Ну а что я могу поделать, если почти всех девушек из своей свиты взял под хозяйскую руку? Одноклассники понимают серьёзность моих намерений, но иногда ворчат, что это уже слишком. Я в шутку посоветовал им найти контакты с княжнами из окружения Лидии Юрьевны, и они каким-то образом через Аню Долгорукову проникли в «высшую лигу», теперь любо-дорого посмотреть. Молодые люди и барышни перемешались друг с другом, активно общаются. А то устроили здесь «моё-твоё». Господин Матвеев первое время зыркал на это «безобразие», но потом разрешил охране смягчить доступ в зону «А».
«Маринелла», окончательно смирив свой гордый нрав, так величаво проявившийся во время перехода через залив, теперь лениво проплывала мимо таких же исполинов, пришвартованных у бесконечных терминалов. Запах солёного ветра сменился запахом дизеля, краски и цивилизации — сладковатым и тяжёлым. До нас стали доноситься и звуки: крики чаек, гудки автомобилей с длинной набережной, грохот трапов, какие-то взвизгивания, тяжёлый металлический скрежет роботизированных погрузчиков. На первый взгляд хаос, но упорядоченный до автоматизма.
— А нас будут встречать? — повысив голос, спросила Нина.
— Скорее всего, официальная встреча будет во дворце, — откуда-то выскочил Яша Брюс. — Нас сразу отвезут в гостиницу. Господин Матвеев просил всех вернуться в каюты и приготовиться к высадке. Через пятнадцать минут собираемся возле трапа.
Кто-то заторопился вниз, а я спокойно дождался, когда палуба опустеет, и только тогда в сопровождении своих личников и Куана спустился к себе. Вещи уже давно собраны, сумка стоит у двери. Оказывается, весь багаж нашей делегации перенесли из вагонов к хозяевам — ведь уже не придётся воспользоваться поездом. Только на обратном пути.
«Маринелле» пришлось пришвартовываться у дальнего причала, оборудованного подъездными железнодорожными путями. На них уже пыхтел в предвкушении работы юркий маневровый локомотив. Мы стояли на палубе в ожидании момента, когда опустят трап, и всей нашей делегации можно будет сойти на берег. И оживлённо переговаривались в ожидании новых впечатлений, бодрые и весёлые. Благодаря магическим мероприятиям, укротившим волны, все благополучно перенесли путешествие по воде.
Я заметил, что территория, примыкающая к причалу, полностью оцеплена вооружёнными людьми в чёрной униформе. Четверо мужчин в дорогой одежде стояли в ожидании спуска трапа и с интересом поглядывали на нас снизу вверх.
— Ого, кажется сам кронпринц Олаф пожаловал, — хмыкнул я, узнав в одном из мужчин наследника.
— Красавчик, — намеренно громко оценила Вероника, чтобы немного позлить меня.
Я усмехнулся на её дерзкий выпад и погрозил пальцем.
Глухой, размеренный рокот двигателей где-то в недрах парома сменился на более высокий, напряжённый гул — через несколько секунд наступила резкая тишина, вибрация, отдающаяся в ноги, пропала. «Маринелла», сделав манёвр подхода кормой к причалу с рельсами, содрогнулась всем своим многотонным телом и уткнулась в конусные кранцы.
Сразу засуетилась палубная команда, готовя трап к спуску. Наша многочисленная охрана спокойно дожидалась, когда можно будет сойти вниз. Первыми пошли хирдманы. Они молча, под команды незнакомого мне военного, габаритами не уступающему коменданту Лутошину, спустились на бетонный причал. Военный чётко подошёл к кучке мужчин и что-то доложил принцу. Олаф кивнул и пожал ему руку.
Наконец, и мы покинули паром, оживлённо переговариваясь друг с другом. Следом за нами потянулись и остальные пассажиры. Охрана умело направила их поток куда-то в сторону, а к нам подошёл Олаф с тремя мужчинами.
— Господа, я — посол России в Скандии, Зюзин Иван Никитич, — представился один из них в коричневом пальто и шляпе. Его нос с горбинкой венчали очки с тонкой оправой. — Ваш куратор на время нахождения делегации в Стокгольме. По всем возникающим вопросам обращайтесь ко мне без стеснения. Как прошло путешествие?
— Замечательно, — откликнулась Лида. — Передайте принимающей стороне, что мы восхищены службой охраны и тем, как оперативно принимались решения по сопровождению поезда.
