Выбрать главу

— Ты же знаешь, я не умею бегать, — хнычу я.

Со спортом у меня всегда были проблемы. Больше всего ненавижу бег. Сразу начинает болеть бок, сердце бьется как сумасшедшее, мучает одышка, и я не поспеваю за остальными — в любом соревновании прихожу последней.

Вики отлично бегает и всегда выигрывает, если захочет. Но раза два она специально топталась на месте, чтобы составить мне компанию. Иногда она берет меня за руку и буквально тащит за собой.

Вот и сейчас она дергает мою руку:

— Пошли, пора на волю из этой дыры!

— Вики, послушай! Мне придется себя вычеркнуть. Ты же знаешь, даже если нужно будет спасаться бегом, у меня ничего не получится.

— Ну, не накручивай себя, Джейд, — говорит Вики и вдруг делает мне саечку. Знаю, что не со зла, но все равно больно. — Речь идет не о беге вообще, а о беге ради удовольствия, поэтому не надо к этому серьезно относиться.

А как еще прикажете?! Представляю, как я тащусь позади всех, вспотевшая, красная, как свекла, а Вики несется впереди с мальчишками, которые из кожи вон лезут, чтобы ей понравиться, — поигрывают мускулами, откидывают волосы со лба…

— Не буду бегать! — говорю я и вырываю руку. Потом вычеркиваю наши фамилии из списков и выскакиваю из школы на игровую площадку. Вики скачет вокруг меня и издевается. Терпеть не могу, когда она в таком настроении.

— Не сердись, Джейд!

Легко сказать! Мне становится по-настоящему грустно. Почему всегда так бывает? Почему обязательно нужно делать то, что хочет Вики?! Даже если хоть что-нибудь происходит по-моему, Вики не упустит своей выгоды.

Сейчас она не на шутку развредничалась: щекочет меня, дергает за волосы, пытается растянуть мне губы в улыбку.

— Хватит дуться! — говорит она, когда мы выходим из школьных ворот.

— Отстань, Вики! — фыркаю я.

Она замахивается на меня портфелем. Мы обе знаем, что Вики собирается промахнуться, но я специально стою на месте, и она сильно ударяет меня по бедру. Становится очень больно.

— Ну почему ты не отошла в сторону, Джейд? — спрашивает Вики, потирая мне бедро.

— Отстань! — Я шлепаю ее по рукам. — Как же, стукнула меня портфелем, а я еще и виновата!

— Да я сейчас тебе снова портфелем заеду, но уже по голове! Слышала бы ты себя! — смеется Вики.

Но мне не до смеха, даже когда Вики корчит смешную рожицу, закатывает глаза и высовывает острый язык.

— Пора повзрослеть, Вики!

— Еще чего не хватало! — кричит она, выбежав на дорогу,

и потом

и потом

машина

скрип тормозов

пронзительный крик

ПРОНЗИТЕЛЬНЫЙ КРИК

и тишина.

2

Я не могу прийти в себя. Этого не может быть! Как в страшном сне! Всего-то нужно моргнуть, проснуться и рассказать Вики.

Вики Вики Вики Вики Вики

Я подбегаю к ней.

Она лежит перед машиной лицом вниз, как будто спрятавшись под длинными рыжими волосами. Я становлюсь перед ней на колени, дотрагиваюсь до руки:

— Вики?!

— Ты ее знаешь? О боже, она?..

Это говорит водитель. Мужчина в сером костюме, с побелевшим лицом. От шока у него на лбу выступили капли пота. Он тоже наклоняется и пытается ее поднять.

— Не прикасайтесь к ней!

Не могу видеть, как до нее дотрагиваются, но он меня не понимает.

— Да, конечно, может быть… у нее поврежден позвоночник. О господи, не могу поверить! Я просто ехал мимо, медленно, не больше сорока километров в час. Она выбежала прямо передо мной…

— Вызовите «скорую»!

— Да! Да, телефон… — Он дико озирается по сторонам. — Мой мобильный в машине…

— Ничего, мы уже вызвали, — говорит выбежавшая из дома женщина. Она обнимает меня:

— С тобой все в порядке, милая? Пойдем ко мне!

— Нет, я останусь с Вики, — с трудом выговариваю я.

У меня зуб на зуб не попадает. Почему так холодно? Я смотрю на Вики. Рука у нее теплая, но я срываю с себя школьный пиджак и накрываю ее.

