Магистр покачал головой и печально улыбнулся.
— У меня нет золота и серебра,— сказал он,— поскольку я не намерен предлагать металл смаланд-цам в обмен на отца Себастьяна. Я хочу предложить им себя в качестве раба вместо него. Я моложе, чем он, и сильнее, поэтому я думаю, они согласятся на обмен. Таким способом, я надеюсь в некоторой степени искупить свою вину за то, что стал причиной смерти двоих священников.
Все были изумлены этим ответом и поначалу не хотели верить, что он говорит серьезно. Но магистр поклялся, что это так.
— Думаю, что я столь же хороший христианин, как и большинство людей,— сказал Орм,— но я бы лучше совершил какие угодно грехи, а не предложил бы себя в рабы.
Отец Виллибальд сказал, что такое христианское рвение может проявить не каждый, но что магистр поступает правильно.
— Твое рабство не продлится долго,— добавил он,— поскольку осталось уже не более пяти лет до пришествия Христа на землю, согласно самым точным подсчетам. Следовательно, если ты будешь избегать женщин и у тебя больше не будет из-за них неприятностей, вполне возможно, что тебе удастся окрестить многих смаландцев до того, как этот день наступит, и в этом случае ты сможешь со спокойной совестью предстать перед судом Божьим.
— То, что ты говоришь — правильно,— ответил магистр,— то же самое и мне пришло в голову. Но самое плохое то, что я еще должен совершить свой последний грех, а колдунья сказала, что он будет самым тяжким.
Никто из них не мог придумать, как его утешить, но Орм сказал, что, может быть, пройдет довольно долгое время, прежде чем он совершит свой третий грех.
— Мне не хотелось бы, чтобы ты совершал его, пока гостишь в моем доме,— сказал он.— Но будь уверен в том, священник, и ты, Спьялле и вы, ирландские мастера, что можете оставаться здесь столько, сколько захотите.
— Я тоже этого хочу,— сказала Йива.
Они поблагодарили их обоих за приглашение, но Спьялле сказал, что сможет пробыть еще только несколько дней.
— Потому что я не могу затягивать свое путешествие,— пояснил он,— ведь удача шведских королей привязана к моей ноге.
Оба шута сказали, что пойдут вместе со Спьялле, поскольку они тоже направляются в Уппсалу. Если им там не понравится, на свете есть много других королей, которые будут им рады.
— Мы можем пойти в Норвегию,— сказали они,— где сейчас королем Олоф Тригвассон, говорят он стал ревностным христианином. А может направимся в Восточную Страну к князю Вальдемару Гардарикскому, известному своей могущественностью и богатством, говорят также, что он хорошо относится к людям искусства.
— Далеко вам придется идти,— сказал Орм.
— У нас нет дома,— ответили они,— наша жизнь состоит из скитаний по свету. Но там, где есть короли, туда мы с радостью отправимся, потому что все короли рады нам. За Гардарике находится королевство Василия, которого называют Булгарским Молотом и который является самым могущественным монархом в мире теперь, когда король Харальд и король Эрик мертвы, хотя, может быть, и молодой император Германии был бы недоволен, услышав, что мы так говорим, а также и король Брайан, который сейчас правит в Ирландии. Мы слышали от много путешествовавших людей, что шуты императора Миклагарда очень знамениты и могут делать замечательные вещи, особенно много говорят о представлении, данном ими перед послами старого германского императора в те времена, когда в Миклагарде правил Никефорос. Говорят, что они чудесным образом забрались на шест, а этот трюк для нас новый, хотя мы считаем, что знаем трюков больше всех. Поэтому, может быть, нам будет полезно совершить путешествие туда и посмотреть, насколько умелы они в действительности, и показать им, что умеют ирландские мастера. Было бы, кроме того, великой честью для нас выступить перед императором Василием, а для него — принять нас с визитом. Но вначале мы пойдем в Уппсалу, к тамошнему молодому королю, и считаем, что лучше всего нам идти со Спьялле. Потому что с ним хорошо путешествовать в качестве нищих.
Они ждали его решения, и через несколько дней, когда он восстановил свои силы, Спьялле вновь привязал меч к ноге и вместе с двумя мастерами взял мешки и посохи. Аза и Йива дали им продуктов на дорогу, и они сказали, что не надеются вновь встретить такое гостеприимство на своем пути, какое им посчастливилось получить в Гренинге.
Когда они прощались, Фелимид сказал Орму:
— Если мы еще встретимся, будь уверен, что в нашем лице ты имеешь добрых друзей.
— Очень надеюсь, что мы еще встретимся,— сказал Орм,— но если вы направляетесь в Миклагард, боюсь, что мои надежды не сбудутся. Потому что я останусь здесь, мирным человеком, буду растить детей и пасти стада, и больше никогда не отправлюсь за моря.