Как только мы двинулись в сторону музея, машины одна за другой отъехали на стоянку. Объединившись в единую команду, телохранители сопровождали нас в некотором отдалении, не мешая общаться.
— А билеты? — спохватилась Вероника.
— Я забронировал, — успокаиваю ее. — Забыла про Художественную галерею? Поэтому и подстраховался заранее. Вдруг сегодня москвичам приспичит посмотреть на мамонта?
Девушка фыркнула и благоразумно вцепилась в подставленный мною локоть. Постукивая каблуками сапожек по очищенной от снега плитке, она энергично потащила меня вперед, словно хотела побыстрее увидеть редкие экспонаты.
— Отец не хотел отпускать меня с тобой, — призналась она.
— Почему? — о причинах я догадывался, и было бы неприятно осознавать, что князь Елецкий меня опасается.
— Говорит, где ты — там всегда проблемы, — Вероника пытливо поглядела на меня. Ее раскрасневшееся на морозе лицо стало очень милым. — Если честно, так оно и есть. Я тоже начинаю побаиваться твоих способностей впутываться в различные приключения.
— Их было не так много, — возразил я, придерживая Веронику, чтобы не поскользнулась на ступеньках. Для удобства они были покрыты ковролином, но мало ли. Да и приятно вести под руку красивую девушку. Тщеславие и гордыня прямо на лице написаны.
— Похищение, атака на императорскую ложу, стычка в парке, — стала перечислять княжна. — Я подозреваю, что и в Якутии ты развлекался подобным образом.
— Ты боишься иметь в друзьях ходячую проблему? — задаю коварный вопрос.
— Как ни странно — нет. Мне спокойнее с тобой, чем с… — она понизила голос, — с моими телохранителями. Нет, они профессионалы до мозга костей, знают каждый маневр и беспокоятся за меня не хуже мамы.
— Личник не имеет права на эмоции, — назидательно произнес я, пропуская в услужливо распахнутую швейцаром дверь Веронику. — Охрана красивой девушки — его работа, а не семейная забота.
— Ой, зануда! — рассмеялась княжна и покраснела. — Да еще язык без костей.
Мы подошли к гардеробной стойке, и улыбчивая тетушка в синем халате приняла у нас верхнюю одежду, выдав взамен номерок.
— Я ваши пальто вместе повешу, — пояснила она. — Так удобнее будет.
— Как хотите, вы здесь хозяйка, — вежливо ответил я, забирая лакированный деревянный прямоугольник с цифрой «75».
Пока Ника прихорашивалась у ростового зеркала в фойе, я отстоял небольшую очередь и назвал номер брони. Получив на руки два синеньких билета, стал дожидаться девушку возле чучела какого-то доисторического зверька, похожего на лису, умело реконструированного и выглядевшего так, как будто только вчера он еще бегал по древним лесам и полям. Информационное табло рядом с ним утверждало, что это лептоцион — один из самых успешных хищных млекопитающих олигоцена и миоцена Северной Америки. И совсем не лиса, а из семейства псовых.
Рядом со мной встала Ника и с любопытством поглядела на темно-серую мордочку древней собачки.
— Какой маленький и миленький.
— А еще опасный, — добавил я. — Несмотря на рост, может мощно укусить и даже кость разгрызть. Пошли дальше? Думаю, самое интересное будет внутри.
Я коварно посмотрел на телохранителей, вынужденных покупать на свои кровные билеты, чтобы не упускать нас из виду. Ну, а кто говорил, что будет легко? Лично мне не хотелось, чтобы за нами постоянно топали шкафоподобные ребята с профессиональным взглядом ищущих злодеев. Но, это уже не моя прихоть. Статус обязывает.
Пожилая дама-контролерша попросила наши билеты и на миг замерла, заметив на моем пальце перстни: родовой, подаренный отцом и второй, с двойной буквой «В» — личный от императора. Но справилась со своим волнением (наверное, не каждый день молодые аристократы заходят поглазеть на ископаемые кости), улыбнулась и пожелала приятного просмотра.