— Сейчас приедет «скорая помощь». Уже скоро. Скоро, — говорит женщина, как заведенная пластинка. Она вздрагивает: — И полиция.

— Полиция? — спрашивает водитель, задыхаясь от волнения. — Это просто несчастный случай! Она выбежала прямо перед машиной! Я ничего не смог сделать! Вы же видели, правда?

Она видела. Нас окружают люди. Они все видели. Видели меня и Вики.

Вики. Дрожащей рукой я убираю ей волосы с лица. Она лежит прижавшись щекой к асфальту. Будто спит. Ни одной царапины. Можно подумать, сейчас она улыбнется. Конечно, она цела и невредима. Это один из ее всегдашних приколов. Через секунду Вики сядет и громко рассмеется: «Вот вы и попались! Я вас всех провела! Думали, я умерла?»

Вот что она скажет, и я слегка трясу ее за плечо, чтобы она поскорее пришла в себя.

— Не надо! — говорит женщина. — Пусть бедная малышка полежит.

Водитель встает на колени рядом с Вики. На этот раз он не пытается до нее дотронуться, а лишь склоняется над ней.

— Она дышит? — шепотом спрашивает он.

— Конечно, дышит! — отвечаю я. — Она не сильно ушиблась. Этого не может быть! Ведь крови совсем нет!

Скоро все пройдет! В любую минуту Вики откроет глаза.

Проснись, Вики!

Проснись, Джейд! Очнись ото сна! Нет, лучше перемотай пленку назад! На минуту, на две минуты, вот и все! Как раз до того кадра, когда Вики над тобой смеется, а потом… а потом… а потом…

А потом я тоже рассмеюсь ей в ответ, и мы, глупые, счастливые и здоровые, вместе пойдем под руку домой…

— Вики, — шепчу я. Я плачу, по щекам катятся слезы, нос тоже течет, ну и пусть. — Вики, ну Вики!

Мне так много нужно ей сказать, но рядом водитель и чужие женщины. Гудит сирена — приехала «скорая помощь». Подходят люди. Кто-то пытается мне помочь, хотя мне не хочется двигаться. Нужно остаться с Вики.

Они поднимают ее и перекладывают на носилки. Рука Вики падает, ноги волочатся, но на вид она цела — нигде ни царапины. Все должно быть в порядке.

— Она умерла? — шепчет женщина.

— Дышит, — говорит врач.

— Слава богу, слава богу, — говорит водитель.

Они что-то бормочут, гудят сирены, со мной говорит полицейский, и я вижу, что носилки с Вики поднимают в машину.

— Я должна поехать с ней! Должна! — расталкивая всех, кричу я.

Полицейский продолжает меня расспрашивать: Кто она такая? Была ли я там, когда ее сбила машина? Что произошло на самом деле?

Но я не могу ни думать, ни разговаривать и повторяю только одно слово: «Вики!»

— Она в шоке. Нужно отвезти ее в больницу и осмотреть. Лучше с ней позже поговорить, — замечает врач «скорой помощи».

Она помогает мне забраться в машину и сесть рядом с Вики. Ее коллега осматривает Вики, слушает, бьется ли сердце, щупает пульс.

— Ты подруга Вики? — спрашивает она меня. — Как тебя зовут, дорогая?

— Джейд.

— Мы сделаем для нее все, что можно, Джейд, — говорит она, и машина «скорой помощи» трогается.

Давным-давно, еще в детском саду, мы с Вики любили играть в игру «Нии — Наа» — носились по комнате, размахивая толстыми детскими ручками, и воображали, что управляем машинами «скорой помощи», которые мчатся в больницу.

Когда завыла сирена, веки Вики не дрогнули.

— Она не слышит!

— Может, слышит. Попробуй с ней поговорить! Подойди поближе! Только следи за своими движениями. Нельзя на нее наваливаться всем телом. Ты уверена, что сама не пострадала? Машина тебя не задела?

— Нет, я была на тротуаре. Вики со мной разговаривала. Все произошло так быстро. Я… Я…

Меня пробирает дрожь.

— Там есть лишнее одеяло. Накройся!

Я накрываюсь с головой и сжимаюсь в комочек под темно-серым одеялом, будто пытаясь приглушить сильную боль.