- Сотня передового отряда пиктов прокралась в селение, там было викингов двадцать. Ну, те и решили поиздеваться над викингами.
- Та-а-а-к - дальше, - король потер руки.
- Они окружили викингов, разобрали по кучкам.
- Викинги дали себя разделить? - Недоуменно поползла бровь.
- Викинги никогда не дадут себя разделить. Они сами решили пошутить. Соскучились, видать, по забавам.
- Конечно, наши женщины их расслабили, - понимающе кивнул Альфред.
- Шутка стоила пиктам дорого. Прибежали еще норманны с драккаров. Роллон поклялся, что вырежет всех.
- Ну, если Роллон поклялся.
Гарольд продолжил:
- Неделю оставшихся десять пиктов викинги в рогатках водили по лесу и выжигали сородичей.
- Как они их заставили? Я знаю, пикты не сдают своих и умеют терпеть боль.
- Хм, - Гарольд поежился. - Когда тебя привязывают столбу, делают надрез на животе и потихоньку вытягивают кишки…
- Хватит, - король отодвинул блюдо. - И что?
- Дубы гнулись от воплей пиктов. Лет тридцать, мой король, мы ничего не услышим про них.
- Иди, иди - ты принес хорошие вести, - король звякнул серебром об пол. Гаральд, согнувшись, вышел.
Роллон шел к избушке. Небо заволокло, порыв ветра - край луны высунулся, совсем немного, скупо. Роллон успел заметить едва различимую тень. Он развернул корпус - мимо пролетела рука. Роллон не видел, но тело быстрее мозга среагировало на шум и струю воздуха. Викинг схватил, легко перекидывая через себя. Глухой стук и стон, жалобный, женский. Роллон подошел, и его пальцы сжали горло:
- Ты кто? И зачем хотела убить?
- Ты зарубил брата, - сдавленно прохрипела она. - Ты привел их сюда - и погибли брат, муж, отец. Все.
Роллон рывком поставил на ноги:
- Даже не вздумай трепыхаться - сломаю шею.
Он отвел ее в хижину. При свете огня девушка спрятала лицо. Роллон поднял ей подбородок - красива, особенно когда злится, сжав губы. Мокрая, растрепанная, с горящими глазами - вот-вот укусит. Волосы цвета спелой пшеницы, прямой носик, зеленые глаза. Он залюбовался изящным овалом бледного лица. Она действительно прекрасна, дочь вечно туманных берегов.
- Ну, убей же и меня, - она не боялась. « Жалеет, что промахнулась…» Роллон медлил.
- Давай, убей. Если, конечно, ты мужчина, а не трус, - она плюнула на пол.
- А вот это ты зря сказала, - улыбка сползла с лица вождя. - Я научу, как вести со мной.
Он порвал платье.
- Н-е-ет, - раздался отчаянный крик. - Н-е-ет…
Девчонка замолотила коленями, стальные руки Роллона растащили бедра.
Она лежала, отрешенная, не шелохнувшись. Беззвучные слезы бежали по красивому лицу.
- Лучше бы ты меня убил, - равнодушно промолвила она. - Худшей пытки ты не мог выдумать. Я разделила ложе с убийцей брата.
- Это бой. Твой брат мог убить меня. Я оказался сильнее - и все. Но, - он склоняется над ее лицом, - если бы я знал, что это твой брат…
Она мотала головой.
- Нет, нет, нет. Все равно. Я как вспомню твой щит с красными полосами.
Роллон вцепился ей в виски и затряс:
- У меня нет щита с красными полосами - ты, сумасшедшая. Н-е-ет, ты слышишь?
- Лжешь.
Роллон несильно встряхнул ее:
- Никто, слышишь, никто до сего дня не смел безнаказанно обвинять меня во лжи! - И она испугалась его глаз с суженными зрачками. Он вскочил. Девушка закрыла лицо. И все-таки страшно умирать - пусть душа раздавлена, пусть юность смята и выплакана, но все же…
- Вот, - услышала как из тумана, - вот мой щит.
Она отвела ладони. Щит с желтыми углами висел в руках Роллона.
- Прости, - в лице появилась растерянность. - Но все равно это ты привел их сюда.
- Молчать, - рявкнул Роллон. - Убирайся.
Она не знала, что ответить. Его спина стояла перед глазами - там рваная багровая борозда, тут еще. Он сидит устало и, кажется, уже забыл о ней. Что-то непонятное подкатило в сердце - она чувствует его, странного хмурого чужака. Викинг убийца, ничем не лучше других. Она потянулась к ножу, не сводя с него глаз. Рука взлетела и … замерла. Гордая дочь Альбиона должна - и не может. Нет, он воин. Убийцы прячутся по углам, как она сегодня.