— Потяну. Мне бы прототип создать и показать его во всей красе, — уверенно ответил я, чувствуя, что замерзаю. Дядьки перестарались с конспирацией. Никому не интересны наши посиделки возле бани. Но… Гусаровым виднее. К тому же Борис Федорович намекнул о моих приключениях в усадьбе Ушатых, а значит, о чем-то догадывается.
— Ладно, пошли в дом, а то племяш уже зубами постукивает, — решительно произнес дядя Матвей, вставая. — Я тогда завтра на товарный двор подскочу, заберем твой контейнер. Даже самому захотелось посмотреть, что у тебя получится с бронекостюмом. Может, себе парочку закажем, да, братуха?
— Если его можно модернизировать до ППД — почему нет? — старший Гусаров опять пошел первым. — А насчет помощников я тебе, Андрюха, позвоню. Дальше будешь сам разбираться.
4
«Давненько я не был в своих апартаментах, — медленно расхаживая по роскошному номеру, Георгий то и дело подходил к окнам и смотрел на сонно-мерзлую Москву. — Даже забывать стал, каково это — жить в гостинице».
Почему он не поехал к сыну из аэропорта? Так сразу князь Мамонов ответить не мог. Ссылаться на ранний прилет как-то не с руки человеку, владеющему огромными территориями. Скорее, он уважал право Андрейки на личную жизнь, и вламываться в его квартиру посчитал жутким моветоном, пусть даже и предупреждал, что со дня на день появится в столице. Попозже встретятся.
— Какие будут указания, Георгий Яковлевич? — поинтересовался Архипов, до этого безмолвно стоящий у дверей.
— Заселяйтесь в номер, — Мамонов повернулся к нему, небрежно затолкав руки в карманы брюк. — Через полчаса закажи завтрак в номер, ну и для себя тоже. В десять часов будьте готовы к выезду. В СГБ заглянуть хочу.
— Слушаюсь, — Василий коротко кивнул и вышел, оставив Георгия в раздумьях.
С Главой СГБ князь хотел пообщаться до зуда в ладонях после того, как услышал о произошедшем на полигоне. А еще — открутить голову волкодаву, посмевшему угрожать боевым оружием его сыну. «Арбалетчики» были верны своим паскудным выходкам, кои Георгий еще помнил с детства. Сколько проблем они доставили отцу и деду! Не все — слишком легко очернять структуру спецподразделения одним взмахом кисти. Но подобные выходки следует пресекать сразу же, иначе дальше получится очередная война. А сейчас она совершенно не нужна, особенно в свете подвижек в сторону заключения альянса с Мстиславскими.
Иртеньеву он позвонил еще на подлете к Москве и нарочито радостно, после приветствия, попросил срочной встречи. Воевода все прекрасно понял и кисло пообещал, что будет ждать его в своем рабочем кабинете на Лубянке.
— Провокаторы хреновы! — выругался Георгий, отключив вызов, и через весь салон крикнул: — Василий!
Архипов как по мановению волшебной палочки оказался возле хозяина, словно каждую минуту ожидал вызова хозяина в соседнем отсеке.
— Нарой мне информацию по капитану Игорю Трегубову, — приказал Мамонов. — Он служит в структуре СГБ. Понимаю, что найти данные по ее сотрудникам крайне тяжело, но мне подойдет все, что есть в свободном доступе. Как только прилетим в Москву, сразу приступай.
— Понял, Георгий Яковлевич, — Архипов развернулся и вышел, оставив хозяина размышлять в одиночестве…
Трегубова не дадут на съедение, понимал князь Мамонов, расхаживая из одного угла в другой. А наказать все равно нужно, и как можно быстрее. Дел и без проблемного капитана предстояло много, адвокаты уже загружены работой, проверяют законность и правильность дарственной императора на усадьбу Ушатых. Андрюха молодец, не заробел и сделал так, как и советовал отец. Хотелось видеть лицо императора и наследника, когда они услышали, какой долг потребовал мальчишка. Ничего, клыки нужно оттачивать с малых лет!
— Пожалуй, пока душ приму, — пробормотал Георгий. — Пока с завтраком разберутся…
…Он вышел из ванной комнаты, обернутый в огромное банное полотенце и едва не среагировал уходом в боевой режим, заметив двух незнакомых людей в креслах.
— Жора, спокойно, — голосом императора сказал высокий мужчина в броском черном костюме, и с его лица «сползла» умело наложенная маска, демонстрируя истинного государя. Ту же самую манипуляцию проделал его спутник.
— Ваня, твою ж через загогулину! — в сердцах воскликнул Мамонов, сжимая ладонь, в которой наливался желто-алыми красками огонек боевой магоформы. — Сжечь же мог! Хотя бы предупредил, что с наследником придешь. Ваше Высочество!