А потом стали поступать противоречивые сведения о происшествии на «Скандинавском экспрессе». Фотографии искорёженных вагонов с императорскими гербами просочились в Сети. Конечно, их почти моментально удалили, но всё, что туда попадает, полностью уничтожить практически невозможно — все об этом знают. Нина места себе не находила, и в закрытом чате высказала свою обеспокоенность. И поняла, что напрасно наговаривала на Лиду и Арину. Девушки тоже места себе не находили. Только сообщение Андрея разом сняло все вопросы. Он жив, и едет в Москву!
Что касается самой боярышни Захарьиной, она сама лично домой возвращалась с некоторой неохотой. Главная причина оставалась прежней: отец обязательно вернётся к неприятной теме, связанной с обольщением княжича Мамонова. Сама не зная почему, она не решилась рассказать по телефону родителям о предложении Андрея. Что-то сдерживало девушку. Но она не учла один фактор. Брат уже известил отца и мать о радостном событии.
— Тебя можно поздравить, дочка? — как бы Нина не хотела, но Глава завёл разговор, когда всё семейство собралось в столовой за праздничным столом в честь возвращения детей из заграничной поездки.
— Да, — улыбнулась девушка, поднимая руку, чтобы родители оценили красоту кольца с элементалями Воды. Они бледно-голубыми искорками проскакивали по ободку, создавая загадочный ореол. — Княжич Андрей Мамонов сделал мне предложение, и я согласилась стать его женой.
— Доченька! — мама приложила салфетку к уголкам глаз, промокнула выступившие слёзы. — Какое счастье!
— Ну и какой у тебя будет статус в княжеской семье? — отец почему-то не сильно обрадовался. — Третьей жены?
— Пусть даже и четвёртой, — вздёрнула подбородок Нина. — Я стану княгиней, мои дети — это главное — будут не бастардами, а официальными княжичами.
Она прозрачно намекнула отцу на его сделку с «дьяволом», коим являлись Мстиславские.
— Разве только это, — нож со скрипом царапнул фарфор. Василий Романович поморщился, зацепил вилкой кусок антрекота. — А ты не забыла о данном императору обязательстве? Или решила, что умнее всех?
— Отец! — вскинулась Ольга Егоровна, с тревогой глядя на мужа. — Может, не будем сейчас затрагивать эту тему?
— Почему не будем? Будем. Меня чуть ли не каждую неделю одолевают вопросом оттуда, сверху: не запамятовал ли я, что должен сделать? А дочь не хочет помочь своей семье. Время идёт, часики тикают.
Нина, к своему удивлению, даже не покраснела. Настолько уже привыкла слышать от родного отца подобные вещи, что сердце покрылось бронёй. Она сощурилась, оглядела родителей.
— А разве то, что я выйду замуж за того самого человека, это не выполнение договора?
— Нет! — резко ответил Захарьин. — Было поставлено чёткое условие, и его мы должны выполнить.
— Не вы, а я, — с дерзостными нотками в голосе произнесла Нина. — И не понимаю, в чём проблема. Годом раньше, годом позже, всё равно это случится…
— Вы о чём? — оторопел от происходящего Данька. — Что за условие? Отец, ты разве не рад, что Нинка замуж за достойного человека выходит? За княжича, между прочим! Ему дано право образовать младшую ветвь, а такое не каждому разрешено! Куча привилегий…
— Папа, а ты не рассказал Даньке, что от меня требуется? — Нину понесло как по бурному и грязному потоку талой воды. — Даня, а ты хотя бы задавался вопросом, с чего вдруг у нас появился Источник?
— Ну… это же вира за то похищение, — брат захлопал глазами.
— Ага, разбежался! — усмехнулась девушка. — Это не вира, братик, это жёсткое условие Роду Захарьиных, а цену должна заплатить я. Мы ещё и в долгу остались.
— Да что случилось-то? — парень поглядел на мрачного отца и окаменевшую мать.
— Нина, молчи, — предупредил Василий Романович, оглянувшись на закрытую дверь в столовую. Хорошо, что сейчас здесь нет прислуги.
— Не хочу! Надоело! — выкрикнула Нина. — Даня, этот Источник могут отобрать, если я не выполню одно-единственное условие, поставленное Мстиславскими.
— Какое условие? Ты или говори, или не нагнетай! — рассердился брат.
— Я должна была вступить в близость с Андреем Мамоновым и, если удастся, забеременеть от него.
Звонко брякнула о тарелку упавшая из руки Даньки вилка.
— А… зачем? — открыл он рот.
— Господи… — прошептала Ольга Егоровна, прикрыв ладонями лицо.
— Чтобы Мстиславские смогли на моём примере отследить, как влияет Дар княжича Мамонова на мою искру или на будущего ребёнка, — с какой-то мстительностью ответила Нина. — За это я получила бы собственное поместье с правом наследования потомкам. Но Андрей оказался выше всей этой грязи и позвал меня замуж. Разве плохо?