше, всё равно придётся ждать паром. И ещё десять-двенадцать часов. Так что доберёмся до Стокгольма через два дня, не раньше.