— Так получилось, — я с улыбкой развёл руками, и, дождавшись кивка Астрид, торопливо направился к автобусу, чтобы перехватить Веронику, больше всего боясь, что она гордо вздёрнет голову и откажется от поездки в роскошном автомобиле.
Княжна Елецкая словно давала мне шанс исправить ситуацию. Она не торопилась зайти в автобус, как бы уступая возможность остальным занять лучшие места. Мишка Кочубей стоял рядом с ней и пытался развеселить.
— Ника, присоединяйся к нам, — сказал я.
— Не помешаю ли я вашей компании своим присутствием? — С сомнением спросила девушка.
— Почему бы и нет? Астрид не возражает. Уместимся как-нибудь. Хочу, чтобы ты была ближе к нам. И… раз между нами заново начались отношения, тебе стоит поближе познакомиться с девушками, которые дороги мне.
Мишка хитро подмигнул мне и заскочил на подножку автобуса. Баюн с частью гвардейцев, как и мои телохранители с «дядьками» Вальтером и Терентием за неимением лишнего транспорта тоже ехали с молодёжью. Поэтому шикнули на Кочубея, чтобы тот не загораживал проход.
К моему облегчению Вероника проявила разумность и села в «Вольво». Правда, чувствовала себя неловко, понимая, в какой компании оказалась. Я и особы «высокой» крови сели спиной к водителю, а остальные девушки расположились напротив. Одно удовольствие смотреть на стройных и хорошеньких барышень. Мелькнула мысль поговорить с ними, пока есть возможность, но отбросил эту мысль. До острова ехать совсем ничего. Оказывается, Кастельхолмен находится совсем недалеко от «Гранд Отеля», чуть больше километра. Только нужно сначала попасть на остров Шкеппсхольменн где расположена парочка городских музеев, проехать его насквозь, и по очередному мосту добраться до нужного места. Нужно ли напоминать, что Стокгольм — это четырнадцать островов разных размеров? Настоящий архипелаг, как его, впрочем, и называют. Каналы и рукотворные гавани забиты яхтами разных размеров, лодками, моторками. Тут многие жители предпочитают передвигаться по воде.
— Кастельхолмен — иначе «Замковый островок», — вещала нам Астрид, пока мы ехали. — Его главная достопримечательность — крепость Кастеллет, прикрывающая вход с моря в гавань Стокгольма. Первая цитадель была возведена во второй половине семнадцатого века, несколько раз перестраивалась, а окончательный вид приобрела в конце девятнадцатого века. Использовалась в оборонных целях против набегов пиратов, немецких рыцарей, русских ушкуйников.
Ну, так-то да, между нашими странами история не всегда благостной была. Как-никак, соседи. А соседям свойственно не только за столом сидеть и брагу пить, но и морды друг другу бить иногда. Надеюсь, сейчас начинается тот период, когда мы будем дружить очень долго и серьёзно. Думаю, Астрид не зря упомянула ушкуйников. Боязно иметь под боком империю, обладающую колоссальными ресурсами. Но если у России будет крепкий союзник, нависающий над Северной Европой, это пойдёт на пользу обеим нашим странам.
Отбросив мысли о геополитике, ненужные в данный момент, я прислушался к журчащему голосу принцессы.
— На острове ежегодно проводятся фестивали и турниры, реконструирующие славные страницы истории нашего королевства. Возле замка есть огромная площадка, где, собственно, сегодня наши воины покажут своё искусство владения оружием. Король Матиас отказался от облагораживания Кастельхолмена, поэтому не удивляйтесь пасторали, что там царит, — улыбнулась Астрид. — Зато есть этнографический музей. Вход, кстати, бесплатный. Единственное, что сделал уже король Харальд — построил новый мост. Не сам, конечно, — поняв, что прозвучало довольно нескромно, девушка фыркнула от смеха. — На остров можно и на велосипеде добраться, кстати. Видите, велосипедная и пешеходная дорожки тоже есть. Но сегодня сюда горожан не пускают из-за нашей экскурсии. Даже блокпост поставили…
Растянувшаяся по дороге кавалькада из внедорожников, автобуса и нашего автомобиля неторопливо доехала до этого самого Кастельхолмена, на котором расположилось не так много современных построек. Астрид объяснила, что парочка двухэтажных домов, стоящих чуть поодаль от берега, являются старыми казармами, в которых располагался гарнизон острова. Сейчас в одной из них живут работники этнографического музея, в другой расположен штаб частной охраны. Она следит не только за островом и порядком на нём, но и присматривает за лодками и яхтами.
