Правда, которая испортит аппетит
Тёма Бойка.
Я никогда не любил Питер.
Этот город, с его сыростью и мрачной атмосферой, всегда вызывал у меня чувство тревоги.
Каждый раз, когда я ступал на его улицы, меня охватывало странное ощущение, что здесь слишком много прошлого, застывшего в каждом камне.
Дождь стучал по стеклу нашего «Мерседеса», оставляя за собой следы, как воспоминания, которые невозможно стереть.
—
Сейчас я не гость в этом городе.
Я приехал с единственной целью — разобраться, кто такой Алексей Кузнецов.
Может быть, он просто хороший парень…
А может… кто знает?
По улицам, покрытым дождём, наш автомобиль скользил, и мне казалось, что в этом городе всё другое.
Дома старше.
Люди холоднее.
А воздух пах не бензином, а чем-то древним.
Как будто сам город хранит тайны, которые никто не спешит открывать.
— Я позвоню ей, — сказала Настя, и её голос отвлёк меня от размышлений.
Я наблюдал, как её лицо меняется от напряжения к сосредоточенности.
Она набрала номер, и я почувствовал, как моё сердце забилось быстрее.
— Привет, Марина, — начала она, стараясь говорить уверенно. — Меня зовут Настя. Мы не знакомы, но мне очень нужна твоя помощь. Это очень важно.
Я знал, что от этого звонка может зависеть многое.
Настя продолжала:
— У меня есть близкая подруга, она начала встречаться с Алексеем Кузнецовым.
У меня есть подозрения, что он не такой уж положительный герой в этой жизни.
Я надеюсь, что ты сможешь рассказать правду о нём.
Настя замерла, прислушиваясь к ответу на другом конце провода.
Я видел, как в её глазах вспыхнули любопытство и беспокойство.
— Да, я понимаю, что это непросто, — говорила она, стараясь успокоить Марины. — Но тебе не нужно бояться. Мы просто хотим знать, кто он есть на самом деле.
После недолгого ожидания Настя, наконец, произнесла:
— Спасибо, Марина. Мы будем у тебя. Какой адрес?
Она слушала, записывала адрес, и, закончив разговор, повернулась ко мне:
— Всё, мы едем к ней.
— Она согласилась рассказать всю правду об Алексее.
— Отлично, — сказал я, чувствуя, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым.
Внутри меня нарастало волнение: каждый оборот руля приближал нас к разгадке, которая могла изменить судьбы не только Стаса, но и всей нашей компании.
Когда мы подъехали к дому, я остановил машину и посмотрел на Настю:
— Готова?
— Да, готова.
— Давай узнаем, кто такой Алексей Кузнецов.
Мы вышли из машины и направились к входной двери, готовые столкнуться с тем, что скрывалось за её пределами.
Поднимались по узкой лестнице, где старые ступени скрипели под ногами, словно протестуя против нашего вторжения.
В подъезде пахло кошками, сигаретами и одиночеством.
На третьем этаже Настя остановилась перед дверью квартиры.
Я заметил, как её рука дрогнула.
Здесь, в этом доме, время будто остановилось.
Мы постучали, и вскоре послышались тихие шаги — кто-то внутри колебался между желанием открывать и страхом перед неизвестным.
Дверь приоткрылась.
На пороге появилась Марина.
Её глаза метались, как будто искали выход из ситуации, а лицо выражало смешанные чувства: испуг и недоверие.
— Привет, — произнесла Настя, и в её голосе послышалось тепло, пытающееся растопить ледяной холод в комнате. — Меня зовут Настя, а это Артём. Мы пришли поговорить с тобой.
Марина чуть приоткрыла дверь шире.
Впустила нас внутрь.
Квартира выглядела бедненько, но чисто.
На стенах висели старые фотографии.
На полках стояли книги с пожелтевшими страницами.
В воздухе витал легкий аромат чая, который создавал уютную атмосферу.
— Проходите, — сказала она, ведя нас в кухню.
Я заметил, как её глаза всё ещё недоверчиво изучали нас, как будто мы могли в любой момент обернуться чем-то опасным.
Мы уселись за небольшой деревянный стол.
Чашки были простыми.
Стул — жёстким.
Тишина — давящей.
Марина налила нам чай.
Её руки дрожали, когда она держала их.
Не сильно.
Но я это заметил.
— Я не знала, что кто-то ещё будет интересоваться им, — наконец произнесла она, её голос становился всё более печальным. — Думала, что это конец истории.
Настя, не отводя взгляда от её лица, ответила:
— Для тебя, может, и конец, а для других только начало.
Марина глубоко вздохнула и посмотрела на нас, словно ища в наших глазах поддержку.
— Вы действительно хотите узнать всё, как есть? — спросила она, и в её взгляде мелькнула искра страха.