Иван достал со шкафа дорожную сумку и стал кидать туда самое необходимое: нижнее белье, носки, рубашки, футболки, пару спортивных штанов… Денег у него было немного, всего двести рублей, да на банковской карте еще триста — жалкие остатки от тайной поддержки дяди Семена. Ладно, если не шиковать, хватит надолго. А там придется идти подрабатывать. Просить деньги у матери у него даже в мыслях не было.
Увлекшись сборами, он сначала не услышал звонок в дверь. Но голос матери заставил его спрятать сумку в шкаф и быстренько создать на столе видимость усиленной подготовки к занятиям.
— Ваня, там к тебе гости, — растерянно произнесла женщина. — Молодой человек, мальчик еще совсем. Андреем зовут.
— Что? — ошарашенно спросил Иван. — Какой Андрей? Не знаю такого…
А сердце суматошно забилось от волнения и смутного страха, вползающего холодной змеей в мозг. Он вышел из комнаты, формируя в пальцах ударную технику. Если пришли за ним, придется попортить квартиру и валить отсюда вместе с матерью и братом. Папаша пусть и дальше по углам прячется, купаясь в своей злости.
— Он в гостиной сидит! — успела сказать ему в спину мама, физически почувствовав напряжение, витавшее в воздухе.
Иван глубоко вздохнул, успокаивая себя с помощью незатейливого упражнения, и вошел в гостиную, сразу увидев сидящего на диване рослого паренька в расстегнутом пальто. Через витринное стекло он казался куда старше, но сейчас, находясь в трех шагах от Алексеева, княжич не казался тем злом, которое погубило Источник. Темно-русые волосы, мягкие обводы лица, взгляд изучающий, расслабленно-настороженный. Да-да, именно такой, как пришло в голову Ивана сравнение. Как будто гость заранее знал, чего ожидать от хозяев.
— Добрый вечер, Иван, — Мамонов продолжал сидеть, цепко разглядывая его и Афоню, появившегося следом за старшим братом. — Прошу прощения за поздний визит. Иначе как дома поговорить с тобой не удается. В университете шумно, много народа, куча любопытных.
— Как ты нашел мой адрес, пацан? — хмуро спросил Иван, осознавая, что слова Афони начинают сбываться.
— Проще простого, — пожал плечами княжич, машинально потерев свежий шрам под глазом. — Нужно лишь знать, к кому обращаться. Поговорим уже?
— О чем?
— Ну, к примеру, почему ты вдруг решил таким радикальным образом избавиться от меня. Я тебя вообще не знаю, наши дорожки не пересекались. Или дело в мести? Объясни, откуда она тянется.
— Ты погубил Источник Ушатых, а такие дела не остаются безнаказанными, — выпалил Иван, присев на краешек стула, чтобы между ними оставалось хоть какое-то пространство для формирования магоформы. Ударная волна отбросит визитера назад, выбьет стекла, но этого времени хватит, чтобы убежать. Мамонов гарантированно умрет после «сокрушения ветром» или окажется переломанным в нескольких местах…
— Интересно, — Андрей положил правую руку на подлокотник, демонстрируя перстень с вензелями «ВВ» и кольцо с камнем, отстучал пальцами неслышный ритм. — Откуда тебе известно, что Источник погубил именно я? И почему ты вдруг взял на себя инициативу покарать меня? Насколько мне стало известно, к Ушатым ты никакого отношения не имеешь, кроме как вассальных обязанностей.
— Долг Слуги — защищать хозяина и его честь даже после смерти, — пафосно произнес Иван, отчего Афоня, не скрывая эмоций, поморщился.
— Но ведь Алексеевы служат младшей ветви Ушатых, — нарочито удивился Мамонов. — При чем здесь твоя месть? Или я что-то упустил? Кстати, расслабь руку и уничтожь плетение. Твоя магия мне не причинит вреда, только разрушит квартиру. Хочу тебя разочаровать, но и в кондитерской ничего бы не вышло. Атака разрушила только стекло, и парочка осколков угодили в лицо. Но я очень рассержен, потому что ты испугал княжну Елецкую и двух работающих девушек.
— Ваня? — раздалось тревожное восклицание матери, появившейся в проеме двери. — О чем говорит этот молодой человек?
— Зинаида Кирилловна, — Мамонов закинул ногу на ногу, — вы давно знаете, что ваш старший сын — одаренный? И что свой Дар он решил использовать в качестве мести?
— Андрей, я вас не понимаю, — взгляд женщины остановился на руке юноши и замер. Она схватилась за плечо Афони, чтобы не упасть. Ноги стали ватными. — Вы — из княжеского рода?