А ещё на Кастельхолмене была двухэтажная, но миниатюрная гостиница с нарядными башенками и какими-то игрушечными балкончиками. Она притулилась с южной стороны и смотрела окнами как на залив, так и на сам остров.
Судя по заполненной машинами стоянке, сегодня здесь многолюдно. Астрид подтвердила, что — да, это приехали реконструкторы из «Хирда». Они уже готовятся к представлению. Мы неторопливо побрели по широкой грунтовой дорожке, с любопытством поглядывая по сторонам. Здесь царила самая настоящая деревенская пастораль, и если бы не мелькающие среди деревьев машины, тёмно-голубые воды залива с яхтами и лодками, кирпичными постройками, то я бы всерьёз подумал, что Кастельхолмен застыл в прошлом.
Пройдя ещё несколько десятков метров по центральной дорожке, мы свернули налево, туда, где возвышался замок Кастелетт и оказались на обширной поляне, вытоптанной до такого состояния, что даже весенняя травка не смогла пробиться, отвоевав себе место ближе к крепостным стенам. Скорее, это уже была грунтовая площадка для тренировок.
Зато здесь, помимо большого количества воинов в кожаных доспехах, с топорами, секирами и мечами возвышалась добротно сколоченная трибуна, на которую нас и посадили. Светило нежаркое солнышко, с залива дул свежий ветерок. Хорошо! Я обратил внимание на бревно, перекинутое через яму с водой. Вероятно, на этом предмете нам и предстоит биться с лихими парнями из «Хирда». Просто любопытно: против нас профессионалов выставят или юниоров из числа местной молодёжи? В первом случае получится избиение младенцев. Если же магию разрешат применить, тогда есть шанс…
Пока мы рассаживались на тщательно обструганных и выкрашенных лавках, а охрана полностью окружила трибуну, реконструкторы скрылись за воротами замка. Наступила тишина, нарушаемая чириканьем воробьёв, расшалившихся на деревьях. И вдруг раздался резкий, одинокий удар в барабан. Звук шёл с крепостной стены замка, где расположилось несколько человек в таких же старинных доспехах.
— Это распорядитель боя, он будет пояснять важные моменты, — пояснила Астрид. — Целители — на случай травм среди участников. Кстати, такое нередко случается. Боевой барабан называется «табр». Возвещает о начале боя.
Её слова прервал очередной удар барабана, затем ещё один, и ещё… Ритм стал учащаться, становясь похожим на гулкое сердцебиение в грудной клетке. Из распахнувшихся ворот вышли двадцать воинов «Хирда». Не строем, а неспешной, тяжёлой поступью, в «упрощённом» облачении: идеально подогнанные под фигуру кольчуга, стёганый гамбезон, простые круглые щиты с личными символами вроде волков, медведей, воронов, молотов. Шлемы оказались без рогов (ну ещё бы, если археологи до сих пор не обнаружили ни одного «рогатого» шлема!), практичные, с наносником. Судя по сверкающим взглядам этих суровых парней, они не считали себя потешными реконструкторами. Это были воины, решившие показать гостям всё своё умение, не потерянное за века развития цивилизации.
— Акт первый! — Со стены раздался зычный голос устроителя, усиленный обыкновенным рупором. Хорошо, что по-русски. — «Танец щитов»! Отработка строя!
Воины разделились на две группы по десять человек и стали сходиться. Они не бежали с рёвом, а шли, ритмично ударяя мечами по щитам, создавая при этом оглушающий грохот. Причём, получалось у них очень организованно.
— Построение щитовой стены — свинфюлькинг! — Рыкнул сверху устроитель.
Обе группы ловко объединились, с глухим стуком сомкнув щиты, между которыми не было ни единого зазора, а сверху показался лес железных клинков. Строй развернулся в нашу сторону и медленно двинулся на трибуну как единый организм. Даже страшно стало в какой-то момент, когда стальная стена постепенно накатывала на зрителей.