Мне показалось, что на какое-то мгновение вооруженная парочка растерялась. Но лишь на мгновение, потому что напарник стриженного бросил сумку на землю, и как у него в руке появился пистолет — тоже, кстати, с глушителем, что навевало на определенные мысли — и без раздумий нажал на курок.
Все это походило на какой-то дурацкий спектакль. Эти парни, кто бы они не были — угонщики или бандиты — могли спокойно уйти, не обращая на нас внимание. В масках, с оружием — да кто на них прыгнет в здравом уме? Скорее всего, охрана княжны заставила их занервничать. Но даже в этом случае стрелять на поражение, когда перед ними двое подростков?
Каждый сам борется со своими страхами и сам решает, когда переступать через невидимый порог нерешительности. Свой страх я преодолел во время спасательной операции, когда волкодавы брали пана Богумила. Но что сейчас заставило меня шагнуть навстречу выстрелам? Я испугался за жизнь понравившейся мне девушки, которая могла себя защитить с помощью магии? Возможно. В голове была звенящая пустота — и ничего более.
Только это была глупость, несусветная глупость мальчишки, умеющего разрушать магию, но не умеющего останавливать обычную пулю на лету без стихийного доспеха или будучи в своем бронекостюме. В тот миг, когда я мог одним движением уйти с линии огня, у меня внутри вспыхнул адский огонь и понесся по артериям и венам, перегоняя кипящую кровь в энергию. Кажется, в голове у меня помутилось, какая-то плотная субстанция заполнила черепную коробку — и все, чему учил Куан, куда-то пропало.
Я резко выставил раскрытые ладони перед собой — и вокруг все поплыло, как если бы пришлось глядеть через искажающее пространство линзу, вздрогнуло и распалось на какие-то отдельные фрагменты. Три черные точки, летящие в меня, были смяты чудовищной силой, а невидимая волна концентрированной энергии докатилась до машины и отшвырнула ее на десяток метров назад, калеча газон и кустарники. Оба парня, к счастью, стояли чуть в сторонке, поэтому шуршащая в воздухе многотонная железяка не задела их, но все равно ударная волна смела как шахматные фигурки с доски. На периферии сознания зафиксировалась картинка, что они попытались закрыться доспехом! Такого просто не могло быть! Неужели угонщики — или кто они там на самом деле — одаренные? Дальше меня накрыло темнотой.
— Андрей! Очнись! — звонкий, взволнованный голос Вероники проникал в уши, больно царапал невидимыми коготками страха. — Да открой же глаза! Ну, пожалуйста!
Хлесть! Хлесть! По щекам чувствительно прилетело. Надо открывать, а то еще пощечин надают, которых я не заслужил. Лучше бы поцеловала! В глазах красная муть, постепенно исчезающая и раскрашивающая мир в яркие краски начинающегося дня.
Вижу Веронику, склонившуюся надо мной, телохранителей, один из которых разговаривает по телефону, а второй — с полицейским. А ведь я до сих пор не удосужился узнать имена охранников.
— Очнулся, герой? — мужской голос откуда-то сбоку. Еще один блюститель порядка в темно-синей униформе замаячил перед глазами. — Встать сможешь? Или Целителя вызвать?
— Не надо, — хрипло каркаю я, опираясь ладонями о землю. Медленно поднялся, поддерживаемый под руку Вероникой. Так приятно… — Жив-здоров. А что со злодеями?
— Убежали злодеи, — хмыкнул полицейский, невысокий полноватый крепыш. — Испугались тебя. Неплохо ты так машинами кидаешься, парень.
— Он княжич Мамонов, — как бы невзначай заметила Вероника, придерживая меня за локоть.
— Извините, княжич, — спокойно и без тени смущения откликнулся полицейский. — Может, вас подвезти до дома? Все необходимые показания можете дать позже. Вероника Владимировна уже рассказала, что здесь произошло, пока этого достаточно.
Я окинул взглядом поле боя. Покореженный седан лежал перевернутым вверх колесами, смятый невидимой гигантской дланью. Около него, сверкая сигнальными маячками, стояли две полицейские машины, суетились какие-то люди, опутывая черно-желтой лентой место недавней стычки. Потом посмотрел на Веронику.
— Без представителя Рода тебя не имеют права допрашивать, — уверенно произнесла девушка. — Борис уже позвонил отцу, он скоро будет здесь. Если хочешь, мы возьмем на себя право защиты.
— Спасибо, Ника, не нужно. У меня есть свой представитель. Сейчас немного приду в себя, созвонюсь с ним, — я еще раз поморгал глазами, больше всего опасаясь, что красная пелена вернется. Нет, все в порядке. Надо проанализировать, что это было как можно скорее. Вероятно, не рассчитал свои силы. Я же хотел лишь отбросить злодеев ментальным ударом, а получилось нечто иное: задержал пули и искорежил машину.