— Спасибо, Великая княжна, — вперёд выступил Олаф и очаровательно улыбнулся. Знает, чертяка, как обворожить молодых девушек! — Я обязательно передам Его Величеству королю Харальду ваши слова. Думаю, ему будет приятно!
— Позвольте представить кронпринца Олафа, государя-наследника Короны Скандии! — Зюзин чуть отошёл в сторону, давая Инглингу покрасоваться перед таким цветником, что приехал из России. — И Его Высочество принца Вигбьёрда!
От нашей делегации, как предупредил заранее Матвеев, общаться с принимающей стороной должны были Лидия и я. Но сейчас обстановка была неформальной, поэтому я крепко пожал руку самому Олафу и его брату, с которым почему-то в первый раз меня не познакомили. Вигбьёрд оказался неплохим парнем, да ещё знающим русский (пусть даже с помощью лингво-амулета). Принцы облобызали ручку довольной Лидии, потом перекинулись со мной несколькими фразами.
— Ваше Высочество, могу ли я попросить у вас помощь?
— Конечно, Андрей, — Олаф доброжелательно кивнул.
— В вагоне охраны находится мой бронекостюм, ящики с запасными частями к «скелету» и аппаратурой. Можно ли доставить всё это в отель, выделить помещение, чтобы туда имели доступ только моя охрана и инженеры?
— Нет проблем, — наследник переглянулся с братом. — Всё устроим. Вас сейчас отвезут в «Гранд Отель Стокгольм», где вы сможете отдохнуть перед официальным приёмом.
— Во сколько начало? — поинтересовалась Лидия, вцепившись в мой левый локоть. Словно намекала, кто имеет доступ к моему сердцу. Принцы этот жест оценили, снова переглянулись, но с добродушными улыбками. Дескать, Астрид сама не промах, и явно займёт место рядом со мной без всяких проблем.
— В девять часов вечера, — ответил Олаф. — А вот и автобусы!
На причальную площадь заехали четыре больших автобуса, сверкающие лакированными бортами и надраенными до прозрачности стёклами.
— Запоздали, — проворчал Вигбьёрд. — Непорядок.
— Ничего страшного, — Лида улыбнулась. — После такого путешествия меня немного укачивает. Лучше подольше на земле постою.
— Ваше Высочество, светлый княжич, — подошёл к нам Зюзин. — Вам сейчас подадут дипломатический «Сааб». Остальные поедут на автобусах. Официальный приём и банкет начинается с девяти часов вечера. Достаточно ли времени для подготовки?
— Благодарю, Иван Никитич, — кивнула Лидия. — Конечно же, достаточно.
Следом за автобусами на причале показались два солидных чёрных автомобиля с тонированными стёклами. Оба — с трепещущими на ветру флажками цветов Российской Империи с гербом. Последними на пристань, треща моторами, вкатился с десяток мотоциклов, управляемых дорожной полицией. Они вместе с многочисленной охраной будут нас сопровождать до отеля.
Я воспользовался лёгкой суматохой перед посадкой делегации в автобусы и подозвал к себе Гену Берга с механиками и приказал Никанору с Игорем быть постоянно при них. Олаф, в свою очередь, дал распоряжение нескольким гвардейцам проконтролировать погрузку и доставку ящиков.
— Андрей, не надо волноваться за свой бронекостюм, — увидев, что я слегка нервничаю, Олаф прикоснулся к моему плечу. — Он будет в полной сохранности. Если хочешь, я могу приказать хирдманам взять под охрану помещение, и никто из посторонних туда нос не сунет.
— Ваше Высочество, я нисколько не сомневаюсь в порядочности ваших подданных, — вежливо отвечаю ему. — Однако, с десяток самых лучших гвардейцев или хирдманов не помешают. Главное, чтобы мои механики имели возможность готовить «скелет» к предстоящему бою с Эриком-Берсерком.
— У хирдманов иные задачи, — улыбнулся Олаф. — Но гвардейцев я вам выделю. Они сейчас же приступят к своим обязанностям.
— Благодарю, кронпринц.
— Давай по-простому, Андрей. Зови меня просто Олафом. Как-никак, будущие родственники…
Он с хитрецой поглядел на вспыхнувшую Лидию, словно намеренно проверяя реакцию девушки. И, кажется, удовлетворился увиденным. А то и выводы сделал.