— Ну… они не совсем боевые, — я почесал макушку, не зная, как точно описать структуру ментальных техник. — Скорее, смертельные. Если бы они ещё минуту-две находились под атакой, то умерли бы.
— Ни фига себе! — глаза Алексея разгорелись.
— Даже не думай меня уговаривать, — я погрозил ему пальцем. — Я потратил несколько лет на обучение и оттачивание техники. За пару часов ничего не получится. Лучше признайся Насте, что она тебе нравится. Это будет гораздо полезнее и приятнее.
— Она обманула меня, — покраснел Колесников-младший.
— Её заставили обмануть тебя, — я поправил не совсем верный вывод Алексея. — А это разные вещи. Покажи, что ты не сердишься на неё, поблагодари за предупреждение, пригласи в кафе. Если тебе нравится девушка, не тормози… Поверь, затягивать с признанием не рекомендую. По себе знаю…
— Да? — усмехнулся Алексей. — Ну, если ты так уверен, что Настя меня не отошьёт, то попробую.
— Кстати, а где твоя мама?
— Она с сёстрами на Алтай уехала, к родственникам.
— У тебя есть сёстры?
— Алиса и Соня… Софья. Они младшие, тринадцать и двенадцать лет.
— Погодки, — кивнул я. — Здорово. А у меня тоже есть сестрёнка. Алёнка. Она родная.
— А что, ещё и неродные есть? — фыркнул парень.
— Кровные. Трое братьев и две сестры, — я с усмешкой наблюдал, как округляются глаза Лёхи. — Отец один, матери разные.
— Ни фига себе! Тогда понятно, почему ты бродяжничаешь. Бате некогда тобой заниматься, — вообще-то здраво рассудил Колесников.
— Ты меня раскусил, — пошутил я. — Ладно, покажу тебе один фокус, связанный с медитацией. Задёрни шторы, зажги свечку.
— Свечки нет, надо на кухню сбегать. У Галины должна быть, — Алексей сорвался с места, взбаламутив воздух. Через несколько минут он вернулся, держа в руках свечку, стеклянную банку и коробок спичек.
После того, как я зажёг свечку и поставил её в банке на пол, показал жестом Алексею, чтобы тот повторял все мои движения. Мы сели напротив колеблющегося язычка пламени, скрестив ноги.
— Постарайся выкинуть из головы все мысли — негативные и даже хорошие, — поучал я. — Очисти своё сознание, представь, что ты находишься в огромной пустой комнате, где нет ни частички света. Не думай, что не получится, что это шарлатанство, баловство. Когда вокруг тебя появятся искорки, сконцентрируйся на них и упорядочивай движение.
— А если не получится? — разволновался Алексей, держа руки на коленях.
— Попробуешь в следующий раз. Вхождение в состоянии полной отрешённости — важнейшее условие для освоения боевых техник.
Было ли мне стыдно за откровенную халтуру? Нет. Сейчас важно добиться контакта с Алексеем и убедиться, что именно его присутствие помогает сопряжению с Источником. Не знаю, каким секретом владеет Колесников, но подозреваю, что в моём мире он легко зажжёт в себе искру одарённости.
Мы замерли и стали глядеть на пламя свечки. Я довольно быстро вошёл в медитативное состояние, а через него — и в астральное пространство. Пульсация Источника ощущалась теперь гораздо сильнее. Это было похоже на прерывистое дыхание, от которого колыхалась сама ткань мироздания.
Клык-оберег стал нагреваться от энергии, концентрирующейся вокруг едва видимой трещины, которая постепенно расширялась и меняла свою геометрию. Сначала это была извилистая линия, растущая вверх и вниз. Потом чья-то невидимая и очень сильная рука сжала концы, придавая порталу форму эллипса, но ещё недостаточную по размерам.
Я напрягся, нагло собирая вокруг себя энергию астрала, не забывая черпать её и из контура Алексея. Его светящийся образ находился неподалёку, не пришлось искать по всему необъятному пространству. Да, он мне помогал, сам того не осознавая. Главное, не переборщить, а то парню станет плохо.
На меня хлынуло чем-то свежим, прохладным. По лицу мазнуло ледяными щупальцами. Я открыл глаза и улыбнулся. В нескольких шагах от нас переливался серебристо-голубыми всполохами овал портала. Он был покрыт инеем, но чёрные, разбегающиеся в разные стороны трещины намекали, что Врата функционируют.
Я встал и уже хотел было уйти, но одумался. Надо проконтролировать состояние Алексея. Не дай Боги если с ним что случится. Обморок, остановка сердца или ещё какая холера… Играть с магией очень опасно.
Моя рука легла на плечо Колесникова, выводя того из медитативного состояния. А он реально «ушёл», глядя на свечу остановившимся взглядом. Мягкое прикосновение встряхнуло его.
— Что? — заполошно спросил он и увидел то, чего, по его мнению, здесь не должно находиться. — А это… Это что такое?