– Как именно я умер? – затаив дыхание, задал новый вопрос Виктор. Свен засмеялся.
– Надо же, ты даже это забыл! Виктор нетерпеливо кивнул, и тогда викинг рассказал:
– Ты умер вчера, по вечерней поре, после того как мы отразили первое нападение людей Вольфгарда.
– Ах, вот как! Я так и думал…
– Мы победили, ты убил того, кто напал на тебя, но сам был очень изранен и весь истекал кровью. Спустя несколько мгновений, после того как берсеркеры уплыли на своем дракаре назад, ты испустил дух. А когда настала ночь, мы возложили тебя на погребальную ладью и проводили в Валгаллу.
Совсем, как в фильме! С точностью до деталей! Виктор не удержался и, чувствуя, что сейчас узнает что-то удивительное, находящееся за гранью реальности, спросил:
– А ты… а вы не заметили в этот момент ничего… необычного?
Свен пожал плечами.
– Да нет… Ветер был сильный, но ладья долго не загоралась. Она отплывала все дальше в море. А потом внезапно стало очень светло, как днем, и мы увидели, что она охвачена ослепительным пламенем. Да вот еще… В этот момент раздался какой-то громкий удар. Мы еще подумали, что это Тор подает сигнал. А потом мы увидели тебя.
Мужчины помолчали несколько секунд и Виктор спросил:
– Выходит, когда воины Вольфгарда вернулись, они не знали, что я только что возвратился из мертвых?
– Пожалуй так. Когда они отступили в первый раз, ты еще был жив.
– Но мне показалось, что Рейна об этом знала, – тихо, как будто самому себе, сказал Виктор, и его спутник удивленно посмотрел на своего ярла.
– Ты хочешь сказать, что Похитительница знала о твоем возвращении из Валгаллы?
– Похоже так… – растерянно предположил конунг.
– Знает она об этом или нет, не так уж важно. Я уверен, что эта новость и так, скоро разнесется по всему острову. – Свен задумчиво потер подбородок. – А вообще-то мы уже давно подозревали, что среди нас завелся предатель, и этот негодяй тайно сообщает Вольф гарду обо всем, что происходит в нашем поселении.
– Неужели это правда?
Голубые глаза Свена засветились гордостью и восторгом, и, победно улыбнувшись, воин воскликнул:
– Но на этот раз предатель окажет нам большую услугу.
– Каким образом?
– Он расскажет о твоем возвращении из Валгаллы, и сердца врагов наполнятся страхом. Никогда прежде ни одному витязю не удавалось одолеть ангела Смерти и по Радужному мосту вернуться обратно в Мидгард. Я уверен, что ты достигнешь великой славы, вселишь ужас в людей Вольфгарда. Виктор кивнул:
– Будем надеяться. В любом случае, нам сейчас больше не на кого полагаться, правда?
Свен хлопнул своего ярла по плечу так, что тот едва удержался на ногах:
– Не беспокойся. Ты скоро опять все вспомнишь. Через пару дней мы устроим великий пир в честь твоего возвращения из царства мертвых, будем пить мед, принесем в жертву Одину ягнят и на мягких животах рабынь встретим рассвет.
– Пить мед, жертвовать животных и насиловать рабынь? – переспросил Виктор с грустной улыбкой. – О, Тор! Я жду не дождусь!
Викинг подтолкнул его локтем и ухмыльнулся.
– Если только мед будет крепким, то нам придется крепко попросить Локи, чтобы он помог нам не растеряться в это время. Иначе мы можем перепутать и принесем в жертву рабыню, а ягненка разложим на лавке!
Представив себе на мгновение, что должно происходить на таких пирушках, Виктор потерял дар речи, а Свен, довольный своей шуткой, откинул голову и громко захохотал.
– Я шучу, ярл! Ты сам увидишь, как будет весело!
Виктор кивнул и в первый раз за все время своего пребывания на этой земле взмолился, как настоящий язычник:
– О, Один! Помоги мне вытерпеть все это!
Далеко в тундре, там где поселка Виктора не было видно за холмами, наслаждаясь стремительной скачкой среди первых весенних цветов, мчалась на своем черном скакуне Рейна Похитительница. Она направлялась в сторону владений своего врага не только потому, что хотела проследить за тем, что происходит во вражеском поселке, но еще и потому, что очень любила то ощущение силы и свободы, которое давала ей быстрая езда верхом. Но если уж говорить откровенно, то сегодня она отправилась в свое путешествие большей частью из-за того, что не смогла преодолеть своего любопытства, вызванного появлением Виктора Храброго на поле битвы вчерашней ночью. Ей очень хотелось разгадать загадку его чудесного спасения из мертвых; это желание у нее было почти таким же сильным, как и желание наконец убить своего врага.
К тому же Рейне хотелось хоть немного побыть вдалеке от поселка своего ненавистного отчима, где ее почти все время преследовали грубые варвары и где у нее были только три друга – ее брат по матери Рагар, его оруженосец Гаральд и ее служанка Сибил. На этой стороне фьорда Рейна, как ни странно, чувствовала себя в большей безопасности; тут ее отпускала тревога, и она могла хоть немного побыть женщиной, а не воином. Здесь Рейна становилась сама собой. Она могла поиграть с ручной полярной лисой Фрейей или навестить еще одного своего хорошего друга Пелагиуса, монаха-отшельника, жившего высоко в горах. Только здесь, на заросших цветами пустошах, втайне от всех проявлялась другая половина ее натуры, и Рейна вспоминала время, когда была невинной девочкой, и тогда она тосковала о своем украденном детстве и земле своих предков, где ей довелось когда-то родиться.
Уже скоро, очень скоро ледники начнут таять и весенние ливни сделают передвижение по тундре практически невозможным. Тогда существование Рейны станет просто невыносимым. А пока она радовалась возможности переправляться через фьорд в самом узком месте, выше поселка Вольфгарда, а затем играть в свою опасную игру с врагами. Может быть ей удастся проникнуть в загадку Виктора Храброго, человека, восставшего из пламени Валгаллы прошлой ночью, и это знание даст ей силу уничтожить его!