Тут же пошла картинка награждения. Девушка испытала некоторое разочарование, что не показали, как Андрею вешают на грудь медаль или почётный знак (как иностранному бойцу), хотя среди военных он присутствовал. Но живой, что уже хорошо. Княжич стоял в одном ряду с мужчинами в камуфляжной форме и был таким серьёзным, что Голицына не удержалась от улыбки. Правда, через несколько кадров ей пришлось протереть глаза. Награждение, судя по оживлённому перемещению людей в банкетный зал, уже закончилось, и камера снова выхватила княжича Мамонова, на груди которого висела-таки медаль или орден (Арина в этом не разбиралась). Он неторопливо и в одиночестве расхаживал с бокалом шампанского в руке, и то и дело вступал в разговоры с офицерами или с чопорными господами в дорогущих костюмах. Потом камера ушла в сторону, и Арина подумал, что вряд ли уже увидит его. Телевизионщик старался больше снимать королевское трио и наследника трона Олафа, разгуливающего по залу с очень красивой светловолосой девушкой в строгом изумрудно-серебристом платье в пол, чудесно обрисовывающем её фигуру. Они останавливались перед группами военных или аристо, любезно перекидывались с ними парой-тройкой фраз, после чего продолжали дефилировать, но с таким видом, как будто кого-то искали.
И вдруг сердце Арины ёкнуло. Оператор уловил момент, когда парочка подошла к Андрею. Девушка мгновенно преобразилась, заулыбалась, мило алея щёчками, а Олаф стал представлять её княжичу. Андрею спутница наследника явно приглянулась. Поцеловал ей руку, он что-то сказал, девушка рассмеялась. Когда младший Инглинг покинул их, молодые люди увлеклись беседой.
Ведущая новостей не преминула заметить, что принцесса Астрид находилась на яхте и подвергалась опасности, переживая вместе с матерью и младшими братьями чудовищный по напряжению плен, но благодаря русским пилотам была освобождена.
«Значит, это и есть та самая Астрид», — отстранённо подумала Арина, глядя на парочку, которая довольно быстро исчезла из виду.
Сняв наушники и отложив телефон в сторону, Арина попыталась проанализировать увиденное. Если Андрея не показали на награждении, значит, для этого была причина. Возможно, цесаревич Юрий Иванович по согласованию с королём попросил не «светить» молодого пилота, но тогда и орден вручать стоило в коробочке и при небольшом количестве народа. Тогда зачем вырезали этот момент, а потом всё равно засветили? Неужели Харальду раскрыли тайну княжича Мамонова? Скорее всего, так и есть. Значит, цесаревич пошёл на этот шаг вполне осознанно, с согласия императора. Но какова настоящая причина? И так ли случайно оператор выхватывает из толпы прогуливающихся Андрея и Астрид, периодически присоединяющихся к разным компаниям, чтобы перекинуться парой слов?
«Принцесса хороша, — бесстрастно отметила княжна Голицына. — Не удивлюсь, если у Харальда появились мысли завладеть кровью Антимага посредством брака дочери с княжичем. Но такой шаг рискован из-за незнания механизма воздействия его Дара на искру будущей супруги. Недаром Мстиславские не торопятся объявлять о помолвке Лидии с Андреем, намеренно 'включив» режим ожидания. Тогда логично предположить некий «эксперимент», включающий в себя близость Андрея с какой-то «подопытной» девушкой. А не из-за этого ли Мстиславские спокойно согласились на брак Арины с Мамоновым? Не ей ли предстоит испытать на себе воздействие «антимага»?
Княжна Голицына чувствовала какую-то нестыковку в своих рассуждениях и пыталась ухватиться за ту самую ниточку, которая привела бы к пониманию сложившейся ситуации, когда в раскладе появляется ещё одна претендентка на брак с Андреем. Не складывалась картина. А ведь разгадка где-то рядом, прячется за спиной, хихикает, и ещё больше пытается запутать пасьянс вбрасыванием новых карт…
«Сенатор» взвизгнул тормозами, и Арина машинально выставила руки вперёд, чтобы не влететь носом в спинку переднего кресла.
— Ах, ты, паскуда шелудивая! — не сдержавшись, выругался Терентий, сжимая руль.
— Что там?
— Собака под колёса метнулась! — Вальтер с тревогой оглянулся. — С вами всё в порядке, княжна?
— Жива-здорова, — выдохнула Арина, сожалея, что не удержала ниточку рассуждений.
В растрёпанных чувствах она еле-еле дождалась приезда домой, и сказав встретившей её матери, что ужинать не будет, потому как устала, закрылась в своей комнате и занялась своим любимым делом: поиском информации. Ей хотелось узнать всё о принцессе Астрид. Оказывается, она была единственной дочерью Харальда среди пятерых его сыновей. Олаф — главный наследник, ему сейчас двадцать два года. Среднему сыну Вигбьёрду восемнадцать, Виготу — пятнадцать. Все они рождены от королевы Ранди. Младшая жена тоже подарила Харальду двух сыновей, им сейчас четырнадцать и двенадцать лет. Астрид — любимица, не только самого Свирепого, но, как ни странно — самой старшей королевы. Ранди души не чает в девушке. Семнадцать лет, пестует Стихию Воды с атрибутами Ледяного Дыхания и Агрегации. Образована, умна, в кругах аристократической молодёжи слывёт невероятной скромницей в силу своего мягкого и неконфликтного характера. Явно не в папочку. Тот и глазом не моргнул, когда снёс голову королю Матиасу, а потом жестоко подавил восстание лопарей. Арина хмыкнула. А ведь он мог и яхту с наёмниками уничтожить, невзирая на заложников, среди которых были его родные.