Он подошел к металлической двери с номером «27» и нажал на кнопку звонка. Из коробки домофона что-то хрюкнуло, потом женский голос спросил:
— Кто?
— Открывай, Зина, это Альберт.
— Ой, а вас уже потеряли! — зачем-то воскликнула женщина, и тут же щелкнул замок, снимая дверь с блокировки.
— Прошу, княжич, — вытянул руку парень и я вместе с Куаном, Васей и Якимом вошли в освещенный фасадными фонарями просторный двор, выложенный цветным тротуарным камнем. Неподалеку от широкого крыльца стояли три легковые машины, блестя начищенными боками. Серьезный и солидный «Хорс», серебристый «Сенатор» и легкомысленная «Венера». Неплохо живут купцы, очень неплохо. И это не считая «Меркурий» самого Альберта, который подъехал следом за нами.
Лакированную резную дверь открыла женщина средних лет в строгом сером платье с кружевным воротничком. Судя по всему, горничная. Она с удивлением скользнула по нам взглядом, но Альберт успокаивающе махнул рукой.
— Отец дома? — спросил парень, раздеваясь в залитой ярким светом прихожей.
— Уже давно изволили отужинать и сейчас отдыхают, — все еще недоверчиво поглядывая на нашу компанию, ответила горничная. — А с вами кто?
— Княжич Андрей Мамонов с охраной, — весело произнес молодой Воскобойников, как будто ему доставляло удовольствие глядеть на растерянную и пунцовеющую женщину. — Он хочет поговорить с отцом.
Зина ойкнула и бросилась ко мне, чтобы принять куртку.
— А вы чайком не угостите моих людей? — поинтересовался я у горничной.
— Со всей радостью… Люська!
Голос у женщины был звонким. На него прибежала еще одна домработница, только помоложе, с курносым и вздернутым утиным носиком.
— Живо отведи господ в столовую, да чаем угости с вареньем. Свежего завари, стрекоза!
Альберт рассмеялся, полностью отойдя от ситуации, в которую попал, и замер перед зеркалом, приглаживая короткий ежик волос. Неожиданно в дверях появился мужчина в распахнутом халате, накинутом на домашний костюм. Под ним виднелось солидное брюшко, но несмотря на возраст и оплывшую фигуру, силы в этом купчине еще было достаточно. Кряжистый, чуть ниже среднего роста старший Воскобойников почти ничего не передал сыну кроме волевого подбородка.
— Отец, познакомься с княжичем Андреем Мамоновым, — торопливо проговорил Альберт, показывая на меня.
— Весьма занятно, — хмыкнул мужчина, оглядывая меня. — Чем я заслужил такую благодать?
— Прошу прощения за поздний визит, — мне не составило труда не обращать внимания на сочащуюся в словах усмешку. — Но случилось событие, которое может серьезно нарушить вашу размеренную жизнь.
— Хм, — откинув полы халата, Воскобойников-старший засунул руки в карманы брюк и выпятил живот еще больше. Посмотрел на сына, который вдруг засуетился и сказав, что даст указание кухаркам, как-то быстро испарился из прихожей. — В этом событии замешан Альберт?
— Да. Я узнал, что именно он является куратором некоторых акций, планировавшихся против моей собственности, и решил выйти на вдохновителя. Признаться, не верил, что на Песчанке организована целая коалиция против молодого и неопытного юноши.
— Что вы хотите от меня? — купец был спокоен.
— Почему бы нам не пройти в отдельный кабинет? — я улыбнулся. — Все-таки перед вами княжич, а не друг Альберта с улицы.
— Да, простите, — мгновенно сменил позицию Воскобойников и жестом указал на гостиную. — Не имею привычки скрывать вещи, касающиеся семьи. Дальше дома ни одно слово не уйдет.
— Вряд ли, — усомнился я. — Вы же являетесь пайщиком господ Морозовых, затеявших грандиозное переустройство Песчанки, а значит, они обязательно узнают о моем визите. Впрочем, как хотите, можно и в гостиной.
— Как-то неожиданно, что со мной на серьезные темы разговаривает юноша, — когда мы расселись в креслах, произнес хозяин дома. — А Георгий Яковлевич Мамонов кем вам приходится?
— Отцом, — я оглядел по сторонам. Вычурный интерьер купеческой гостиной был оживлен семейными портретами среди темно-вишневой мебели и большого рояля в дальнем углу. Надо нами нависала огромная люстра с хрустальными висюльками — мещанская, как сказали бы с презрительной усмешкой высокородные — аляповатые обои скрадывали яркое освещение, отчего казалось, что в довольно большом помещении не хватает простора. Впрочем, это мое мнение. Я-то не любитель загромождать пространство громоздкой мебелью и обклеивать стены.
— Ах, вот как! Значит, вы тот самый молодой человек, о котором судачит Песчанка.
— Как будто это не было понятно с самого начала, — я усмехнулся, легко читая выверты Воскобойникова. — Давайте ближе к делу. Совсем недавно, пару часов назад, я поймал вашего сына в компании молодых людей и подростков, пытавшихся сжечь мой дом с помощью магических амулетов. Знаете, есть такие, похожие на речные голыши. Сжал, активировал и бросил. А дальше огонь выжжет все в радиусе полсотни метров. Опасная штука… Не кажется вам, Фалилей Сергеевич, что перед Альбертом маячит две тяжелые статьи? Заодно и вы прицепом вместе с Морозовыми пойдете.