Пока солнце освещало вечерними лучами безбрежные и дикие просторы, Ангел облетел окрестности и доложил, что рядом никого нет. А вот в нескольких километрах отсюда он заметил передвижение с запада на восток.
— Наверное, стойбище кочует, — предположил Шершень. — Завтра выйдем к реке. Может, гидросамолёт увидим. Они частенько мотаются из одной деревушки в другую
— Надо ещё ночь пережить, — проворчал Энди.
Он немного успокоился, но я был на него настолько зол, что держал своё ядро в боевой готовности, а от этого меня стало потряхивать. Организму нужно было топливо в виде хорошей и плотной еды, но эти скупердяи пили только кофе, если какие-то сухпайки, и мне катастрофически не хватало углеводов и белков. Рыбы хоть бы наловили, болваны. Боюсь, создание первого же ментального конструкта выведет меня из строя. После случая с похищением я ни разу не был в такой передряге, но и тогда пришлось сцепиться только с паном Богумилом, оперировавшим магией. Нет, против троих пилотов не потяну. Надо ждать.
— Если не будешь дрыхнуть на посту, ничего не случится, — ответил недружелюбно Шершень. — Встанете вместе с Диком в первую стражу. В полночь вас сменит Гавана.
'Вот и ошибка, — подумал я, сидя рядом с Вискарём и Паналыком привязанный к дереву. — Дик вообще бесполезный в походных условиях человек. Энди может забить на стражу и заснуть. Охранять лагерь должны пилоты, причём, в полной боевой готовности. Даже одного хватит. В бронекостюме спать очень некомфортно. Насколько мне известно, в современных моделях предусмотрена система принудительного контроля организма. Куча всяких датчиков регистрируют пульс, температуру, частоту дыхания, и если вдруг ленивый пилот решит поспать в объятиях брони, система не даст ему подобной блажи. В военных моделях эти фишечки очень даже востребованы. Я не знаю, есть ли они в американской броне, буду надеяться, что — да.
— Княжич, давайте бежать, — услышал я шёпот Вискаря, когда наши похитители угомонились, а возле костра остались сидеть жутко нервничающий Дик и Энди, так и продолжавший злиться на весь мир. Полагаю, ему тоже надоела бесконечная ходьба по безлюдным равнинам и лесам, но мог бы и держать чувства в узде. Госпожа Стингрей, хоть и девушка, ведёт себя куда как спокойнее, несмотря на усталость. — Эти лохи пялятся в костёр, вместо того, чтобы сидеть спиной к нему. Глаза замылены будут. Значит, у нас будет время улизнуть в кусты.
Я задумался. А почему бы и нет? До реки, как сказал Шершень, осталось не больше сорока километров. За сутки можем большую часть пути пройти, даже если будем прятаться от погони.
— Я идти с вами, — заявил Паналык, услышавший шёпот Вискаря.
— О, надо же, русский язык уже понимать стал! — хмыкнул боец. — С чего вдруг осмелел?
— Предупредить хотел Кытугйина, — на английском прошептал парень. — Очень нехорошие люди. Один такой может деревню разорить. Я хотел войти в доверие, а потом сбежать.
— Бежать надо всем вместе, иначе пропадём, — едва слышно проговорил я, увидев, что Энди встал и пошёл в нашу сторону.
— Чего тут шепчетесь, ублюдки? — он довольно сильно ударил Паналыка по ноге, отчего тот зашипел от боли. Меня тронуть не решился, осознавая, что с одарённым такие шутки даром не проходят. Правильно, благоразумие способствует выживанию.
Тем не менее, он склонился надо мной и проверил, насколько прочно сидит блокиратор на запястье, после чего подёргал пластиковые путы на ногах у каждого.
— Спите, давайте, — буркнул громила. — С рассветом надо выходить. Я вас на себе не потащу.
Он вернулся к костру, а я стал спокойно разгонять ядро и равномерно распределять нужное количество энергии в руки и ноги, заодно вспоминая уроки профессора Чжан Юна. Перебарщивать не нужно, магические каналы — это не накопители, а промежуточные резервуары для подпитки организма. А то опять будет ломка, если не использую большую часть Силы. Настроив внутренний взор, я отметил, что ядро начало белеть. Значит, за устойчивость каналов можно не беспокоиться.
Я посмотрел в сторону костра. Дик уже клевал носом, не в силах сдерживаться от желания вздремнуть хотя бы десять минут. Вот что значит неопытность! Энди пихнул его в плечо, а сам начал расхаживать туда-сюда, выхватывая из кобуры пистолет и покручивая его на пальце, как в вестернах. Но Вискарь, тоже поглядывавший на эти манипуляции, только фыркнул презрительно.