— Да, не смог отказать, — улыбнулся полковник, осторожно пригубив горячий напиток. — Вцепилась мертвой хваткой.
— Надумали, где будет учиться?
— У нас был разговор на эту тему. Вероника захотела в Императорский лицей.
— Что ж, вполне разумное решение. В любом случае государь настоял бы на таком варианте. Вы все-таки человек служилый, будете постоянно рядом с императорской семьей. Лицей «Чистые Пруды», кстати, находится на балансе вашего ведомства, Владимир Данилович. Сами понимаете, чьи дети там учатся.
— Понимаю, — наклонил голову Елецкий.
— И славно, что в этом вопросе у нас единодушие. Тогда я дам команду, чтобы вашу дочь устроили как можно быстрее. Уже идет учебный сезон, и будет нехорошо, если она пропустит большую часть обучения.
— Премного благодарен, Николай Юрьевич.
— И еще… Выделю человечка, который займется поисками подходящего дома. Он — дом, не человек — должен находиться неподалеку от Зарядья, потому что ваша служба, скажем так, не будет иметь каких-либо временных ограничений. Императору вы можете понадобиться и днем, и ночью. Здесь все по-другому, дорогой князь. Иной темп жизни, общения и прочих прелестей. По первости будет очень тяжело, но нужно привыкнуть. Зато возможностей к росту довольно много.
— Я из корня Рюриковичей, — напомнил Елецкий.
— Император уже давно не смотрит на эти запреты, — отмахнулся Иртеньев. — Если будете преданы ему и не станете держать камень за пазухой — живите спокойно. Да, на очень высокие посты Рюриковичей вас не допустят, но даже в таком положении уже ожидаются неплохие преференции.
— Я все понял, — кивнул полковник снова. — Каковы мои функции?
— По уходу заберете у моего секретаря документы, которые приготовлены для ознакомления. Почитайте, там все расписано. Какие объекты, каков штат работников, прочие служебные обязанности. Да, придется пошить парадный мундир. Наша Контора предпочитает черный цвет с золотом. Машину вам выделим, охрана будет согласно должности. Родные, как только переедут в Москву, тоже попадают под статус особо охраняемых.
— У нас есть собственная служба охраны и наблюдения, — осторожно прощупал почву Елецкий.
— В таком случае вам придется разграничить обязанности обеих служб, — голос Иртеньева сразу стал строгим. — Иначе возникнут конфликты, что может серьезно навредить общему делу. Ваша дочь под охраной?
— Да, мои люди рядом с ней постоянно.
— Хорошо, не будем им мешать. Да и ей привычнее видеть рядом знакомых. Еще какие-нибудь вопросы, пожелания?
— Я хотел бы посетить объекты, переданные в мое ведомство.
— Хорошо, — без раздумий согласился воевода. — Я позвоню майору Лещеву — это ваш заместитель — который хорошо знаком со всеми тонкостями службы. Заодно предупрежу охрану Зарядья, чтобы пропустили вас внутрь. Осмотритесь, освоитесь.
— Спасибо, Николай Юрьевич, просто не хотел терять время на раскачку…
— Да я же все понимаю. Вам это нужно. И пейте чаек, он весьма бодрит!
Глава 10. Интерлюдия
1
Облаченные в композитную броню фигуры застыли друг против друга в ожидании сигнала к атаке. По пять человек с каждой стороны готовились к серьезному бою. На затемненных забралах тактических шлемов изредка пробегали зеленоватые всполохи от работающих внутри информационных дисплеев; сработал чей-то сервопривод — кто-то переминался в нетерпении с ноги на ногу. Низкий гул защитного барьера отпугивал птиц, пытавшихся лететь своим привычным маршрутом прямиком через стадион и крыши лицейских корпусов.
Щелкнул передатчик, настроенный на командира группы. Слегка искаженный голос Артура с металлическими нотками взрывает динамик шлема:
— Готовность по команде. Начинаю отчет. Пять, четыре, три…
В конфигурации отряда «синих» я стою самым последним, прикрывая Великую княжну Лидию, Славку Гриднева и Серегу Ржевского. Княжич Вадбольский — наш ударный наконечник. Его высокая фигура в УПД темно-серебристого цвета застыла впереди в странной позе: чуть пригнувшись и выставив полусогнутую левую руку, словно прикрывая ею ту часть бронекостюма, где находится плата интегратора. Артур напряжен, вглядываясь в противника, выстроившегося в том же боевом порядке, что и мы.
— Два! Один! Пошли!
Получив отмашку сигнальным флажком от судьи-мага, заодно и обеспечивающего защиту периметра, оба отряда рванулись навстречу друг другу, стремительно сокращая расстояние. У «белых» впереди свой наконечник — Костя Маслов в черном бронекостюме, разукрашенном золотыми молниями. Он мощными прыжками преодолевает последние метры нейтральной зоны — и первым пересекает среднюю линию, на ходу формируя ударную технику в виде воздушных завихрений, поднявших пыль и гарь с поверхности поля. Засверкали молнии, что-то затрещало, как будто гигантское полотно, натянутое над нами, разорвали пополам.