Виктор, весь дрожа от неудовлетворенной страсти, решительно встал и опустил платье девушки, а потом жестко сказал:
– Этого не будет, пока ты не станешь моей женой!
Она резко села.
– Твоей женой!? Ты думаешь о своем проклятом договоре с Вольфгардом и хочешь только одного – победить в вашем с ним споре.
– Ты же знаешь, что это неправда! – возмутился Виктор.
– Нет, правда!
Лицо Виктора осталось бесстрастным.
– Ты выйдешь за меня, Рейна: и тогда мы займемся любовью.
– Так я скажу тебе тогда – нет, викинг! Нет! Нет! Нет!
Он рывком поставил на ноги разъяренную девушку.
– Рейна, мне кажется, ты и сама не знаешь, чего хочешь! Сначала ты говоришь, что никогда не выйдешь за меня замуж, а теперь бесишься из-за того, что я не переспал с тобой. Черт побери! Может, ты в конце концов, решишь чего тебе надо?
Рейна презрительно посмотрела на Виктора. Ее горячий взгляд задержался на длинной выпуклости в его штанах. Наконец она вызывающе проговорила:
– Я просто желала совокупления с тобой, викинг! Ты меня сейчас разгорячил, и думаю, ты достаточно хорош, чтоб получить с тобой удовольствие. Затем я бы с легкостью прикончила тебя.
Виктор покраснел от гнева. Вряд ли, этой маленькой ведьме удалось когда-нибудь нанести ему больше оскорбления, чем теперь. В своей откровенной, грубой манере она совершенно точно дала ему понять, что хочет его только для плотских утех.
– Значит, ты просто попользовалась бы моим телом, а потом убила бы меня? – спросил он, стараясь быть спокойным. – Знаешь, милая, я едва удерживаюсь от того, чтобы не перерезать тебе глотку.
Она пренебрежительно пожала плечами.
– Ну так убей меня, викинг. Давай, сделай это!
– Да если я тебя сию минуту не доставлю обратно в поселок, я, действительно, так сделаю! – рявкнул Виктор.
С этими словами он схватил Рейну за руку и потащил к Слейпниру, стоящему неподалеку. Вытащив из сумки длинный кожаный ремень, Виктор одним концом связал девушке руки, а другой привязал к луке седла. Отрезав от своей меховой куртки несколько полос, он соорудил нечто вроде сапог и обул девушку. А оставшуюся часть накинул ей на плечи. Он принял решение прибыть в поселок именно так: он – на лошади, она – рядом, привязанная к седлу. Это послужит ей хорошим уроком. Вообще-то если бы Виктор не был уверен в том, что она все равно откажется ехать, он бы предложил ей лошадь. Оставалось только утешиться тем, что она все-таки приняла теплую куртку. Самому ему пришлось довольствоваться холодной, мокрой одеждой, липнущей к телу. Когда они подошли к воротам града, уже вечерело. И сразу внимание Виктора привлекла толпа людей, собравшихся возле костра в центре поселка. Несколько десятков мужчин и женщин стояли в его багрово-красных отсветах, и до Виктора с Рейной донеслись пронзительные женские вопли и воинственные крики мужчин. Приблизившись к толпе, конунг спешился, развязал девушке руки и подтолкнул, понуждая идти вперед. Даже несмотря на все свое возбуждение, единоплеменники Виктора расступились, давая конунгу и его пленнице дорогу. И когда они подошли к большому костру, Виктор, наконец, увидел причину суматохи.
В окружении дружинников стояли два пленника. Одного из них конунг тотчас узнал. Это был Рагар, брат Рейны. А рядом с ним находился молодой воин из племени Вольфгарда. У них были связаны за спиной руки, на лицах виднелись ссадины и кровоподтеки.
Рейна тоже увидела пленников и стремительно бросилась к ним с отчаянным криком.
– Рагар! Гаральд!
Услышав угрожающее ворчание толпы, Виктор перехватил ее и потянул назад:
– Если тебе дорога их жизнь, – прошептал он ей взволнованно, – не вмешивайся – я сам разберусь с этим!
Рейна изумленно посмотрела на него. Но больше всего Виктора поразило то, что она не спорила с ним. Однако ее лицо побледнело. Виктор посмотрел на своих дружинников:
– Что еще здесь происходит?
От костра отошел Канут с раскаленной докрасна полосой металла, заостренной на конце. Гигант широко и зловеще улыбался.
– Ярл, очень хорошо, что ты явился и вернул Похитительницу. Мы тут как раз захватили двух из ее племени.
Из толпы раздались приветственные крики, а Виктор, взглянув на двух перепуганных молодых людей, спросил.
– Это что – все, кто пришел освобождать Рейну?
– А остальные разбежались, когда наш дозор напал на них к северу от деревни.
С нескрываемой ненавистью Канут посмотрел на Рейну и злорадно произнес:
– Ну, сейчас мы устроим пытку и заставим ее смотреть на все это.
Виктор увидел ужас в глазах Рейны. В это время Ролло взмахнул кулаком и закричал:
– Да, мы поджарим им пятки, а потом выпотрошим их как двух кабанов!
Раздались новые, такие же кровожадные вопли толпы. Вся эта картина живо напомнила Виктору историю его неудавшегося визита, когда он пытался заключить договор о мире с Вольфгардом, Вместе с тем у него появилось опасение, что ему, пожалуй, не удастся удержать ситуацию под контролем. Дружинники, женщины – вся толпа пришла в совершенно животное состояние, в воздухе раздавались оскорбительные крики, требования немедленно пытать пленников и предать их смерти. Вверх взметнулись дубинки, лязгнуло оружие. Рейна в ужасе повернулась к Виктору и воскликнула:
– Ну, пожалуйста… Ты должен остановить их! Виктор решительно поднял руку и закричал:
– Эй, люди, остановитесь. – Никакого результата. Злобно хохоча, Канут начал приближаться к Рагару, держа в руках раскаленный металлический прут, и тогда конунг, набрав в легкие как можно больше воздуха, рявкнул: – Эй, вы все! А ну, немедленно прекратить!