Высокие, под самый потолок, окна давали достаточно солнечного света, и посетители могли в полной мере оценить экспонаты, стоявшие на постаментах. Надо сказать, музейные работники постарались, чтобы скелеты доисторических животных были представлены в полной красе. Я подивился информационной новинке. Оказывается, для самых ленивых возле каждого скелета поставили небольшой монитор с наушниками. Надеваешь их, тычешь на нужную кнопку и слушаешь рассказ гида с одновременным анимированным показом. Ника сразу же оценила новшество, а мне пришлось терпеливо ждать, когда она наиграется.
Обрадовался, когда перед скелетом мамонта и его детеныша, княжна требовательно уставилась на меня. Я прочитал ей лекцию, которую специально готовил перед походом, а в конце вспомнил, как отец рассказывал о необычных находках на берегах якутских рек, о том, что находили даже цельные туши, из которых охотники вырезали куски мяса и ели их. Судя по недоверчивому взгляду, Ника мне не поверила.
— Тысячи лет в ледниках туша сохраниться может, я не спорю, — задумчиво произнесла она, медленно продвигаясь к широкой лестнице, ведущей на второй этаж. — Но использовать мясо в качестве еды? Бр-р! Я бы не стала.
— Так если еда закончилась, а кругом на сотни километров ни одного зверя? Поневоле сожрешь и мамонта! — отстаивал я охотничьи байки.
— Слабый аргумент, — парировала Вероника и заскакала по ступенькам наверх. Я засмотрелся на нее. Темно-голубые джинсы, заправленные в сапожки, облегали ее стройные ноги, длинный — до бедер — вязаный свитер хорошо сидел на фигурке княжны. Заплетенная коса задорно прыгала по спине. — Эй, ты чего застыл?
Она со смешинкой в глазах смотрела на меня, перегнувшись через перила. Я очнулся от наваждения и быстренько присоединился к спутнице. На втором этаже царил полумрак. В больших и маленьких стеклянных шкафах, освещенных точечными светильниками, хранилась коллекция разнообразных драгоценных и полудрагоценных камней. Здесь были даже макеты горных хребтов России, выполненных с такой точностью, что хотелось смотреть на них не отрываясь. Какой-то магический артефакт, встроенный в каждую из моделей, периодически показывал, как изменялся рельеф этих гор в течение многих миллионов лет. Мы надолго увлеклись просмотром, и я даже не заметил, как Вероника вложила свою ладошку в мою руку.
А потом я замер, разглядывая абсолютно черный кусок камня, лежащий на алой бархатистой подложке. Это был метеорит, найденный в васюганских болотах экспедицией князя Строганова в 1920 году, и переданный в дар Русскому Географическому Обществу.
«После того, как выяснилось, что это не Источник, — подумал я, прочитав информацию. — Видимо, Строгановы прочесали все болота в поисках упавших Небесных Камней, и что-то да прилипло к их рукам».
Я выставил ладонь над стеклянным кубом ради забавы. Метеорит не представлял никакой ценности для одаренных, так почему бы и не пошалить? Внезапно, мои пальцы ожгло холодным огнем, и вмиг покрылись искрящимися звездочками, перетекавшими друг в друга как водный поток. Какую-то долю секунды я оторопело глядел на них, а потом тряхнул рукой, словно хотел сбросить как надоедливых муравьев.
Ведь это были те самые звездочки из Источника Ушатых. Атрибут Воздуха почуял родство с метеоритом из васюганских болот и заволновался (если так можно сказать о бездушной Стихии), стремясь соединиться с родственным камнем. Но такого не должно быть в принципе! Звездочки, построившись в эллиптическую конфигурацию, попробовали пробиться через стекло к камню и обреченно втянулись обратно в мой аурный кокон.
— Что это было, Андрей? — потрясенно прошептала Вероника, переводя взгляд с метеорита на меня.
Я воровато оглянулся по сторонам, но кроме десятка посетителей, разбредшихся по огромному залу, и наших телохранителей, внимательно следящих именно за этими людьми, не заметил никого, кто бы заинтересовался произошедшим.
— Ника, — мой голос охрип. — А у вас есть родовой Источник?
— Как и у всех княжеских родов, — пожала плечами девушка. — Кто-то находил Небесные Камни по случаю, кого-то одаривали правители. Елецкие получили небольшой атрибут от Великого князя Мстиславского в тысяча шестьсот сороковом году за верную службу, и с тех пор поддерживаем свой Дар, увеличивая силу Источника кровью. Эти прописные истины должны быть тебе известны.