Служившие базой гавани вскоре приобрели более прочные основания своего существования. Норвежцы, для которых торговля была столь же естественным делом, как и война, направили свои торговые суда в Англию и Скандинавию. Ирландские шкуры и шерсть отправились за море, в обмен на французское вино и предметы роскоши с континента. Однако большую часть вывозимого груза составляли люди. В Ирландии рабство не было в новинку (три коровы за девочку-рабыню — таков был меновой курс), но викинги поставили дело на поток. «Как правило, они убивали королей страны Эйрин, а королеву и жен благородных людей увозили за море и продавали в рабство». Среди прочих товаров на рынках Швеции, Исландии, и даже на Руси, выставлялись прекрасные ирландские девушки. Мужчины тоже имели свою товарную ценность. Даже в далекой Гренландии у Лейва Счастливого, первооткрывателя Америки, были ирландские рабы, которые тащили его плуг и в конце концов убили его самого. Так или иначе, ирландская кровь проникла во все норвежские общины в Европе.
Однако любезность за любезность. И вот уже ирландские царьки совершают набеги на жилища норманнов и уводят их «пышных шелкововолосых женщин» в глубь страны, в свои поместья.
Очевидно, в Дублине отношения между норвежцами и датчанами были специфическими. Едва ли датчане могли поселиться там до того, как норвежец Олав Белый прибыл туда и захватил королевство. В истории имя Олава Белого отзывается многократным эхом: причем не только вследствие его долгого правления, но также благодаря той известности, которую приобрела его семья. Один из его сыновей, Торстейн Рыжий, вместе с Сигурдом с Оркнейских островов принимал участие в завоевании Кейтнеса и Сатерленда в Шотландии. Женой же Олава была сама Ауд (Унн) Многомудрая.
История Ирландии знает Ауд как великую вдовствующую королеву-христианку. Когда Олав оставил ее вдовой, она со своими дочерьми вернулась в Шотландию, в дом отца, а затем, после смерти отца, приказала тайно в лесу отстроить себе корабль и отправилась в долгое путешествие в Исландию, чтобы в этом тихом местечке провести остаток дней. В Исландии она задумала построить свой дом на дороге, чтобы всякий путник мог стать ее гостем. Целый ряд аристократических фамилий Севера и по сей день называют Олава и Ауд своими предками, поскольку та выдала обеих своих дочерей за правителей Шотландии и Оркнейских островов.
Олав, сам приходясь родственником Рагнару Кожаные Штаны, избрал сына Рагнара — Ивара Без Костей — своим соправителем и соратником. Едва ли такая парочка могла праздно сидеть в Дублине. Как только выдалась пауза в потоке флотилий, жадных до их королевства, у них самих появилась возможность доставлять кому-нибудь неприятности. И вот они уже энергично орудуют в центральной части Шотланлии, без разбора захватывая в плен саксов, валлийцев и пиктов. Одно из их путешествий затянулось настолько, что он позволили себе в течение четырех месяцев держать в окружении Дамбартон.
Однако норманны не могли долго выдержать без взаимных ссор. Ивар был случайно убит, сражаясь с одним из своих соплеменников, а его сын был изгнан из Уотерфорда. Тот сразу же отправился в Англию, где стал королем Йорка. Все эти бесконечные ссоры предоставили шанс для ирландцев. В этот период победа оказалась на их стороне: они захватили Дублин и выдворили прочь его защитников. Норманны, поджав хвосты, сбежали за море в Англию. Их бегство было столь поспешным, что они оставили на побережье Дублина немало превосходных кораблей. Ирландцы были столь же мало привычны к соленой воде, как и их овцы, однако, захватив ладьи, они сделали их ядром своей флотилии. Ирландский флот прогрессивно развивался от небольших набегов на остров Мэн и Гебридские острова до увенчавшего его славой сражения с дублинской флотилией в бухте Дандолка, в котором, однако, никто не победил. И все же едва ли эти суда было возможно укомплектовать одними только ирландцами, вполне логично предположить, что норманны составляли немалую часть их команды.
Успех ирландцев в Дублине был всего лишь кратковременной вспышкой. Новый поток датчан и норвежцев, хлынувший в порты Ирландии, скоро ее погасил. Во главе одной из флотилий прибыл Торгильс, сын Харальда Прекрасноволосого. «Торгислю (Торгильсу) и Фроди Харальд конунг дал боевые корабли, и они отправились в викингский поход на запад за море и совершали набеги на Шотландию, Бретланд (Британию) и Ирландию. Они были первыми норвежцами, овладевшими Дюпплином (Дублином). Рассказывают, что Фроди был отравлен ядовитым напитком, а Торгисль долго был конунгом в Дюпплине, но был предан норвежцами и погиб там»(1).