— Да не было спора, — неохотно ответил старший сын. — Лидка прихвастнула, что со своим напарником посадит на землю всех пилотов из «Феникса».
— С напарником познакомились? — поинтересовался Юрий Иванович, поглядывая на центр поляны, где резвились четыре фигуры в броне, осыпая друг друга всевозможными техниками. Нахмурился. Почему-то никто не догадался поставить отражающие щиты по периметру. И где ответственный по выезду княжичей за пределы дворца? Какой-то бардак. Придется с Лидией поговорить очень серьезно. Девица слишком рано почувствовала свободу, всевозможные успехи на ненужном ей поприще закружили голову.
— Да, — Павел покосился на брата, завидуя ему. Младший в разговоре не участвовал, правильно понимая, почему сердится отец, и делал вид, что заинтересован боем. — Что в нем нашла сестра, не понимаю. Техника слабая, все время держится или позади Лиды, или впереди, мешая ей вести бой. Даже странно, почему удается все время выигрывать.
— Больше ничего интересного не увидел? — цесаревич посмотрел на часы. Время к обеду, а еще надо съездить на Болотный.
— Нет, — пожал плечами сын. — Если хочешь узнать мое мнение — я бы на месте сестры взял другого напарника. Слабенький этот Волховский. Кстати, а откуда он?
— Сирота, — рассеянно пробормотал Юрий Иванович. — Давно тренировки идут?
— Часа два уже.
Цесаревич кивнул и направился к группе охранников. Резко спросил:
— Кто старший сопровождения?
— Майор Хорошилов, — вытянулся перед ним мужчина в гражданском костюме, под которым угадывался бронежилет. Темные глаза настороженно смотрят в переносицу Юрия Ивановича.
— С комендантом маршрут передвижения согласован?
— Так точно, Ваше Высочество. Сигнальные маячки сопряжены с системой поиска. На машинах поставлены магические щиты.
Цесаревич немного успокоился, и дав несколько распоряжений насчет сыновей, сел на скамейку рядом с ними, закинул ногу на ногу и стал постукивать пальцами по колену. Позже, когда все вернутся домой, он накажет виновных в подобном бардаке. Не любил наследник прилюдно пороть провинившихся, если этого не требует ситуация.
Он все-таки повнимательнее решил взглянуть на бой дочери и Волховского против двух пилотов ППД. Будучи прохладно относящийся к подобным развлечениям и не вдаваясь в глубины тактических боевых схем, Юрий Иванович и в самом деле заметил, насколько плохо взаимодействуют Лидия и Викентий. Может, проблема в разных типах бронекостюмов? У Волховского он механический, без интегратора, что не мешает ему, впрочем, успешно отбивать всевозможные плетения. Хаотичность передвижений молодой пары раздражала, а постоянные рывки мальчишки не давали Лидии в полной мере пользоваться своими техниками. Он то и дело перекрывал ее сектор, размахивал руками, раскидывая вокруг себя разноцветные искры разрушенных атак. А дочь, пользуясь моментом, обрушивала на противников свои заготовки, раз за разом ссаживая их на землю.
Гостей, несомненно, позабавит эта парочка.
Тренировочный бой закончился. Пилоты в ППД пошли в ангар, а Лидия, увидев отца, помчалась к нему, на ходу срывая шлем и шапочку, под которой прятала свою густую шевелюру, отливающуюся на солнце медью. Растрепав волосы, чтобы они побыстрее просохли, Великая княжна остановилась.
— О, пап! — улыбнулась она нерешительно. — А ты чего здесь?
— Да вот решил посмотреть, как ты используешь свое время, — холодно произнес Юрий Иванович. — И задать вопрос, зачем баламутишь братьев, отрываешь охрану от своих обязанностей во дворце.
— Прости, папа, — шмыгнула носом Лидия и протянула руки вперед. Тут же из-за спины цесаревича выскочил парень в технической униформе и расщелкнул на запястьях зажимы. Потом аккуратно стянул перчатки. — Захотела Пашке с Игорьком показать, чем мы тут занимаемся.
— Для этого случая существуют амулеты записи, — отрезал Мстиславский. — Мальчишки могли бы и через визор посмотреть. Ладно, поговорим дома о твоем поведении. Викентий, ну и долго ты будешь мяться за спиной девушки?
Я ужасно устал от бесконечной круговерти тренировочных боев, и сейчас хотел только одного: скинуть броню и встать под душ. А тут невовремя появился отец княжны, пришлось топать следом за нею, чтобы не показаться невежливым.